В гильдии я объяснил ситуацию и сообщил, что рой веспа-хорнетов объявился в западном поместье, чем вызвал среди сотрудников настоящий переполох.
Говорят, веспа-хорнет — очень опасный монстр, и справиться с ним под силу только высокоранговым отрядам искателей приключений.
Однако все опытные группы сейчас находились в Королевской столице, так что их пришлось срочно отзывать. Тем временем перепуганная регистраторша твердила, что дорогу к поместью нужно немедленно перекрыть, чтобы никто из жителей не вздумал туда соваться.
Искатели приключений, подслушавшие разговор, тут же принялись судачить: мол, старик-могильщик пропал больше недели назад, и теперь ясно, что виной тому были веспа-хорнеты.
Что касается пары рабов, то они больше никому не принадлежали, а значит, по праву находки перешли в мою собственность.
Что за чепуха? Как это понимать? То есть мне теперь нужно заботиться о людях, у которых нет ни права на жизнь, ни права на личность?
Я ведь просто честно работал, а в выходной решил протестировать навыки — и вот теперь должен нести ответственность за чужие жизни и судьбы? Я совершенно не готов брать на себя такую ношу.
— Что ж, тогда я освобождаю вас обоих, — стоило мне это произнести, как они вцепились в меня с мольбами:
— Пожалуйста, только не это! Пощадите!
Оказалось, бывшим рабам крайне трудно найти работу, и на воле им просто не выжить. Выходило, что оставаться в рабстве для них — лучший вариант.
«Вот же морока, ну и что мне делать? Я ведь хотел жить в свое удовольствие, не зная забот, а теперь, кажется, на меня навесят еще кучу обязательств».
— Раз так, то я освобожу вас, когда найду вам работу и обеспечу жильем и едой. Так и решим.
Для начала я решил вернуться в аптеку эльфа.
— Что ты натворил?! — возмутилась Камилла при виде меня в компании костлявого старика и рабыни, но, выслушав объяснения, быстро остыла.
Я попытался было спихнуть рабыню из племени Гекко на попечение Камиллы, но та лишь вручила мне иглы для акупунктуры. По ее словам, если смачивать иглы в высокочистом зелье исцеления и проводить процедуру, то она должна пойти на поправку сама собой.
Стоит поблагодарить ее хотя бы за то, что она вынесла им хлеба и супа.
Внезапно старик перестал есть и спросил, как меня зовут.
— Я Комуро Наоки. Комуро — это фамилия, а Наоки — имя, — когда я ответил так, Камилла изумленно воскликнула:
— У тебя есть фамилия?!
А ведь верно, я, кажется, до сих пор не называл своего полного имени.
Старик представился Бальзаком, а девушку из племени Гекко, как выяснилось, звали Сера.
— С этого момента… будем под вашим покровительством, — произнесла Сера.
— Так-то оно так, но… — замялся я. — Я с рабами дела никогда не имел, так что не особо понимаю, как с вами обращаться. Собираюсь вести дела довольно расслабленно, так что особо на меня не рассчитывай.
«И, пожалуйста, не смотрите на меня такими серьезными глазами. Я же теперь даже в носу не смогу поковырять или, пардон, испортить воздух, ни на кого не оглядываясь. Каким бы обожанием ни светились ваши взоры, я вовсе не такой уж благородный человек».
Когда они закончили с едой, я отвел их в свою комнату, чтобы поскорее подлечить Серу. Первым же делом я приготовил высокочистое зелье исцеления и погрузил в него иглы.
Оба во все глаза наблюдали за моей работой, хотя я просто следовал записям Камиллы. Видя, что они стоят над душой и сбивают меня с толку, я велел Сере сесть на кровать.
Размышляя о том, где же мне их устроить на ночлег, я принялся втыкать смоченные иглы в плечи и руки Серы.
Раны затягивались прямо на глазах. Было чертовски приятно видеть, как эффективно впитывается лекарство. Пожалуй, в этом и есть прелесть иного мира.
— Я буду служить вам до конца своих дней!
Полностью исцеленная Сера рухнула передо мной в земном поклоне. Ну пощадите же меня.
— Нет, я же сказал: как только найдете работу…
— Если я не смогу служить, то лучше убейте меня прямо здесь!
Должно быть, жизнь у нее была несладкая. Рабыня все-таки. Впрочем, чему тут удивляться.
— Э-э… ладно-ладно, я понял. Видимо, сейчас у тебя такой настрой. Можешь служить мне. Но только я не люблю все эти церемонии, так что больше так не делай. Веди себя со мной попроще.
— Слушаюсь.
— И ты, Бальзак, тоже.
— Попроще, значит. Окей!
Бальзак выставил большой палец вверх, демонстрируя ту самую простоту.
Видимо, благодаря жизненному опыту он быстрее подстроился под ситуацию. И на том спасибо. Кажется, груз на моих плечах стал чуточку легче.
А вот Сера вовсю сверлила Бальзака недовольным взглядом.
— Хозяин, прошу, накажите его!
— Да нет же, вот именно так и надо. Сера, бери с него пример.
— Слушаюсь и… о-окей!
Сера тоже подняла большой палец в ответ.
— Так, ладно. Поели, теперь нужно разобраться с одеждой и ночлегом.
— Мы можем остаться и в этом виде! — воскликнула Сера. — А спать мы можем и на улице под навесом!
— Ну уж нет, так люди над хозяином смеяться будут! — вставил Бальзак.
Оба тут же принялись наперебой высказывать свое мнение.
— Да мне плевать, если кто-то станет смеяться, но под навесом я вас точно не оставлю. Вот только свободных комнат в этом доме нет, так что жить вам придется в другом месте.
— Ка-как же так! Но тогда в чем смысл быть рабами?!
— Давайте и в этом вопросе без фанатизма. Если понадобится, я сниму дом. К тому же, может, вы еще раньше найдете работу. В общем, идем, сначала купим одежду!
Я применил к ним заклинание «Очистка», чтобы привести их в порядок, и мы вышли на улицу.
В лавке подержанных вещей продавец подобрал им по три смены одежды и запас белья на неделю.
К слову, бюстгальтеров в этом мире не существует, их заменяет плотное нательное белье.
Пока я выбирал вещи, Бальзак принялся озираться по сторонам и тянуть руки к товарам. Неужели воровать вздумал?
— Если что-то приглянулось — говори.
Стоило мне это сказать, как Бальзак уставился на меня так, будто увидел диковинного зверя.
Может, прежний хозяин заставлял его красть? Это же просто невыносимо — заставлять собственного раба совершать преступление вместо себя. И пусть я не самый волевой человек, не стоит недооценивать мою и без того хрупкую психику. Меньше всего мне хочется докатиться до того, чтобы горстями глотать лекарства для желудка.
— Тогда, если можно, этот капюшон… — Бальзак словно услышал мой внутренний голос и, как ни в чем не бывало, взял в руки вязаную шапку.
— Бальзак! — прикрикнула на него Сера.
Опять она за свое.
— Все в порядке, Сера. Если нравится — мы его купим, Бальзак. А ты, Сера, ничего не присмотрела? Ладно, тогда возьмем еще вот эту ленту.
В итоге к покупкам добавились шапка-капюшон и лента, которую я приметил на полке.
Бальзак был несказанно рад обновке — оказалось, в последнее время у него начали выпадать волосы, и капюшон пришелся как нельзя кстати.
Сера совсем растерялась и не знала, что делать с лентой, так что я сам собрал и перевязал ее короткие золотистые волосы. Она вспыхнула до корней, но выглядела вполне довольной, так что будем считать, что я все сделал правильно. Неужели раньше о ней никто так не заботился?
С ночлегом вопрос решился просто: я решил устроить их в гостинице при гильдии.
Бальзак без лишних слов согласился, но Сера со слезами на глазах принялась умолять, что ни за что не хочет оставлять меня одного.
В гильдии все были заняты оценкой веспа-хорнетов и осмотром места происшествия, так что я просто снял Бальзаку отдельную комнату и велел ему завтра утром приходить в аптеку эльфа.
Я попытался было всучить Бальзаку двадцать ноттов на еду или карманные расходы, но тот наотрез отказался:
— У меня никогда не было столь щедрого хозяина. Если люди решат, что раба слишком балуют, это бросит тень на вас, и над вами станут насмехаться.
— Плевать мне, если кто-то станет смеяться. Меня больше твой пустой желудок беспокоит, — с этими словами я насильно впихнул в карман его обновки одну серебряную монету достоинством в десять ноттов.
Бальзак вышел проводить нас и стоял, низко кланяясь, пока мы не скрылись за углом.
Я-то думал, что жизнь наладилась и я привык к этому миру, но не тут-то было. В том, что касается человеческих отношений, здравый смысл моего прошлого мира рушился на глазах.
По пути мы заглянули в лавку, где я купил мех форабита для постели Серы, а после взял в уличном ларьке еды на троих.
На ужин у нас было мясо с овощами, лепешки, похожие на наан, и бутылка вина.
Сера шла молча, не проронив ни слова о еде. Наверное, готова есть все, что дадут. Я спросил, чего бы ей хотелось, но она лишь безмолвно покачала головой. Общение с рабами — задача не из легких.
Когда мы добрались до аптеки эльфа, Камилла как раз заканчивала закрывать лавку.
— Похоже, понадобилось огромное количество репеллента, — произнесла Камилла.
Уже переставшая быть старухой эльфийка приняла от меня порцию ужина и скрылась в своей лаборатории.
Должно быть, средство от насекомых понадобилось именно против веспа-хорнетов.
Мы тоже поднялись к себе, и я расставил на столе тарелки на двоих.
— Господин, как же так? Чтобы хозяин и рабы сидели за одним столом — я о таком и не слыхивала.
— Значит, будем первыми в истории хозяином и рабом, разделяющими трапезу. Давай, ты наверняка проголодалась. Ешь!
Сера все еще стояла навытяжку, не шевелясь.
— Сера, сядь на стул. Это приказ.
— Слушаюсь и… окей!
Она медленно опустилась на стул.
Хоть она и произнесла «Приятного аппетита!», к еде так и не притронулась.
— Вместе есть вкуснее. Прошу тебя, ешь.
Мои слова уже больше походили на мольбу. Не думал я, что жить с рабами так утомительно.
— Но, господин!
— И «господином» меня тоже звать не надо! А то сразу вспоминаются специфические заведения. Просто Наоки.
— Но как же так! Тогда…
На обращении «господин Наоки» мы в итоге и сошлись.
Стоило мне сказать, что мне не нужен раб, который свалится от голода в самый неподходящий момент, как она принялась уплетать еду с невероятной скоростью.
Когда я внушил ей, что следить за здоровьем — это тоже часть важной работы, она начала давиться и рыдать навзрыд.
Когда с ужином было покончено, я расстелил на полу недавно купленный мех форабита.
— Господин Наоки, это что?
— Твое лежбище.
— Постойте! Я говорила, что не покину вас, но я вовсе не рассчитывала на такие почести. И вообще, чтобы рабыня и господин спали в одной комнате…
— Сера! Сил моих больше нет, это уже перебор! Послушай меня! Я ни черта не смыслю в порядках этого мира и не знаю, какими должны быть отношения между рабом и хозяином. И, если честно, мне плевать! Но сейчас ты — моя рабыня! Так что просто молчи и делай, что я говорю! Уяснила?!
— …Я поняла.
— Вот и ладно! А теперь — спать!
— …Да.
Обновлено: 23.01.2026