Чэнь Фанчжоу, безусловно, не полный идиот — всё он понимает.
Закончив свой оглушительно пафосный вводный инструктаж, он добросовестно обучил Цзян Сяоюань нескольким массажным техникам. Каждое движение казалось ей одновременно знакомым и чужим — будто что-то давно забытое, некое дежавю, что теперь приходилось изучать заново.
— Ты быстро учишься, — заметил директор Чэнь. — Дома подстриги ногти — у некоторых клиентов чувствительная кожа головы, да и царапины могут вызвать перхоть. Видела пластиковые манекены у входа? Ежедневно на них тренируйся. Через неделю, когда освоишься, переходи на головы сотрудников. Вымой каждому, и только после единогласного одобрения начнёшь принимать... тьфу, то есть обслуживать клиентов.
Цзян Сяоюань удивилась — она не ожидала, что обучение мытью головы может быть таким строгим.
Чэнь Фанчжоу, не сводя с неё глаз, спросил:
— Что не так? Слишком строго? В дешёвых салонах, понятное дело, клиентов моют, как попало — бросят новичка-стажёра к клиенту, и всё! Но, с другой стороны — в тех забегаловках стрижка стоит 10-20 юаней, а у нас даже стажёр за подравнивание кончиков берёт минимум 80. За что? Должно же быть у нас что-то особенное!
— Угу, понятно.
Цзян Сяоюань заметила: когда Чэнь Фанчжоу говорил о серьёзных вещах, он даже начинал походить на самого настоящего директора салона. У уголка его глаз вытянулась едва заметная морщинка, а в профиль его лицо выглядело абсолютно сосредоточенным.
— Учись, девчонка, — сказал Чэнь Фанчжоу. — Взгляни на меня: даже школу не окончил, ничего не умел, только языком молоть. С пятнадцати лет в этом деле, ни разу не сменил профессию. А теперь вот — приличный с виду директор салона. И за границей стажировался, и машину с квартирой недавно приобрёл. По-твоему, это не успех?
Цзян Сяоюань, возможно, и не могла похвастаться широким кругозором, но «успешных людей» повидала предостаточно. Поэтому к заявлениям Чэнь Фанчжоу о собственной «успешности» она отнеслась с явным скепсисом.
— Что, не согласна? — поддел её директор Чэнь.
Позволив себе немного расслабиться, Цзян Сяоюань невольно бросила:
— Господин Чэнь, быть управляющим в чужом салоне — не достижение. Что бы было, чем похвастаться — надо создать собственный бренд. Да и одна квартира — разве это показатель? Нужны, как минимум: просторные апартаменты в центре, вилла с термальным источником, видовая недвижимость в курортной зоне, плюс конный ранчо за границей. Вот это можно с натяжкой назвать скромным состоянием.
Поражённый Чэнь Фанчжоу уставился на стажёрку.
— Мать честная! Да я, выходит, слона-то и не приметил! Слепой крот перед горой Тайшань! С виду тихоня, а как лихо фантазирует! Наш человек, сразу видно!
Цзян Сяоюань вообще не хотела быть «его человеком». Ухмыльнувшись, она мило его поблагодарила:
— Вы слишком добры, директор Чэнь.
— Приступай к практике, — вытерев руки, он достал из кармана брошюру и протянул Цзян Сяоюань. — Держи, это — служебная инструкция нашего салона. Сам составил. Забери домой и как следует выучи. Прежде, чем ты официально начнёшь работать, нужно будет пройти небольшой тест.
Цзян Сяоюань ожидала увидеть профессиональные секреты, но, раскрыв брошюру, остолбенела.
Оказалось, что большая часть содержания представляла собой вопросы и ответы. Например: «Что делать, если клиент недоволен долгим ожиданием?» или «Как разрешить конфликт, если клиент недоволен обслуживанием?» — но вопросы такого характера занимали лишь малую часть.
Основную же часть занимали вопросы вроде: «Что делать, если клиент хочет вас с кем-то познакомить?»
— Познакомить?.. — Удивилась Цзян Сяоюань. — Это что за дичь?..
Чэнь Фанчжоу ответил со всей серьёзностью:
— Такое у нас постоянно. Среди наших клиенток много женщин в возрасте, ну ты понимаешь. Вот недавно одна решила меня женить — на следующий день привела девушку: худую, как щепку. Ни на один вопрос так мне и не ответила, только глупо улыбалась. Потом выяснилось, что у неё... ну, умственные особенности.
Перед Цзян Сяоюань открывался совершенно новый мир. Она с любопытством спросила:
— И что с таким делать?
Приподняв подбородок, Чэнь Фанчжоу сказал:
— Там всё написано.
Цзян Сяоюань пробежалась глазами по тексту и на следующей странице увидела ответ: «Сообщи, что помолвлена в своём родном городе».
— Почему тебя так недооценивают? Ты ведь директор и… — Цзян Сяоюань запнулась, едва не прикусив язык, — ну… «успешный человек с квартирой и машиной».
— Я пошутил, — улыбнулся Чэнь Фанчжоу. — Ипотека на тридцать лет, а машина — просто электробайк. Можешь хоть по сто раз на день кричать о равенстве, но... пока ты работаешь с людьми, в их глазах ты — лишь обслуживающий персонал. Держи это в голове, чтобы не строить в голове иллюзий. Хах, наша профессия даже на кредитный рейтинг никак не влияет.
Цзян Сяоюань легче не стало.
— Чего такое? Чего скисла? Клиент несёт нам деньги — значит, может и смотреть на тебя свысока. Тебе что важнее — гордость или деньги?
— Да ничего особенного, — сорвалось у Цзян Сяоюань.
— Восхитительно, — фыркнул директор. — Редкий дар — ставить принципы выше прибыли. Люблю таких людей! Давай, шевелись, как следует вымой ей голову! Смотри, пена уже скоро в корку превратится!
Сидящая в кресле для мытья головы модель напомнила, что она всё ещё жива.
— Директор Чэнь, вы рассуждаете неверно. Разве все люди в мире, нуждаясь в деньгах, должны сразу забывать о достоинстве?
Чэнь Фанчжоу щёлкнул её по лбу.
—Что за чушь ты несёшь? Вот в соседнем бизнес-центре люди с ноутбуками и кофе ходят — и достоинство есть, и деньги. Сможешь до их уровня дотянуть? Не дёргайся! Лежи смирно!
Модель недовольно зашипела — Цзян Сяоюань, ещё не научившаяся рассчитывать силу, нечаянно вырвала у неё пару волос.
«Тот самый человек с кофе и ноутбуком сейчас учится у тебя мыть головы», — мрачно подумала Цзян Сяоюань.
Что вообще определяет пропасть между людьми?
Раньше Цзян Сяоюань считала, что пропасть между людьми огромна — взять хотя бы её и Фэн Жуйсюэ. Та день и ночь вкалывала, экономила каждую монетку, но за десять лет не смогла бы заработать даже на машину, которую Цзян Сяоюань могла купить, когда захочет.
Теперь же она поняла: разница между людьми — всего лишь тонкая плёнка. Между ней и другими мойщицами — лишь этот, едва уловимый, слой кожи.
Стоит его содрать — и мутный рыбий глаз неотличим от жемчуга.
Так Цзян Сяоюань начала обучение. Раньше, когда ей самой мыли голову в салонах, она вечно ворчала: то массаж слишком короткий — не успеешь расслабиться, то движения небрежные. Теперь, поменявшись местами с работником, она, наконец, поняла, насколько это изматывает: слишком слабо — неэффективно, слишком сильно — больно, ногтями нельзя задеть, суставы пальцев постоянно в напряжении. По правилам салона, массаж головы должен длиться не меньше десяти минут. И кроме простых шагов, вроде нанесения шампуня или кондиционера, её руки постоянно находятся в воде и ледяных уходовых средствах.
Кроме обучения и уборки, Цзян Сяоюань была в салоне словно невидимка — она почти не общалась с коллегами. Все двадцать с лишним лет она считала себя экстравертом и душой компании. Но в этом новом времени и пространстве она вдруг с удивлением осознала, что, на самом деле, совсем не умеет выстраивать отношения с людьми.
Её коллеги — самому старшему едва за тридцать, младшим не было и восемнадцати. От директора до мойщиц никто не окончил даже средней школы. Большинство приехало из деревень, совсем юными отправившись на заработки. Без навыков, с посредственными способностями, они были, как плывущие по воде листья — поработают пару лет, и на их место уже приходит новый человек. Попытка закрепиться в городе с его бешеными ценами на жильё была для них заведомо проигрышной.
В «отсутствии навыков» и при «посредственных умственных способностях» Цзян Сяоюань мало отличалась от окружающих. Но, всё же она была другой.
Мышление, взгляды, интересы... Даже, казалось бы, незначительные бытовые привычки — всё это делало её белой вороной среди коллег.
В день экзамена Цзян Сяоюань вымыла головы десятку коллег. К концу пальцы уже не сгибались, а подушечки побелели от воды. Чэнь Фанчжоу велел ей сначала вымыть руки, затем протянул флакон с глицерином:
— Наноси регулярно, не забывай. Скоро холода, а перед Новым годом у нас наплыв клиентов — нельзя допустить обморожения рук.
Цзян Сяоюань устало изогнула край губ, взяла флакон и молча пошла в уборную.
Она не спешила открывать кран — опёршись руками о раковину, она низко опустила голову и практически прижала подбородок к груди. Медленно вздохнув, она подумала: «Так странно, что я теперь по другую сторону».
Чэнь Фанчжоу потребовалось больше десяти лет, чтобы достичь всего, что он имеет сегодня. Цзян Сяоюань даже представить себе не могла, сколько ему пришлось пережить трудностей и как усердно ему приходилось работать. Но… и что с того?
Несмотря на все усилия, директор Чэнь до сих пор остаётся бедняком, погрязшим в долгах — даже на машину среднего класса не может наскрести. Настоящий нищеброд, судя по всему. Да и уровень «кандидаток», которых ему сватают, красноречиво свидетельствует — всё выдаёт в нём человека, давно смирившегося со своей социальной несостоятельностью.
Молодые сотрудники салона видели в нём пример для подражания, но для Цзян Сяоюань Чэнь Фанчжоу был всего лишь нищим низкорослым мужчиной, которому через пару лет к списку недостатков добавится ещё и надпись на лоб: «старый». Как представителю сильного пола, ему уже нечего было ждать от жизни. Она даже чувствовала отчаяние за него и никак не могла понять, почему директор Чэнь целыми днями ходит таким довольным.
Получается, нужно вкалывать до изнеможения, как собака, чтобы жить, как Чэнь Фанчжоу?
Взглянув в отражении на своё лицо без макияжа, она подумала: «Что бы сделал помощник на маяке, окажись он здесь?»
Она замерла на мгновение, вспомнив того юного спортсмена. Казалось, «золотой палец» внутри неё снова сработал — смятение и хаос в душе постепенно улеглись. По мере успокоения она с удивлением осознала, что даже мысли стали кристально ясными.
— Сначала нужно подзаработать на жизнь, — она быстро вымыла руки и нанесла дурно пахнущий глицерин. — Сначала как следует поработаю здесь... Два месяца. Ровно два месяца, чтобы найти себе новое направление. Я не могу мыть головы вечно.
Ей нужно было срочно обосноваться: как-то разобраться с Ци Лянем, а ещё с родными и друзьями прежней Цзян Сяоюань. Ещё она планировала выкроить время для визита в больницу — проведать Чжан да-цзе и остальных. Хоть бы Чжан Тянь вспомнила про долг!
Ещё столько предстоит сделать!
Подумав об этом, Цзян Сяоюань выпрямила спину и твёрдым шагом вышла в зал, чтобы узнать результаты «экзамена».
Она уже до блеска отполировала все манекены в салоне и считала, что отлично постаралась, поэтому о результатах особо не волновалась. Цзян Сяоюань предполагала, что даже если единогласного одобрения не будет, то хотя бы 80% положительных отзывов она точно получит.
Однако, реальность превзошла все её ожидания — в худшую сторону.
Обновлено: 17.01.2026