Лили зашевелилась, промаргиваясь и прогоняя остатки сна. Она села и поморщилась: между ног отозвалось острой, жалящей болью. Все тело ныло, а шея затекла так сильно, что она едва могла повернуть голову. Спустив ноги с кровати, Лили подняла взгляд – и замерла. Глаза ее расширились, а рот приоткрылся в немом шоке при виде зияющей дыры в стене.
Осмотрев комнату, она заметила еще один пролом. Сквозь него было видно, что лагерь разорен, а ворота практически стерты в труху. Сторожевая башня превратилась в груду обломков, часть частокола тоже была снесена.
На лагерь напали?
Пришли спасатели?
Поисковый отряд из Аверлона?
Но почему тогда она все еще здесь?
Ее бросили?
Последнее, что она помнила, – это лапа мерзкой твари на своей шее и его плоть внутри нее. Посмотрев в сторону, Лили увидела ростовое зеркало – это Брут украл у какого-то несчастного торговца несколько недель назад. Девушка, пошатываясь, поднялась на ноги, стараясь не обращать внимания на жгучую боль внизу живота и в шее.
Сделав несколько шагов, Лили рухнула на пол. Она подняла взгляд и увидела в поваленном зеркале свое изможденное отражение. Потухшие глаза, спутавшиеся волосы и уродливое багровое кольцо вокруг шеи отражались на треснувшей поверхности.
Со стоном она предприняла еще одну попытку и на этот раз сумела устоять. Ковыляя, она подошла к огромной дыре, где раньше была дверь. Лили не знала, что и думать, глядя на представшее перед ней тотальное опустошение. Вокруг царила тишина, ни единой живой души – исчезли даже собаки, лошади и тот рогатый медведь, что сидел под замком в железной клетке. Лагерь был полностью уничтожен, уцелела едва ли половина лачуг. Оглянувшись на стены дома, она поняла: это чудо, что здание вообще не рухнуло.
Внезапно Лили почувствовала холод на голой коже, и этот озноб был ей в радость… с тех пор как ее приволокли сюда, она была заперта в этом доме с монстром. Ей нужна была… одежда… одежда… прошли недели с тех пор, как она что-то носила…
Лили доковыляла до комода и заметила, что монстр почему-то оставил свою гордость – плащ из шкуры рогатого медведя. Она схватила первые попавшиеся вещи, которые могли подойти по размеру, стараясь подавить рвотный позыв от запаха этого мужчины, пропитавшего ткань.
Одевшись, она перевела взгляд на меч монстра, прислоненный к стене. Оружие все еще было в ножнах. Дрожащими руками Лили схватила его, намереваясь использовать вместо трости.
В тот момент, когда она подняла меч, ее внезапно пронзила мысль… она свободна… что бы здесь ни произошло, это даровало ей волю… она может вернуться домой…
Эта догадка подкосила ей ноги. Слезы потекли ручьем – кошмар закончился…
Лили не знала, сколько проплакала, стоя на коленях, но когда слезы высохли, в груди затеплилось то, чего она не чувствовала уже очень давно… надежда…
Эта надежда дала ей силы подняться, и разум тут же переключился на поиски пути домой. Нужна была еда и вода. Она помнила, что из лагеря вела тропа. Что за ней – она понятия не имела, но уж лучше сдохнуть в клыках волков, чем снова стать игрушкой для того зверя.
Она собрала все припасы, которые удалось раздобыть в доме – это оказалось несложно. Брут держал здесь все лучшие сыры, тут же нашлась и его фляга. Лили подняла бурдюк – он был полон. С припасами в руках и мечом вместо посоха она сделала первые шаги за порог. Когда лесной холод коснулся ее лица, чувства едва не захлестнули ее снова, но на этот раз она сумела взять себя в руки.
Небеса дали ей второй шанс… она не растратит этот дар впустую…
Проходя к воротам, она заметила в пыли лужи засохшей крови. Но ни одного тела…
Затем ее взгляд упал на странные шипы из белой кости, торчащие из земли. Они были в пятнах крови и размером с кинжал. Она заглянула в пустой загон, где держали остальных девушек, и не увидела там следов крови… может, и они выбрались…
Лили оглядывала разрушения: глубокие борозды на стенах и на земле. Тот, кто оставил эти отметины, был огромен – разрезы были шире и длиннее любых, что ей доводилось видеть. Когда она дошла до железной клетки рогатого медведя, то увидела, что прутья чудовищно погнуты, а сама клетка словно разрублена каким-то лезвием. Снаружи темнела небольшая лужа крови…
Пока она шла через лагерь, в голове начала укореняться пугающая мысль: то, что сделало это, не было человеком… Оно было огромным и невероятно могучим… Судя по оружию, валявшемуся рядом с засохшей кровью, у этих ублюдков, вероятно, не было ни единого шанса…
Добравшись до ворот, Лили увидела такие же отметины на бревнах, из которых состоял частокол. Казалось, лезвия прошли сквозь дерево, как сквозь бумагу… древесина в местах ударов даже не расщепилась – это были чистые, ровные срезы…
Наконец она сделала первый неуверенный шаг за пределы лагеря и замерла. Бросив последний взгляд на стертое с лица земли логово, она втайне поклялась никогда сюда не возвращаться…
Сердцем она чувствовала: эти подонки мертвы, и тот, кто это сделал, позаботился о том, чтобы наверняка…
Теперь нужно было только добраться до главного тракта, и тогда, возможно… только возможно, она попадет домой…
С мыслями о лицах родителей Лили сделала решительный шаг в чащу леса.
Затем еще один, и еще…
Она вернется домой или умрет по пути…
◦◦,`°.✽✦✽.◦.✽✦✽.°`,◦◦
Сказать по правде, Беатрис сильно нервничала. Она – бестиаролог, исследователь множества форм жизни, разбросанных по всей Терре. Комфортнее всего она чувствовала себя среди книг и на прозекторских столах. А теперь она тряслась в повозке, которую тащили прочь из Аверлона. В душе Беатрис проклинала свою удачу: ее вызвали для активации «Протокола контакта с новым монстром». Очевидно, дорожный патруль обнаружил на тракте разбитую купеческую повозку и нашел на месте происшествия нечто странное.
Поскольку Беатрис была Королевским бестиарологом города-государства Аверлон, именно ее отправили проводить расследование. Она не умела ладить с людьми, да и открытая местность была не по ней. Что ж, в своей работе она действительно была хороша и превосходила даже коллег, которые были на десятилетия старше. Ей было всего за двадцать, а ее уже признали лучшим бестиарологом в Аверлоне.
И все же! Это не значило, что она годится для ПОЛЕВОЙ РАБОТЫ. Она мастерски анализирует образцы, попадающие к ней на стол, а не разгуливает по лесам, выясняя, что за чертовщина там стряслась! Теперь ей придется торчать на холоде и работать с незнакомцами… боги, как же она ненавидела незнакомцев…
Коллеги часто отпускали в ее адрес колкости – иногда за спиной, а иногда и прямо в лицо, пользуясь ее социальной тревожностью. Чаще всего ей доставалось, когда кто-то пытался за ней приударить.
— Беатрис не интересует твой стояк, братец, единственные кости, которые ей интересны, – это те, что можно собрать заново, — это была дежурная шутка… Ну, справедливости ради, она действительно могла собрать любой скелет по памяти, но все равно! Это было ГРУБО!
Со вздохом она подняла взгляд на лошадей, тянущих повозку. Вокруг на конях ехали авантюристы золотого ранга, нанятые для ее сопровождения. Беатрис снова вздохнула и опустила голову, стараясь ни с кем не встречаться взглядом, и плотнее запахнула меховой плащ, спасаясь от холода.
Когда они наконец прибыли на место, Беатрис попыталась выбраться из повозки, и один из «золотых» авантюристов помог ей спуститься.
— Осторожнее, госпожа, — сказал воин, поддерживая ее с улыбкой.
— Спасибо… — пробормотала она в ответ и тихо побрела к месту происшествия.
Осмотревшись, Беатрис увидела выставленное оцепление. Стражники натыкали в землю колышков вокруг важных находок. Первым делом она заметила разбитую повозку. Что-то сломало колесо, а лошадей нигде не было видно. Странно, но тел тоже не обнаружилось… возможно, их съели…
— Здесь остались хоть какие-то останки? — Робко спросила Беатрис у ближайшего стражника.
— А? Ты еще кто такая? — Грубо буркнул тот.
— Ой! — Пискнула Беатрис, втягивая голову в плечи, и стражник даже слегка отпрянул от неожиданности.
— Это госпожа Беатрис Годвин, Королевский бестиаролог Аверлона, — подал голос авантюрист золотого ранга, стоявший неподалеку.
Беатрис увидела, как глаза стражника округлились от удивления, и он тут же отвесил поклон.
— Прошу прощения, госпожа! — Поспешно выпалил он.
— Все… в порядке… — тихо ответила Беатрис.
— Она спрашивала про тела, — добавил авантюрист, стараясь ускорить процесс.
— Да, конечно, господин. Мы не нашли ни одного тела ни здесь, ни поблизости. Однако есть пятна засохшей крови и нечто, похожее на следы гигантского змея… и еще пара странных находок, — сказал стражник, кивнув в сторону повозки.
— Можете сначала показать мне следы? — Мягко попросила Беатрис.
— Сию минуту, госпожа.
Беатрис подвели к участку примятой травы. Она наклонилась, поправив на носу массивные очки. Изучая отпечатки, она отметила, что стража была права: это действительно походило на след змеиного типа. Длинное тело, скользившее по траве…
— Оно тяжелое, — раздался голос у нее за спиной, и Беатрис чуть не выпрыгнула из собственной кожи.
— Анджелина, полегче, она пугливая, — услышала она голос авантюриста.
Беатрис обернулась и увидела следопыта из их группы. Присмотревшись к этой Анджелине, она поняла, что та – полуэльф. Редкий вид: межрасовое размножение затруднено, шанс оплодотворения составляет всего десять процентов для менее плодовитых видов. У эльфов фертильность тоже крайне низка – всего десять процентов вероятности беременности во время овуляции, что дает лишь один процент шанса для пары человека и эльфа. К тому же полуэльфы живут дольше обычных людей, хотя и не так долго, как чистокровные.
Все эти факты пронеслись в ее голове, пока она смотрела на Анджелину, – информация всплывала из памяти инстинктивно.
— Эм, привет? — Сказала Анджелина, и Беатрис поняла, что пялится на нее пустым взглядом.
— Ох, да… почему вы решили, что оно тяжелое? — Спросила Беатрис.
— Следы не очень широкие, но глубокие. Змей такого размера не должен оставлять такие борозды. Могу предположить, что это существо – змея только в нижней половине, а выше у него другой тип туловища, — Анджелина снова посмотрела на следы.
Это имело смысл. Обычные змеи оставляют неглубокие следы, так как их вес распределен по большой площади. Этот же след не слишком широк, но глубок, а значит, Анджелина, скорее всего, права. Боги, ей определенно нужно подтянуть навыки полевой работы…
— Думаю, вы правы, — кивнула Беатрис, возвращаясь к изучению отпечатков.
— И что это, по-твоему? — Спросила Анджелина.
— Эм… по одним следам не скажешь. Есть много видов со змеиной нижней частью. Наги, горгоны, змеелюды… список слишком длинный… — ответила Беатрис.
— Ладно, посмотрим, что еще удастся найти, — Анджелина повернулась к стражнику.
— Что еще кажется вам странным? — Нерешительно спросила Беатрис у стража.
— Больше всего выделяется вот это, — сказал тот, и голос его стал тревожным.
Беатрис подвели к повозке, и она заметила белый выступ в древесине. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это некий костяной шип. Должно быть, его выпустили с огромной силой, раз он так глубоко ушел в дерево…
— Мы его не трогали, боялись, что он отравлен, — пояснил стражник.
— Да, вполне возможно. Но сначала мне нужно извлечь его. Погодите… — Беатрис потянулась к инструменту на поясе. Она достала плоскогубцы и ухватилась за кончик шипа. Потянула, но тот даже не шелохнулся. Она попробовала снова, кряхтя от натуги, – безрезультатно.
— Помочь? — Предложила Анджелина.
— Да, пожалуйста… — выдохнула запыхавшаяся Беатрис.
Анджелина взяла плоскогубцы и дернула – шип сидел как влитой.
— Проклятье, крепко засел, — Анджелина рванула сильнее, но шип не поддался.
— Дайте я попробую, — вмешался авантюрист.
— Давай, Грегор, только осторожно, не сломай, — Анджелина передала ему инструмент.
Грегор, судя по всему, был воином отряда: он носил отличные латы и выглядел весьма сильным. Он ухватился за плоскогубцы и потянул – снова ничего.
— Боги, ну и хватка у этой штуки, — проворчал Грегор. Он поднапрягся еще раз и наконец вытащил его… правда, вместе с куском доски…
— Ну вот… — вздохнула Анджелина, глядя на развороченный бок повозки.
— Зато не сломался. Крепкая дрянь… — Грегор рассматривал шип в зажимах плоскогубцев.
— Дайте взглянуть, — попросила Беатрис.
Она взяла инструмент и откинула увеличительную линзу, закрепленную на ее шляпе. Зажегся магический огонек, осветив находку. Изучая шип, Беатрис поняла, что никогда не видела ничего подобного. Крайне любопытный образец: вдоль кромок шли зазубрины, чтобы его было труднее вытащить… а еще по краям виднелись крошечные отверстия… каналы для яда… этот шип должен был впрыскивать отраву в цель…
— Я не узнаю этот тип шипов… — Беатрис отвела взгляд.
— Думаю, тебе стоит забрать его и поискать в архивах, — предложила Анджелина.
— Да, так будет лучше всего, — Беатрис достала мешочек и осторожно опустила туда находку.
В тот момент, когда она разжала пальцы и шип упал на дно, он насквозь прорезал кожу мешочка и вывалился наружу. Костяное острие вонзилось в землю в сантиметре от ее ноги. Все замерли, глядя на шип, который едва не пробил ей стопу…
— Эм… ладно… это было близко… — выдавила Анджелина.
— У тебя есть мешочек попрочнее? — Негромко спросил Грегор.
— Это был мой лучший… из кожи демигрифа… — тихо ответила Беатрис, чувствуя, как ее начинает трясти.
Кожа демигрифа была невероятно прочной – настолько, что ее предпочитали использовать для доспехов авантюристы высоких рангов.
— Черт… — шепнула Анджелина.
— Не могли бы вы отломить кусок дерева… — попросила Беатрис.
Когда щепу раздобыли, Беатрис уронила на нее шип, и тот снова впился в древесину. Хотя на этот раз не так глубоко…
Она осторожно положила этот кусок дерева в заднюю часть повозки и вернулась к осмотру места.
— Так, что еще? — Анджелина посмотрела на стражников.
— Повсюду разбросаны пятна засохшей крови. Рядом с некоторыми лежало оружие, — ответил стражник.
— Какое оружие? — Уточнил Грегор.
— Вот одно из них, — страж подошел к повозке и поднял предмет, завернутый в ткань. Он развернул сверток и протянул побитый меч Грегору. Тот нахмурился, изучая клинок.
— Снаряжение – дрянь. Скорее всего, такое используют бандиты, — заключил Грегор.
— Мы тоже так подумали, — подтвердил стражник. — Чуть дальше есть еще два пятна крови. След ведет прямо к ним.
— Значит, бандиты напали на эту повозку – похоже, купеческую. А потом на самих бандитов напал этот монстр, — Беатрис анализировала информацию.
— Похоже на то. У тех двух пятен крови дальше оружия не было. Но мы нашли мечи вон там, без следов крови рядом. Видимо, бандиты бросили их и дали деру. Далеко не ушли – всего метров десять в ту сторону, — стражник указал вдаль.
— Есть еще кое-что, — добавил он.
— М-м? — Отозвалась Беатрис.
— Мы нашли это в траве, — стражник наклонился и поднял… зеркало?
— Зеркало? — Удивилась Анджелина.
— Может, это горгона? Зеркала используют против горгон, — предположил Грегор.
— Нет, горгоны не умеют стрелять отравленными шипами. Мог бы быть василиск, но нет… у василисков чисто змеиное тело, это не совпадает со следами… и шипами они тоже не стреляют… Если бы использовали окаменение, здесь стояли бы статуи… — рассудила Беатрис.
— Может, кто-то из жертв принял его за горгону? — Предположила Анджелина.
— Или за василиска, — добавил Грегор.
— Да ну, вряд ли купец или бандит отличит гигантскую змею от василиска, скорее уж подумали на горгону. Змеи вместо волос – примета верная, — ответила Анджелина.
— Хм, верно… — Грегор потер подбородок.
— И последнее, — сказал стражник.
— Что именно? — Спросила Анджелина.
— Вот здесь, — он подвел их к участку, отмеченному колышками.
Беатрис подошла и увидела, что здесь тоже были шипы, вонзившиеся в землю. Более того, на почве виднелась длинная борозда и брызги засохшей крови.
— Похоже на удар клинком… — заметил Грегор.
— Что это за чертовщина? Похоже на горгону, низ змеиный, само огромное, стреляет шипами, а теперь еще и клинки? — Анджелина была в полном замешательстве.
Беатрис подперла подбородок рукой, пытаясь сложить мозаику.
Похоже на горгону или иное существо, использующее окаменение…
Змеиная нижняя часть тела…
Весьма крупное… вероятно, больше человека…
Отравленные костяные шипы, летящие на огромной скорости…
Лезвия…
Вероятно, пожирает тела, раз их здесь нет…
Определенно быстрее человека, раз бандитов настигли так быстро…
Ни одно существо не подходит под все эти приметы сразу…
— СТОЯТЬ! — Услышала Беатрис крик стражника.
Группа обернулась: стражники, обнажив оружие, целились в сторону леса. Из-за деревьев, пошатываясь, вышла женщина. На ней был меховой плащ, а на меч она опиралась как на посох. Сделав два шага по дороге, она рухнула на землю.
— Помогите… — прохрипела она.
— Какого черта? — Бросил Грегор, срываясь с места.
Беатрис поднялась и последовала за остальными. Подойдя ближе, она увидела, что женщина в ужасном состоянии. Когда та подняла голову, стали видны уродливые черные синяки, кольцом охватывающие шею.
— Ого, кажется, ее пытались задушить, — заметила Анджелина.
— Ты откуда? — Спросил Грегор.
— Сбежала из лагеря бандитов… заблудилась в лесу… два дня… — слабо ответила женщина.
— Бандитский лагерь… — Грегор переглянулся с Анджелиной, и та ответила ему понимающим взглядом.
— Эй, Фили, живо сюда! — Крикнул Грегор, и к ним подбежала жрица их отряда. — Подлечи ее.
После заклинания Исцеления женщина облегченно вздохнула – синяки начали бледнеть и исчезать.
— Что произошло? — Спросила Анджелина.
— Я очнулась после того, как меня… — женщина запнулась, закусив губу.
— Очнулась? — Надавила Анджелина.
— Очнулась на кровати… после того как главарь бандитов о… осквернил меня… Лагерь был разрушен чем-то. Чем-то огромным… — дрожащим голосом произнесла женщина.
— Тел не было? — Анджелина вскинула бровь.
Женщина резко вскинула на нее взгляд.
— Нет… откуда вы знаете? — Спросила она.
— У нас тут та же картина. Пойдем со мной на минуту. Хочу проверить, узнаешь ли ты кое-что, — Анджелина помогла женщине подняться.
Ее подвели к повозке, и когда Анджелина показала костяной шип, глаза незнакомки расширились.
— Ты видела это раньше, — констатировала Анджелина.
— Да… но… — ответила женщина.
— Но? — Не отступала Анджелина.
— Те, что видела я, были больше, гораздо больше… — прошептала та.
— Насколько? — Спросила Анджелина.
— Длиной почти с мое предплечье, — ответила женщина.
От этих слов у Беатрис перехватило дыхание. Здешние шипы были всего около 15 сантиметров в длину. Это место осмотра совсем свежее, нападение произошло всего пару дней назад. Ни одно существо не может расти так быстро, а значит… их больше одного…
— Их больше одного… — едва слышно прошептала Беатрис.
— Мать и детеныш? — Предположила Анджелина.
— Возможно… — Беатрис задрожала.
Она на мгновение зажмурилась, собираясь с духом, затем полезла в сумку, достала королевскую печать власти и развернула ее. Подняв документ так, чтобы видели все, она заговорила:
— Властью, данной мне престолом Аверлона…
— Я, Беатрис Годвин, Королевский бестиаролог Аверлона, сим объявляю о появлении нового вида монстров.
— Все дороги подлежат перекрытию.
— В деревни должны быть немедленно разосланы гонцы.
— До дальнейших распоряжений любые несанкционированные перемещения запрещены…
Обновлено: 19.02.2026