Караван бредёт через раскалённую пустыню — навьюченные верблюды, тщательно укрытые от чужих глаз тюки товаров и всего пятеро охранников, из которых неясно, кого и от чего они на самом деле стерегут. Путь то и дело нарушают до странности нелепые встречи: одинокий путник с бубном, бранящийся и покачивающийся вдалеке, при виде каравана разворачивается и уходит прочь, а само его прозвище, брошенное кем-то в толпе, — Бушка, — заставляет бывалых торговцев и воинов тревожно замолкать. Среди песков, у безымянного чёрного обелиска, тем временем коротает вечность обнажённая красавица, чья тень послушно скользит вслед за солнцем; наблюдающий за ней издалека не то колдун, не то учёный за несколько дней сходит с ума от жары и одиночества и в итоге сам исчезает в её объятиях. А караван идёт дальше: его охрана от скуки играет в самодельные игры, обрастает трофеями от повстречавшегося на пути безумца и бережно хранит свиток с изображением загадочной красавицы по имени Акурана — судя по всему, той же самой, что пленяет всех, кто подходит слишком близко.

Это лёгкая, абсурдистская зарисовка о пустыне, где обыденность соседствует с необъяснимым: за нарочито будничным тоном рассказчика прячутся смутные приметы легенды, которую никто толком не берётся досказать до конца.

Караван бредёт через раскалённую пустыню — навьюченные верблюды, тщательно укрытые от чужих глаз тюки товаров и всего пятеро охранников, из которых неясно, кого и от чего они на самом деле стерегут. Путь то и дело нарушают до странности нелепые встречи: одинокий путник с бубном, бранящийся и покачивающийся вдалеке, при виде каравана разворачивается и уходит прочь, а само его прозвище, брошенное кем-то в толпе, — Бушка, — заставляет бывалых торговцев и воинов тревожно замолкать. Среди песков, у безымянного чёрного обелиска, тем временем коротает вечность обнажённая красавица, чья тень послушно скользит вслед за солнцем; наблюдающий за ней издалека не то колдун, не то учёный за несколько дней сходит с ума от жары и одиночества и в итоге сам исчезает в её объятиях. А караван идёт дальше: его охрана от скуки играет в самодельные игры, обрастает трофеями от повстречавшегося на пути безумца и бережно хранит свиток с изображением загадочной красавицы по имени Акурана — судя по всему, той же самой, что пленяет всех, кто подходит слишком близко.

Это лёгкая, абсурдистская зарисовка о пустыне, где обыденность соседствует с необъяснимым: за нарочито будничным тоном рассказчика прячутся смутные приметы легенды, которую никто толком не берётся досказать до конца.