Листья сменили окрас: от зеленого к желтому, когда осень вступила в свои права. Юи обедала в своем саду, полном умирающих ветвей и последних цветов этого сезона, когда к ней, виляя хвостом, подошел огромный пёс. Он был размером с волка и… если присмотреться, то довольно знакомым.
— Привет, целительница. — Раздался хриплый голос. — Надеюсь, я не сильно помешаю?
Мальчик лет четырнадцати или около того ухмыльнулся ей. На его щеках красовались две красные треугольные отметины, а лохматые каштановые волосы достигали плеч. Юи вдруг вспомнила, почему он и его собака показались ей такими знакомыми: мальчик был одним из шиноби, сопровождавших Тосихиро, торговца книгами. Его звали Кё, или Кин, или что-то в этом роде. У него не было видимых ран, и он переминался с ноги на ногу с непринужденной легкостью.
Она улыбнулась в ответ, отложив миску с рисом.
— Всё в порядке. Ты пришёл за исцелением, или Тошихиро здесь…
Он засмеялся.
— Нет-нет. Я здесь из-за доктора. Я имею в виду Доктора Макото. — Он указал на себя большим пальцем. — Кстати, я Кон. А это мой напарник — Тора. — Собака радостно залаяла и пригнула голову.
— Приятно познакомиться. — Юи кивнула. Пес заскулил, и Юи посмотрела на него, умиляясь. — С обоими. Ты упомянул, что прибыл от доктора Макото? — Это было весьма интересно. Обычно письма доктора доставляли караваны или купцы, направляющиеся в деревню.
— Да. Мы познакомились во время поездки в Чиюку, и он решил, что эта работа достаточно важна, чтобы поручить ее такой девушке, как я. — Сказал Кон, вяло пожав плечами. Точнее, сказала.
Юи моргнула и скорректировала свое представление о Коне.
Пол — женский. Возраст — шестнадцать или около того. Судя по телосложению и росту, мезоморф. Развита, но не гиперболизирована мускулатура, как и у всех шиноби.
— Это письмо? — Спросила Юи.
Кон расстегнул сумку на спине.
— Ну, да, но не только. Странные какие-то вещи ещё передал. Пахнут непонятно, но доктор сказал, что они очень важны. — Она вручила сумку, почти ранец, Юи, затем порылась в матерчатом мешочке на бедре, и, наконец, вытащила на удивление не мятую бумагу: — Вот письмо. Он сказал сначала прочитать его.
Юи кивнула.
— Спасибо. — Она улыбнулась подростку. — Хочешь поесть…
— Неа. — Кон почесала голову. — То есть, я ценю предложение, но мне нужно в туалет. Если понадоблюсь, зови по имени. — Помахав рукой, она побежала прочь. Собака последовала за хозяйкой, пролаяв разок на прощание.
Покачав головой, Юи улыбнулась и вскрыла письмо. Она пропустила начало, состоящее из восторженных, позитивных сообщений о ходе работы над книгой, но замедлилась, когда доктор Макото начал упоминать чакру.
«Я стал весьма популярным в медицинском сообществе благодаря использованию чакры. — Писал он. — Некоторые осуждают её применение, дескать это крестьянское средство исцеление или циркачьй трюки, но большинство были покорены моей демонстрацией. Многие из моих коллег готовы расстаться с рецептами или техниками, которыми еще месяц назад они никогда бы не решились торговать. Надеюсь, это устраивает все стороны: знания о чакре распространяются со всей ответственностью, а мы получаем новую информацию.
Пожалуй, самое ценное и полезное знание, которое я получил, — это доступ к асалику»
Юи сделала паузу и перечитала предложение. Она часто не понимала всего, что писал доктор, но обычно могла разгадать незнакомые слова с помощью контекстных подсказок. Однако этот термин был ей совершенно незнаком.
«Вы, вероятно, не знаете, но асалик — это мощное болеутоляющее и жаропонижающее средство. Это более мощная форма лекарства, содержащегося в коре ивы»
Мгновенная догадка поразила ее как удар грома.
— Аспирин? — Произнесла она вслух, ошеломленная.
«Я послал вам пакет с синтезированной формой, а также инструкции по ее изготовлению. Конечно, без чистых химикатов или соответствующего оборудования синтезировать его будет трудно, особенно учитывая нестабильность его базовых компонентов. Если хотите, я могу продолжать посылать вам асалик вместе с письмами»
Она дочитала письмо до конца, едва обратив внимание на остальное, и поспешила в дом, чтобы написать ответи. Юи обычно полагалась на помощь Эйджи в корректуре или самом письме, — у него подчерк намного лучше, — но сейчас он был занят, проверяя Хироши. Она была слишком взволнована, чтобы ждать. Юи написала как можно больше о применении аспирина, затем поблагодарила и заверила, что будет очень признательна, если он будет присылать «асалик» или другие лекарства вместе с письмами.
Прижав кисть к бумаге, Юи заколебалась.
Если бы доктор Макото не торговался со своим коллегой, то она никогда бы не получила настоящий аспирин. Она вспомнила о Хашираме и его словах, о роунинах, разграбивших ее дом, и о самураях, которые двигаются так быстро, что простой человек за ними не уследит. Было бы наивно утверждать, что распространение знаний о чакре не приведёт к негативным последствиям. Возможно… именно такая полумера позволит одновременно предотвратить катастрофу, при этом привнеся в мир пользу.
И всё же, это раздражало. Мысль о том, что знания, которые могли бы принести столько пользы, будут храниться среди элиты, припрятанные избранными придворными врачами. Да, чакра могла сжигать дома, но она же могла поднимать каменные стены и вызывать наводнения, которые орошали бы поля. Чакра могла мгновенно исцелять. Это настоящее чудо, а чудеса заслуживают того, чтобы ими делиться.
Но не сейчас, решила она.
Юи обмакнула перо в чернила и написала, что будет лучше обмениваться информацией о чакра-исцелении с другими врачами, а не записывать ее в книгу.
Сначала она получит всю возможную информацию от придворных врачей. Когда ее техники чакры и медицины утратят свою ценность в качестве разменной монеты… возможно, тогда. Тогда она подумает об этом.
Приняв окончательное решение, Юи свернула письмо и перевязала его бечевкой.
Обновлено: 02.02.2026