Он показал Сян Юй большой палец.
Любой, кому пришлось бы оценивать её действия, сказал бы, что девушка ищет неприятностей. Многие могли бы подумать, что Сян Юй — студентка, только что окончившая колледж, которая ищет себе спонсора, чтобы не прилагать по жизни никаких усилий. Теперь её спонсор устал от неё, и она получила по заслугам.
Но что бы ни думали другие, Тан Юйчи видел, что подруга была в растерянности.
Он видел её, беспечную девушку, днями напролёт смотревшую «Легенду о Чжэнь Хуань» под одеялом. Посмотрев видео, на котором Цзинь Фубай был с другой девушкой, она скривила губы и сказала, что ревнует и хочет убить его.
Поэтому Тан Юйчи знал, что Цзинь Фубай ей действительно нравится, и её чувства не имеют никакого отношения к деньгам. Тан Юйчи вздохнул и положил голову Сян Юй себе на плечо со словами:
— Я подставлю тебе своё крепкое плечо, а ты можешь в него поплакать, если хочешь. Обещаю, что не стану смеяться.
Сян Юй погладила его по руке и улыбнулась:
— Я давно выплакала все слёзы. Сегодня Новый год. Почему я должна плакать?
Они разговаривали и смеялись, не замечая, что позади них остановилась машина.
Это был чёрный внедорожник. Его окно было наполовину опущено, и из него выглядывала рука, будто принадлежавшая белой нефритовой скульптуре. Между пальцами была зажата сигарета, с которой периодически стряхивался пепел.
— Дядя Сян и остальные не вернутся на Новый год в этот раз? — спросил Тан Юйчи.
Когда разговор зашёл об этом, Сян Юй стала немного более энергичной:
— Они сказали, что скоро вернутся. Если у них окажется побольше свободного времени, мы даже сходим на горячий источник все вместе.
Они уже давно не ужинали вместе. В последний раз это было, вероятно, в старшей школе, и за время обучения Сян Юй в колледже они ни разу не проводили время втроём.
Незаметно для друзей солнце опустилось немного ниже, почти спрятавшись за очертаниями далёких гор. Сян Юй помахала руками, поторопив Тан Юйчи:
— Ты же хотел пойти на Китайский Новый год к бабушке! Так иди же, не трать время.
Тот немного волновался:
— В таком случае, если тебе будет нечем заняться, позвони мне. Если станет скучно, ты всегда можешь прийти в гости к моей бабушке.
— Знаю.
Перед тем как мастер Тан ушёл, Сян Юй протянула ему ладонь:
— Отдай мне сигарету. Больше всего крёстную раздражает курение. Хочешь, чтобы она ругалась на тебя?
— Хорошо, хорошо, держи, — Тан Юйчи протянул сигарету Сян Юй и накинул на неё шарф.
— Не стой на улице слишком долго. Я найду тебя завтра, сходим поиграть в маджонг.
Сян Юй кивнула:
— Ага, я пойду в дом, как только посмотрю на закат.
Когда машина Тан Юйчи скрылась из виду, Сян Юй облокотилась на перила, достала пачку сигарет и стала рассматривать её.
Она была особенной. На пачке не было китайских иероглифов — там был нарисован маленький красный дьявол с длинными рогами и вилами.
Когда Тан Юйчи курил, от него пахло шоколадом. Это не было неприятно, поэтому Сян Юй закурила, вспоминая как мужчины делают затяжку.
Вкус шоколада был искусственным и горчил на выдохе.
Что такого очаровательного было в этой вещи? Из-за чего мужчины не могли отказаться от неё?
Телефон в кармане Сян Юй завибрировал, и она взяла его рукой, в пальцах которой была зажата сигарета.
Это была тётя Чэн, беспокоившаяся, что Сян Юй останется голодной в китайский Новый год. Она сказала, что в холодильнике есть приготовленные пельмени, и что их нужно сварить перед тем как есть.
Сян Юй улыбнулась и сказала:
— Спасибо, тётя Чэн, счастливого Нового года.
Цзинь Фубай долго сидел в машине. Вернувшись домой, он дважды звонил Сян Юй, но ни разу не получил ответа.
Он подъехал на машине прямо к её дому и издалека увидел, как Сян Юй смеётся и шутит с парнем, который писал ей сообщения.
Они не виделись уже десять дней, но девушка, кажется, была в хорошем настроении и совсем не переживала из-за расставания.
Цзинь Фубай разозлился, увидев мужчину, нахмурился и выкурил две сигареты подряд.
Он попытался прервать их шутки, но почему-то не мог дозвониться.
Её телефон сломался?
Через некоторое время мужчина по имени Тан Юйчи наконец ушёл.
Цзинь Фубай вздохнул и внимательно посмотрел на Сян Юй.
Она подстриглась. Сян Юй была одета в короткую бежевую пуховую куртку.
Она прислонилась к перилам с сигаретой в руках. Сделав всего одну затяжку, она больше не подносила сигарету к губам.
В таком положении край её куртки приподнялся, обнажив тонкую талию и бёдра, очерченные узкими джинсами с завышенной талией.
Её бёдра были красивой формы, как перевёрнутое сердце.
Через некоторое время Сян Юй ответила на телефонный звонок. Сигарета между её пальцами медленно тлела на ветру.
Цзинь Фубай нахмурился. Что? Телефон всё же работает? Он взял свой телефон и набрал номер ещё раз, но всё равно не услышал ответа.
Она заблокировала его контакт?
Вечерний ветерок был слегка прохладным. Сигарета в руке Сян Юй тем временем уже наполовину сгорела. Закончив разговор с тётей Чэн, она внезапно услышала звук закрывающейся двери машины позади.
Оглянувшись, она увидела высокую фигуру, медленно идущую к ней в тусклом свете сумерек.
Это был Цзинь Фубай.
Сян Юй не ожидала, что снова встретит его в своём районе. Она была ошеломлена. В это время Цзинь Фубай уже подошёл к ней, взял сигарету из её руки и зажал между своми губами.
Мужчина по-прежнему смотрел на неё тем же ласковым взглядом. Выдохнув бело-голубой дым, он сказал:
— С Новым годом.
Она была не совсем спокойна — иначе отдёрнула бы пальцы, державшие сигарету, раньше. Через несколько секунд девушка успокоилась и спросила:
— Почему ты здесь?
Цзинь Фубай слегка улыбнулся. Его тон был пропитан такой нежностью, что он мог бы утопить в ней человека:
— Я побоялся, что тебе будет одиноко и поэтому пришёл, чтобы составить тебе компанию за новогодним ужином.
Обновлено: 02.02.2026