Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли ещё будет!
Тут вдруг Рими Ву, что сидела рядом с бабушкой, неожиданно поднялась — и начала ладошками шлёпать Ай Фа по голове.
— Краси-во! Волосы! — радостно заявила она.
— Ай! Больно же. Что ты творишь? — нахмурилась Ай Фа.
— Говорит, что твои волосы красивые… — засмеялась Джиба Ву. — Если не возражаешь, дай ей потрогать немного.
Ай Фа недоверчиво нахмурила брови, но всё же послушно наклонила голову.
Рими Ву радостно вскрикнула «Кья!» и прижалась щекой к её золотистым волосам.
— Странный ребёнок, — пробормотала Ай Фа.
— Да нет, обычный, — мягко ответила старуха. — В два года все они немного чудные.
— Я не была «такой», — буркнула Ай Фа, поднимая голову с привычным упрямым выражением.
Рими Ву лучезарно улыбнулась и вежливо поклонилась:
— Спасиб!
А потом снова уселась рядом с бабушкой.
— Может, и ты присядешь, Ай Фа? — предложила Джиба Ву. — Побудь немного, поболтай со старой женщиной.
— Хорошо, — кивнула Ай Фа и опустилась рядом с Рими.
— Джиба Ву, — сказала она после короткой паузы, — я давно хотела спросить кое-что.
— Хм? Что же, дитя?
— Почему в твоём имени нет второй фамилии? Женщина, которая выходит замуж и теряет род, больше не носит фамилию — так ведь?
— Ах… значит, твоя мать потеряла свой род?
— Да. Моя мать, Мей, лишилась всех своих сородичей. Потому и вошла в дом Фа, а потом стала женой моего отца, Гила.
Глаза девочки, блестящие, как у горной кошки, внимательно изучали мягкое лицо старухи.
— Но ведь род Ву большой. Разве такие семьи берут в жёны женщин из малых родов? Потому-то мне странно: у тебя ведь нет фамилии.
— Тут нет ничего странного, — улыбнулась Джиба. — Я родилась в доме Ву.
— Правда? Но ты назвала Рими Ву своей правнучкой. Значит, ты не выходила замуж, а взяла мужа в свой дом?
— Да, всё верно. — Старуха слегка кивнула. — Все мои братья умерли молодыми. Чтобы сохранить кровь Ву, мне пришлось самой взять мужа.
— Значит… ты была главой дома? — удивлённо раскрыла глаза Ай Фа.
Джиба Ву улыбнулась — тихо, почти грустно.
— Это было много десятков лет назад, — сказала она. — Сейчас глава — мой внук.
— Поразительно… Я никогда не встречала женщину, которая была бы главой рода, — восхищённо прошептала Ай Фа, придвигаясь ближе.
Рими Ву, не понимая, приподняла голову и с интересом посмотрела на девочку.
— В наши дни, — продолжила Джиба, — если в доме не осталось мужчин, семья просто переходит в другой род. Но тогда… мои братья погибли от когтей гибы, а отец, старый глава, всё ещё был жив. Он не мог позволить исчезнуть крови Ву. Вот я и взяла мужа. Хотя сама этого совсем не хотела.
— И всё же… это удивительно, — с восхищением произнесла Ай Фа.
Старуха взглянула на неё мягко, с улыбкой.
— Может быть, это и был верный путь, — сказала она, — раз я теперь окружена такой большой семьёй. Но тогда я не знала, что правильно. Всё думала: а вдруг есть путь лучше? И, знаешь… до сих пор не уверена, что нашла ответ.
Ай Фа чуть отпрянула и посерьёзнела.
— Если я напомнила тебе что-то грустное, — сказала она тихо, — прости. Я не хотела огорчить тебя.
— Всё хорошо, дитя, — мягко ответила Джиба Ву. — Ты добрая девочка, Ай Фа.
— Я вовсе не добрая, — сказала Ай Фа и, обхватив руками колени, уставилась в землю.
Её взгляд потемнел, словно в нём отразилась вся глубина желтоватого грунта под ногами.
— …Можно ли рассказать тебе о доме Фа, Джиба Ву?
— Конечно. Расскажи мне всё, что хочешь, дитя…
— Спасибо, — тихо ответила Ай Фа и сжала колени крепче.
— …Моя мать, Мей, слаба здоровьем. Поэтому, кроме меня, у неё уже не может быть детей.
— Вот как… — протянула старуха мягко.
— Потому-то все говорят: мне придётся либо выйти замуж, либо взять мужа в свой дом. Но я хочу стать охотницей. Хочу охотиться, помогать отцу Гилу и защищать мать Мей.
— И что же в этом плохого? Великое желание… — улыбнулась Джиба Ву.
— Но мать плачет, — Ай Фа чуть нахмурилась. — Плачет, что если я стану охотницей, то кровь рода Фа прервётся. Пусть я даже выйду замуж и потеряю фамилию, говорит она, — если у меня будут дети, кровь отца и матери продолжится во мне.
В глазах девочки вновь загорелся тот пылающий, упрямый свет.
— Но что для матери важнее — чтобы я стала охотницей и защищала её… или чтобы я вышла замуж, родила детей и сохранила кровь семьи? Что принесёт ей больше счастья?..
— Этого не знает никто, кроме самой твоей матери, — сказала Джиба Ву спокойно.
Из-под тяжёлых век старухи на девочку смотрели прозрачные, как родниковая вода, глаза.
— А вот что будет счастьем для тебя — это можешь знать только ты сама. Потому и искать тебе нужно не чужой путь, а свой. Свой, который будет для тебя правильным.
— …Мой правильный путь… — повторила Ай Фа шёпотом.
— Да. Выйти замуж, прижать к груди своего ребёнка — это один путь к счастью. Стать охотницей, защищать семью и сгореть в лесу — другой. Оба пути достойны. Но только ты можешь понять, какой из них твой. Спешить не стоит…
Ай Фа молчала.
— Стать охотницей можно в тринадцать, а замуж — в пятнадцать, — продолжила Джиба Ву с мягкой улыбкой. — У тебя впереди ещё много времени. Ты увидишь мир, узнаешь многое, и тогда выберешь путь, который покажется тебе верным.
— Да, — кивнула Ай Фа. — Ты права.
Она поднялась на ноги. И когда обернулась к старухе, на лице её расцвела детская, чистая улыбка.
— Я рада, что встретила тебя, Джиба Ву. Я думала, в таком большом доме, как Ву, живут только гордые, высокомерные люди. Но теперь вижу — ошибалась.
— Уже уходишь, милая?
— Да. Пора возвращаться — помочь матери с делами.
— Тогда и мы пойдём домой, — кивнула старуха.
Ай Фа протянула руку, поддерживая согбённую женщину. На залитом солнцем пути они снова остановились лицом к лицу.
— Эй, ещё поиграем! — воскликнула Рими Ву, цепляясь за палец Ай Фа.
Та, немного растерянная, перевела взгляд с ребёнка на старуху.
— Джиба Ву. Скажи… я ведь сегодня не играла с Рими Ву, правда?
— Хм… может, для Рими это и было игрой, — усмехнулась старуха.
— Понятно, — кивнула Ай Фа, откидывая с лба прядь золотисто-каштановых волос.
— Тогда, пожалуй, когда снова буду тренироваться ходить по деревьям, направлюсь к югу.
— А мы, значит, на прогулки пойдём к северу, — ответила Джиба Ву с лёгкой улыбкой.
— Тогда… —
— Ну, до встречи… —
— Пока! —
Девочка ушла на север, а старуха с малышкой — на юг.
И ещё много лет спустя, пока ноги Джибы Ву не ослабли и она уже не могла выходить из дома, их тихая дружба, рожденная в солнечных отблесках леса, продолжала жить — как редкий цветок, выросший между севером и югом.
Обновлено: 03.02.2026