Глава 73 — Глава 73

Цзян Юнь ограничил их перемещения. Теперь они могли находиться только внутри барьера и не смели приближаться к водам, где он жил. Он боялся, что они совершат нечто непростительное по отношению к надгробию его великого наставника. Если бы это случилось, Цзян Юнь, вероятно, не смог бы сдержаться и покалечил бы их. А если бы его ученики лишились руки или ноги, они, скорее всего, предали бы своего учителя. За барьером бушевала бесконечная метель, а внутри, на Божественной Горе Небес, царила весенняя теплота. Глядя, как трое играют на траве, оставляя на земле ямку за ямкой, Цзян Юнь улыбался, словно отец. Пока они не приближались к его обиталищу, он не злился, даже если бы перевернули всё вокруг. Действительно, он совсем не злился. В отличие от расслабленной и счастливой атмосферы на Божественной Горе Небес, в резиденции семьи Хэ в Городе Грома царило удручающее настроение. Глава семьи лично повёл молодого господина и восьмерых элитных учеников внутренней секты на уничтожение маленькой и неизвестной секты. Неожиданно они понесли тяжёлые потери. Только изначальный дух главы секты вернулся, да и тот – в ужасном состоянии. - Что ты сказала? – злобно взглянул на Цинь Минчжу Хэ Цанмин. Его руки сжались в кулаки, вены на висках вздулись. - Глава семьи, теперь, когда Хэ Цзюньцзе мёртв, если вы всё ещё хотите сохранить отношения с Островом Цинь, позвольте мне выйти замуж за Хэ Чжао, – прямо посмотрела в тёмные глаза Хэ Цанмина Цинь Минчжу и твёрдо произнесла. - Мой сын только что умер, а ты уже не можешь дождаться, чтобы выйти замуж за Хэ Чжао! У тебя есть хоть какое-то уважение к семье Хэ? – гневно воскликнул Хэ Цанмин и резко поднялся. Он хлопнул рукой по подлокотнику стула, и прочное деревянное кресло мгновенно рассыпалось в прах. Цинь Минчжу немного съёжилась, но всё же твёрдо повторила: –А что, если я буду настаивать? – переспросила она. Перед тем, как она пришла, Хэ Чжао рассказывал, что у него непростая ситуация в семье Хэ. Раньше, Хэ Цанмин и Хэ Цзюньцзе хотели от него избавиться потому, что он раньше принадлежал к семье Юй. Они боялись предательства с его стороны. Когда Хэ Цанмин и остальные отсутствовали, Цинь Минчжу находилась рядом с Хэ Чжао. Естественно, она столкнулась с чередой тщательно спланированных для Хэ Чжао "несчастных случаев", устроенных Хэ Цанмином. Началось с еды, в которую подмешали траву для одурманивания, затем умышленное подстрекательство учеников внутренней секты, и, наконец, использование скрытого оружия и яда в ближнем бою на арене. Когда Цинь Минчжу увидела, как Хэ Чжао потерял сознание на арене, её сердце чуть не остановилось. В итоге она прямо выбежала на арену и забрала Хэ Чжао под враждебными взглядами учеников. Она не рискнула оставить его одного и сразу отвела в свой двор, чтобы позаботиться. Хэ Чжао только что очнулся и поначалу недоумевал по поводу своего обморока. Когда Цинь Минчжу рассказала ему обо всем, что ей удалось выяснить, на его лице было полное неверие. Он даже защищал главу семьи, утверждая, что тот не такой человек. Сердце Цинь Минчжу сжалось от боли, доверие к главе семьи было утрачено. Хэ Чжао долго молчал, его лицо утонуло во мраке. Молчание затянулось так, что Цинь Минчжу уже подумала, что он больше ничего не скажет. Но тут раздался его хриплый голос: - Я всегда думал, что, сбежав из семьи Юй и присоединившись к семье Хэ, я смогу стать учеником внутренней секты. У меня появилась надежда побороться за пост главы семьи. Эти мирские вещи меня не интересовали, но глава семьи тайно нашел меня и сказал… - Хэ Чжао поперхнулся словами, в его голосе слышались слезы, - он сказал, что талант Цзюньцзе выдающийся, но его характер все еще нуждается в закалке. Мой талант не хуже, чем у Цзюньцзе. Он надеется, что я смогу притвориться врагом Цзюньцзе. Сделав пост главы семьи своей целью, я смогу мотивировать Цзюньцзе. - Когда придет время, если Хэ Цзюньцзе станет достойным человеком, пост старейшины семьи Хэ достанется мне. Если же он окажется неспособным нести такую ответственность, пусть отправится в большую секту культивировать. А в это время он хочет, чтобы я временно занял пост главы семьи, устранил врагов в Громовом городе и проложил путь для Хэ Цзюньцзе. - В то время я чувствовал, что глава семьи не только спас меня от страданий, но и возложил на меня тяжелую ответственность. Он очень ценил меня, и мое сердце было полно благодарности. Я всегда следовал его указаниям. Но я не ожидал, не ожидал… Голос Хэ Чжао оборвался. Он обхватил одеяло и спрятался в углу. Видя это, Цинь Минчжу уже не могла сдержать сострадания. Она подошла к Хэ Чжао, обняла его голову и утешила: - Он злой человек, нам нет нужды быть столь же добрыми. Ты станешь главой семьи Хэ, и я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе! - Минчжу… - Хэ Чжао был тронут и поднял голову. Когда Цинь Минчжу узнала, что Хэ Цанмин единственный, кто спасся, ей показалось, что Небеса покровительствуют ей. Брак между семьей Хэ и островом Цинь был предрешен, но Хэ Цзюньцзе погиб, а других детей у Хэ Цанмина не было. Значит, ее мужа выберут из членов семьи Хэ, и избранник станет будущим главой семьи Хэ. Стоило ей самой обратиться к острову Цинь за разрешением выйти замуж за Хэ Чжао, и они не отказали бы из-за чувства вины. Что до Хэ Цанмина, то у него не было права возражать. Хэ Цанмин, очевидно, понимал сложившуюся ситуацию. Если бы его культивация не была сильно повреждена, он мог бы еще повлиять на кое-кого из вышестоящих в семье Хэ. Как минимум, он мог бы отсрочить свадьбу, пока не придумает решение. Но теперь он боялся, что ничего не сможет изменить. Хэ Цанмин подавил гнев и, вспомнив доклад подчиненного о словах и поступках Хэ Чжао и Цинь Минчжу, когда они были вместе, кое-что сообразил. Выражение его лица чуть смягчилось. - А каким человеком ты считаешь Хэ Чжао? - спросил он Цинь Минчжу. - Он полон чувств и праведности. Хотя он пережил трудности, сердце у него по-прежнему чистое. Он самый нежный и внимательный. Хотя Цинь Минчжу немного удивилась, почему Хэ Цанмин задал такой вопрос, она все же ответила честно. Именно таким Хэ Чжао был в ее сердце – невероятно безупречным. - Хахахахаха, ты в самом деле считаешь, что знаешь Хэ Чжао? Веришь всему, что он говорит. Ты правда думаешь, что человек, над которым измывался господин, может вырасти из младенца в культиватора уровня Пробуждения Духа, ничуть при этом не пострадав? Если такие люди существуют, то каким человеком ты его считаешь? - Хэ Цанмин рассмеялся и высмеял ее. Какая же глупая женщина. Она так легко поддалась обману любви и сладких слов. - Нет, Хэ Чжао другой. Он такой хороший человек. Вы просто завидуете, что он превзошел вашего сына, - Цинь Минчжу не позволяла никому порочить Хэ Чжао в ее присутствии и парировала. Хэ Цзюньцзе был для Хэ Цанмина святым, о чём нельзя было даже думать. Слова Цинь Минчжу тут же испортили настроение Хэ Цанмина, и он перестал подбирать слова: – Хэ Чжао, тьфу ты! Юй Чжао – обычное животное, хуже моего сына. Он даже сравнения недостоин! Семья Юй вырастила его до уровня Дхармы, и он стал первым среди их учеников, уступая только главе семьи. Но он оставался чужаком и поэтому не мог возглавить семью Юй. А у Юй Сысы была родословная, даже если она была менее талантлива и слаба в развитии, её всё равно выбрали. Хэ Цанмин прямо раскрыл прошлое Хэ Чжао: – Поэтому, когда я пообещал ему, что он сможет побороться за главенство, придя в нашу семью, он с радостью на блюдечке принёс всю семью Юй в знак преданности. Неблагодарный!