Переводил и редактировал Капитан Глум! То ли еще будет!
Неожиданно оказалось, что основная семья Лутим вовсе не такая уж большая.
В доме жили всего пятеро: глава рода Дан Лутим, его наследник Газран Лутим, супруга Газрана — Ама Мин, дед Газрана и бывший глава семьи — старейшина Ла, а также младшая сестра Газрана, Морн.
При этом дело было не в том, что Дану Лутим не везло с детьми.
Помимо Газрана и Морн, у него были еще один сын и две дочери — просто все они уже обзавелись семьями и ушли жить отдельно.
Младший сын поселился в соседнем доме вместе с женой и двумя детьми, а дочери вышли замуж — одна в боковую ветвь рода, другая в семью Рей.
Вот почему в основном доме женщин не хватало. Обычно женщины из боковых ветвей приходили помогать — делили между собой домашние дела.
— Всего в роду Лутим двадцать пять человек, из них одиннадцать — женщины, — сказал Газран. — По сравнению с Ву и Рей, у нас женского люда маловато.
— Это потому, что мужчины Лутим крепкие и живучие! — гаркнул Дан Лутим, громко смеясь. — А вот Ву слишком медлят с женитьбой! Семеро детей в семье, а женат только старший — что за безобразие!
В общем, за столом у Лутим было шумно и весело.
Хотя, если честно, основную какофонию создавал сам глава семьи.
Старейшина Ла Лутим — тот самый высокий, сухощавый старик, что возглавлял род на недавней свадьбе, — оказался старейшим из всех Лутимов. Ему, по виду, еще не было семидесяти. Лысина блестит, белая борода длинная, взгляд острый, как у ястреба. Именно этот человек когда-то взял в жёны дочь Джибы Ву.
Младшая сестра Морн, пятнадцати лет, оказалась девушкой кругленькой и жизнерадостной, с добрым лицом. Пожалуй, кое-чем походила на отца. И уж точно выглядела так, будто со временем станет отличной матерью.
Сам старейшина был немногословен, но остальные — открытые, доброжелательные люди, а глава — шумный, громогласный. После натянутых обедов у Ву здесь всё казалось удивительно домашним и уютным.
— Сегодня мы учились запекать пойтан, — сказала с мягкой улыбкой Ама Мин Лутим. — Но дома у нас не хватило бы времени, так что вы нас очень выручили, Асута, Ай Фа. Спасибо.
Мы с ней уже здоровались утром, но сейчас, после свадьбы, она выглядела как-то особенно спокойно и по-женски мягко. От нее веяло теплом и уверенностью.
А еще она коротко подстригла свои густые, почти черные волосы — до шеи. Для людей Морихена это редкость.
Ее крепкое, здоровое тело теперь было завернуто в широкое полотно — символ замужней женщины.
— Вкусно-то как! — восторженно грохнул Дан Лутим. — Ребрышки всегда вкусны, но этот запечённый пойтан — просто чудо! После такого обычная похлёбка из пойтана в глотку не полезет!
И не поспоришь. Именно поэтому мы с Ай Фа и взялись за работу у их очага.
Так мы благополучно завершили ужин — ребрышки и стейки из бедра гибы, запечённый пойтан и суп с гибой, арией и пра.
Покончив с делом, немного поболтали и разошлись по комнатам.
— Ай Фа, Асута, — обратился к нам Газран. — У нас свободных комнат две. Вам хватит одной?
— Да. Нам нужно кое-что обсудить, — без тени смущения ответил я.
Но, когда нас провели, я почему-то ощутил лёгкое смятение.
Комната была простая, около шести татами площадью, без мебели. На полу — плотные звериные шкуры, у стены — тканый коврик, и, кажется, именно он и вызвал у меня странное чувство.
— А, постели нужно ещё одну принести, — сказала Морн Лутим.
Но Ай Фа ответила спокойно:
— Не нужно. Мы обычно спим без постелей. Так что всё в порядке.
— Хорошо. Тогда спокойной ночи, — сказала Морн и улыбнулась перед уходом.
Нам досталась самая дальняя комната справа, через одну от новобрачных.
— Странное это ощущение, да? — пробормотал я.
— Что именно? — спросила Ай Фа, вошла в комнату, поставила подсвечник у окна и села на постель.
Поскольку постель лежала у окна, всё выглядело вполне естественно.
Я закрыл за нами дверь и устроился прямо на шкурах напротив неё.
Комната.
Постель.
Чужой дом.
Что это со мной?
Расстояние между мной и Ай Фа вроде как привычное — но сердце всё равно колотится как ненормальное.
Я написал на ладони «спокойствие» и сделал вид, что проглотил.
— Что ты делаешь? — с подозрением спросила Ай Фа.
Ну уж нет, такое не объяснишь.
— Итак, мы два дня собирали сведения со всех сторон. — Я попытался взять себя в руки. — В итоге… как ты сама чувствуешь?
Ай Фа ненадолго задумалась и начала расплетать волосы.
Золотисто-каштановые пряди с шелестом рассыпались по плечам и груди, и только потом она произнесла:
— Думаю… всё в порядке.
— Вот как.
— Ага. Даже если всё пойдёт не так, потеряем мы только пару медных. Это не страшно — я добуду гибу и отработаю потери. Сейчас как раз то время, когда их полно.
— Хм.
— Единственное, что мне не даёт покоя, — это то, что всю эту идею предложил тот человек… Камуя Йош.
— То есть, ему ты всё-таки не доверяешь?
— Не то чтобы не доверяю… я его не понимаю. Ни мысли, ни чувства не ясны. Чем больше с ним говорю, тем сильнее путаюсь.
Она слегка нахмурилась и чуть подалась ко мне.
Я едва не отшатнулся — но удержался.
Нет, она не подошла слишком близко, просто… будь я на её месте, и кто-то шарахнулся бы в сторону, — я бы обиделся.
А сердце всё равно грохочет.
— Он ведь сам попробовал мясо гибы, — продолжала Ай Фа. — Среди жителей города такого я ещё не видела. Я удивилась и подумала, что, может, недоверие к нему поубавится… Но оно, наоборот, стало только сильнее.
— Понимаю. Я и сам не до конца его понимаю. «Не доверяешь» — не совсем верно, да. «Не понимаешь» — вот точнее.
— Ты тоже так думаешь?
— Ага.
— Понятно… — Ай Фа выдохнула, будто сбросила груз с плеч.
Необычное выражение для неё.
— Если бы ты думал иначе, я, наверное, и тебя перестала бы понимать, — сказала она негромко. — Так что… хорошо, что нет.
— Эм… ну да. Но если судить по тому, что говорили отец Тары и Газран Лутим, сама по себе идея с лавкой не вызывает проблем. Что бы ни двигало Камуей Йошем, мы можем поступить, как считаем нужным… верно?
— Это и так с самого начала ясно. Что бы мы ни сделали — отвечаем только мы.
— Понимаю. Но если из-за лавки тебе вдруг будет неприятно или сложно — я этого не хочу.
Тут на лице Ай Фа, до этого спокойном, проступила лёгкая тень раздражения.
Вот теперь она снова была похожа на себя. Но… что я сказал не так?
— Асута, — произнесла она ровно, но твёрдо. — Ты ведь собираешься продавать блюда из мяса гибы, которую я добываю. И из продуктов, что мы получаем за клыки и рога, верно?
— Конечно. Хотя в этот раз я тоже вложусь — но без твоей силы ничего бы не вышло.
— Тогда почему ты делишь нас на «меня» и «тебя»?
Обновлено: 03.02.2026