— Так, стоп, хватит! — смущенно воскликнул Тони, а Роуди разразился открытым хохотом. — Прекрати рассказывать мне диагноз!
— Пожалуйста, выберите предпочтительный способ обработки повреждения эпидермиса, — невозмутимо продолжал Бэймакс, проецируя на животе список медицинских опций.
Тони пробежался глазами по списку, и его выражение изменилось. Инженерная часть его мозга включилась на полную мощность. «Посмотрим, что ты умеешь, малыш, — подумал он. — Протеиновый спрей самый эффективный для такого типа повреждений, но у меня на него легкая аллергическая реакция. По-настоящему умный ИИ должен знать об этом из моей медицинской истории, которая наверняка есть в базах данных страховых компаний.»
— Я выберу протеиновый антибактериальный спрей, — сказал он вслух, внимательно наблюдая за реакцией робота.
— Это подходящий вариант лечения, — согласился Бэймакс, поднимая руку с встроенным распылителем.
— Нет, подожди, — быстро остановил его Тони. — Я передумал. Дай мне лучше бацитрациновый спрей.
«Понятно, — заключил Тони про себя. — Он не обращается к моей медицинской истории и не знает о моих аллергиях. Парень говорит правду — железо впечатляющее и революционное, но искусственный интеллект пока что представляет собой просто очень хорошо организованную базу данных. Ему действительно нужна помощь в создании по-настоящему думающей машины.»
— Разумеется, — согласился Бэймакс, и из его пальца-распылителя на руку Тони легла тонкая струя лекарства.
Тони поднялся и начал медленно кружить вокруг робота, его разум теперь полностью переключился в режим анализа. Он ощупывал, изучал, оценивал каждую деталь конструкции.
— Виниловая оболочка? — спросил он, надавив на мягкий живот Бэймакса.
— Да, сэр, — кивнул Эйдан. — Специально разработанный полимер. Это придает ему нетревожный, располагающий к физическому контакту внешний вид. Пациенты должны чувствовать себя с ним комфортно.
— Он как гигантский мягкий зефир, — пробормотал Тони с восхищением, заглядывая в оптические сенсоры. — Широкоугольные камеры для визуальной диагностики. Скелет из углеродного волокна?
— Углеродно-керамический композит собственной разработки, — поправил Эйдан. — Он может поднимать более полутонны, не повреждая внешнюю оболочку.
— Впечатляет, — искренне признал Тони. — Ты вложил в эту работу месяцы труда.
— Да, но, как вы видите, в области искусственного интеллекта все еще остаются значительные пробелы, — вздохнул Эйдан с идеально сыгранным сожалением.
— Что ж, — сказал Тони, и на его лице расплылась широкая, уверенная улыбка, — ты пришел по адресу, парень. Расскажи мне подробности о своей программе.
— Ладно, это действительно впечатляет, — признал Тони, откидываясь в своем кремовом кожаном кресле и потягивая виски. — Но как мне засунуть этого гигантского зефира обратно в коробку, прежде чем он начнет читать мне лекции о том, что мне нужно чаще пользоваться зубной нитью и делать утреннюю зарядку?
Эйдан улыбнулся — в его глазах мелькнули озорные искорки.
— Очень просто. Скажите ему, что вы удовлетворены качеством его медицинского обслуживания.
— Окей, Бэймакс, — сказал Тони, дружески похлопав робота по округлому животу, — я полностью удовлетворен твоими услугами. Спасибо за помощь.
Словно кто-то щелкнул невидимым выключателем, Бэймакс издал долгий, тихий шипящий звук, начиная сдуваться. Его виниловое тело аккуратно складывалось, пока он не превратился в компактный сверток, который сам собой упаковался обратно в зарядный кейс.
— Какая батарея питает эту штуку? — спросил Тони, его научное любопытство было поистине задето. — Плотность энергии должна быть просто запредельной для такого размера и функциональности.
— Литий-ионные полимерные аккумуляторы последнего поколения, — пояснил Эйдан, — в сочетании с графеновыми суперконденсаторами для быстрой подзарядки и мгновенной активации. Это обеспечивает быстрое развертывание и длительную работу без подключения к внешнему источнику питания.
— Отличное техническое решение, — одобрительно кивнул Тони. Он помолчал несколько секунд, явно под впечатлением от увиденного. — Очень грамотно.
Роуди, который наблюдал за всем происходящим с выражением лица человека, случайно попавшего на съезд ядерных физиков, просто покачал головой:
— Ребята, я понимаю примерно половину из того, о чем вы говорите. Но даже мне ясно, что это серьезный прорыв.
Самолет начал разбег, и через несколько мгновений они взмыли в ночное небо, оставляя внизу мерцающие огни Нью-Йорка. Как только пилот объявил о достижении крейсерской высоты и отключении сигнала «пристегните ремни», Тони расстегнул ремень безопасности и наклонился вперед. Его внимание было полностью сосредоточено на Эйдане, а взгляд остановился на устройствах, аккуратно прикрепленных к его поясу.
— А это что такое? — поинтересовался Тони, указывая на незнакомые предметы. — Хэппи сказал, что проверил тебя на металлоискателе и нашел кое-что интересное, но был довольно туманен в объяснениях. Что ты носишь с собой?
— Персональная система безопасности, — ответил Эйдан с легкой, загадочной улыбкой. Он отсоединил один из предметов — изящный серебристо-черный стержень длиной около пятидесяти сантиметров, покрытый замысловатыми узорами, которые при ближайшем рассмотрении оказались микроскопическими схемами.
Тони усмехнулся, принимая у него устройство:
— И что это должно делать? Выстреливать маленький флажок с надписью «Бах!»? — Он повертел стержень в руках, удивляясь его неожиданному весу. — Или это какая-то миниатюрная взрывчатка? — Как ведущий мировой эксперт по вооружениям, он чувствовал себя в своей стихии. Это была его область знаний.
— Нет, никакой взрывчатки, — спокойно ответил Эйдан. — Но это устройство может летать быстрее пули и обладает значительно более высокой маневренностью.
Прежде чем Тони успел возразить или задать уточняющий вопрос, Эйдан едва заметно пошевелил пальцами. С тихим механическим щелчком и нарастающим низкочастотным гулом из кончика стержня в руке Тони вырвалось лезвие из ярко-синего, почти белого света. Воздух вокруг клинка начал мерцать от исходящего жара, а на лицах присутствующих заплясали синеватые отблески.
Самодовольное выражение исчезло с лица Тони, мгновенно сменившись чистым, ошеломленным недоверием. Его глаза расширились, а рот приоткрылся. Роуди, который беззаботно потягивал свой напиток, едва не подавился, когда увидел невозможное.
— Что это такое? — выдохнул Тони, не в силах оторвать взгляд от светящегося клинка. — Энергозатраты на создание стабильного магнитного поля удержания плазмы в таком компактном устройстве должны быть астрономическими! Как ты решил проблему теплового расширения? Где источник питания такой мощности?
— Это напоминает мне лазерно-индуцированную плазму, — задумчиво пробормотал Роуди, его военный ум вспомнил какие-то секретные брифинги о передовых системах вооружения. — Но я думал, что эта технология все еще находится на стадии теоретических разработок.
— Вы совершенно правы, полковник, — подтвердил Эйдан, бросив на Роуди взгляд, полный одобрения. — Лазерно-индуцированная плазма, удерживаемая запатентованным локализованным магнитным полем. Температура клинка достигает нескольких тысяч градусов.
— Но система магнитного удержания... — Тони покачал головой, словно пытаясь прогнать наваждение. — Это была нерешенная проблема десятилетий! Лучшие лаборатории мира бились над ней годами. Никто не смог создать достаточно компактное и энергоэффективное решение.
— А я смог, — просто сказал Эйдан, его лицо оставалось невозмутимым. «Прости меня, Васаби, — мысленно извинился он перед своим гениальным другом из другой реальности. — Твои разработки здесь должны остаться моей тайной.»
— Ты... ты действительно сделал это сам? — Тони смотрел на подростка так, словно видел его впервые. — В школьной лаборатории?
Эйдан молча кивнул. Затем он сделал едва уловимый жест рукой, и стрела вылетела из ладони Тони, зависнув в воздухе салона. Она начала плавно перемещаться по кабине, ее движения были удивительно грациозными и точными — словно смертоносный балет в исполнении машины.
— Господи всемогущий, — прошептал Тони, следя за полетом устройства расширенными глазами. — Это нейрокомпьютерный интерфейс. Прямое управление силой мысли.
— Нейропередатчик встроен в мой головной обруч, — подтвердил Эйдан, постучав пальцем по серебряному ободку под волосами. — В данный момент основными ограничениями системы являются емкость источника питания и вычислительная мощность бортового искусственного интеллекта.
Тони пристально смотрел на парящую в воздухе стрелу, затем перевел взгляд на спокойно сидящего подростка. В его глазах читались удивление, восхищение и что-то еще — возможно, легкий страх.
— Эйдан, — сказал он тихим, серьезным голосом, — ты параноик? Это довольно серьезный арсенал защитных технологий для обычного школьника из Квинса.
Затем выражение его лица изменилось. Игривое любопытство исчезло, уступив место внезапной, острой серьезности — выражению человека, который внезапно осознал всю значимость происходящего.
Обновлено: 20.01.2026