Глава 3 — Глава 3

Глава 3 В десять утра на кухне «Demon» и в основном зале все уже вовсю суетились. Обычно в это время только у административной помощницы было больше всего свободного времени, но сегодня она вела себя необычно: щёки её были румяными, она отнесла новому боссу документы, а вышла от него в приподнятом настроении, даже шагала слегка подпрыгивая. В небольшом кондитерском цеху на рабочем столе была рассыпана мука, помощница Момо только что взбила яичные белки, а Ань Сяо стояла, прислонившись к столешнице, в задумчивости, стараясь вспомнить все «невероятные» события этого утра. Но прошло всего несколько минут, как Ань Сяо заключила с собой перемирие, приняв установку, что долгая бессонница привела к массовой гибели клеток мозга и у неё уже начались галлюцинации. Видимо, пора идти на повторный приём. В этот момент за дверью послышались два голоса. — Брат Ли, мне правда не к кому больше обратиться, иначе я бы не стал вас беспокоить, дома случилась беда, срочно нужны деньги, я… — Я всё понимаю, но до зарплаты ещё больше десяти дней, у всех сейчас туго с деньгами. Ань Сяо подошла к двери как раз вовремя, чтобы стать свидетелем этой сцены. Того, кого называли «братом Ли», зовут Ли Сэнь, он является помощником шефа на основном производстве, отвечает за закуски. А обращался к нему младший подсобный рабочий Ван Чуань. Обычно Ли Сэнь меньше всех нагружал Ван Чуаня работой, что создавало иллюзию, будто он его опекает. На самом деле Ли Сэнь был человеком, ни с кем особо не сближавшимся. Вот и сейчас, вежливо отказав, Ли Сэнь ушёл, оставив Ван Чуаня в одиночестве переживать. — У Ли Сэня семья на иждивении, откуда у него свободные деньги, чтобы давать в долг? — голос Ань Сяо неожиданно раздался позади Ван Чуаня. Тот вздрогнул, узнал кто говорит и опустил голову: — Сестра… ты всё слышала. Ань Сяо, прислонившись к стене, спросила мимоходом: — Дома проблемы? Ван Чуаню только исполнилось восемнадцать, полгода работы на кухне должны были сделать его толстокожим и стойким к ругани, но он всё ещё был как девица — Ань Сяо только спросила, как у него на глазах выступили слёзы, словно ещё пара слов — и он расплачется. К счастью, Ван Чуань всё же знал, как контролировать свою чувствительную и ранимую натуру. Сдерживая обиду, с перерывами он всё же смог объяснить, что случилось дома: пожилой родитель серьёзно заболел, лежит в постели, срочно нужны деньги на операцию, семья собрала по копейкам, но всё ещё не хватает больше двадцати тысяч. Он обошёл всех друзей и коллег, занимая деньги, но недостаёт ещё больше десяти тысяч. Впрочем, Ань Сяо, расспросив Ван Чуаня, на этом и остановилась, не собираясь лезть в чужие дела и уж тем, более не имея сил давать советы. Они и так работали в разных цехах, иногда виделись только по два раза в день, пересекаясь на утреннем инструктаже и во время обеда. Кроме Цяо Май, у Ань Сяо со всеми были лишь поверхностные приятельские отношения. К тому же у неё и в собственной жизни хватало проблем, где уж тут разбрасываться любовью на всех вокруг? Незаметно наступило время после двух дня. «Demon» проводил последних посетителей, сотрудники с шутками и смехом принялись за свой обед. Но Ван Чуань, в отличие от обычных дней, когда он брал себе двойную порцию, в этот раз, лишь кое-как проглотил пару кусков, собрал посуду и вышел за дверь. Он, можно сказать, в панике хватался за любую соломинку, а может, даже немного потерял голову. Под палящим солнцем он направился в недалеко расположенный от «Demon» торговый квартал, где как раз находился пункт приёма ставок лотереи. Ван Чуань не разбирался в тонкостях, поэтому купил самый простой вариант, не требующий раздумий и сразу показывающий, выиграл ты или нет — скретч-карты. Потратив больше ста юаней, он присел на ступеньки у входа и начал по одной их скрести. Как гласит поговорка, богатство не идёт к тому, кто его слишком жаждет. Да и Ван Чуаню просто не везло — целая стопка карт закончилась, а он не выиграл даже двух юаней. Он так и сидел на месте, уставившись на кучу макулатуры у ног, и думал лишь о том, хорошо бы собрать её и отнести обратно в пункт, чтобы вернуть свои сто с лишним юаней. Ань Сяо, проходившая мимо, изначально хотела просто купить сок, но неожиданно увидела потерянного Ван Чуаня и разбросанные на земле скретч-карты. Не нужно было спрашивать, чтобы понять, что произошло. Когда Ань Сяо вернулась с соком, Ван Чуань всё ещё сидел в той же позе. Полуденное солнце пекло так, что у Ван Чуаня кружилась голова, а пальцы стали ледяными. Перед глазами начало темнеть, как вдруг над головой возникла тень, и что-то ледяное прикоснулось ко лбу. Он вздрогнул и моментально пришел в себя. Ван Чуань поднял голову и встретился взглядом с Ань Сяо. Та носком туфли ткнула в скретч-карты: — Надежду покупаешь? Эти слова попали прямо в больное место Ван Чуаня. Он снова опустил голову: — Одно разочарование. Ань Сяо молчала, какое-то время смотрела на пункт приёма ставок, затем на удручённого Ван Чуаня и наконец спросила: — Деньги ещё остались? Нужно двадцать юаней. Ван Чуань опешил, машинально встал, полез в карман и действительно вытащил смятую двадцатку. Ань Сяо забрала её без лишних слов, небрежно махнула рукой: — Раз уж тебя и так уже добили, не всё ли равно, если добавить ещё один раз? Я сейчас зайду и куплю, ты не вмешивайся. Проиграем — мои потери и я верну деньги, выиграем — твоё. Договорились? Дело-то всего в двадцати юанях, но Ван Чуань только что пережил удар, и теперь, глядя на последние двадцать, ему было даже немного жалко. — Сестра, я уже не верю, я смирился. Ань Сяо улыбнулась: — У меня с детства была счастливая рука, вдруг я куплю и сразу выиграю? Звучало это крайне неправдоподобно. Какая бы ни была счастливая рука, много ли выиграешь? Пять, десять юаней? Ван Чуаню нужно двенадцать тысяч, а не какие-то гроши. Выиграть в лотерею больше десяти тысяч не так-то просто, он только что сам попробовал — потраченные деньги принесли лишь разочарование. А те, кто выигрывает миллионы, десятки миллионов, миллиарды — наверняка это всё городские легенды, да и люди они не обычные. Ань Сяо тоже понимала, что её слова звучат неправдоподобно, и никто бы не поверил. Слова — не доказательство, только купив несколько билетов и получив выигрыш, можно подтвердить их правоту. Ань Сяо махнула на Ван Чуаня рукой, повернулась и вошла в пункт приёма ставок. Ван Чуань замешкался на пару секунд, но потом всё же последовал за ней. Они подошли к стойке, Ань Сяо протянула деньги сотруднику, но купила не скретч-карты, а другой вид лотерейных билетов, с розыгрышем в определённое время. — Случайный выбор. Ван Чуань знал, что эти деньги наверняка будут выброшены на ветер, и сердце его слегка ныло от боли. Ань Сяо посмотрела на Ван Чуаня: — В общем, если не выиграем — мои потери, я тебе верну деньги. Если выиграем — твоё, мне ничего не нужно. Розыгрыш сегодня вечером, около девяти, не забудь проверить. Ван Чуань не проронил ни слова, взял билеты и нехотя поплёлся за Ань Сяо обратно к «Demon», на душе у него было ещё более неспокойно, чем когда он шёл сюда. Вообще-то до появления Ань Сяо, Ван Чуань как раз старался переварить удар от потери денег на скретч-картах, его сердце окаменело от горя, и он понимал, что ему не светит большая удача. Но неожиданно возник этот небольшой эпизод, и он, сам не знаю почему, снова загорелся надеждой. Ван Чуань размышлял всю дорогу, пока они не вошли на аллею, и наконец догнал Ань Сяо: — Сестра, ты только что сказала, что у тебя с детства счастливая рука… Насколько же счастливая? Он понимал, что вопрос задал неуместный, да и звучал он глупо. Ань Сяо остановилась, её тон был наполовину серьёзным, наполовину шутливым: — Трудно сказать. Боюсь, если размахнусь, нарисую тебе воздушные замки, а вдруг не выиграем и тогда — ты на меня обидишься. Лучше бы Ань Сяо промолчала, так Ван Чуань ещё больше зациклился на этом, надеясь, что она даст ему какую-то гарантию: — Сестра, я не обижусь. Даже если ты просто шутишь со мной, я не приму близко к сердцу. Шутить с ним? Ань Сяо чуть не рассмеялась от такой причудливой фантазии Ван Чуаня. В такую жару она просто вышла купить сок, случайно увидела, что он вот-вот упадёт в обморок, хоть и была не при делах, просто понимала чувство, когда срочно нужны деньги и хватаешься за любую соломинку. Подошла и просто спросила, есть ли у него двадцать юаней, а он как раз ещё не потратил все… Всё было просто совпадением. Но сейчас, видя, что Ван Чуань выглядит таким слабым, будто вот-вот рухнет в обморок, Ань Сяо подумала и решила всё же сказать самое главное, чтобы он немного успокоился. — Когда я покупаю лотерейные билеты, из десяти раз семь-восемь выигрываю. Иногда много, иногда мало, по-разному. Ван Чуань остолбенел, подумав, что ослышался. Тон Ань Сяо стал насмешливым, всё больше напоминая шутку: — Конечно, можешь считать, что я несу чепуху, прими это как есть, будто мне нечего делать и я просто решила подразнить тебя. В конце концов, завтра я верну тебе двадцать юаней. Ван Чуань слушал, всё больше теряясь. Он во все глаза уставился на Ань Сяо. Здравый смысл подсказывал ему, что предыдущая фраза Ань Сяо — полная чушь, кто может выигрывать в лотерею со случайным выбором семь-восемь раз из десяти, будто удача достаётся даром. Но затем он подумал, а зачем бы Ань Сяо нести такую чушь? Он и так уже в полной растерянности, зачем ей дразнить его, разве это весело? Ань Сяо, увидев, как меняется выражение лица Ван Чуаня, поняла, о чём он думает. Не желая вдаваться в подробности, она лишь бросила: — Розыгрыш, кажется, сегодня вечером после девяти, не забудь проверить. В итоге Ван Чуань в тот вечер чуть не забыл проверить результаты розыгрыша. Вечером в «Demon» было полно посетителей, вся задняя кухня напоминала поле боя. Ван Чуань, принявшись за работу, отбросил мысли о лотерее, и лишь когда у него нашлось время сходить в туалет, он полез в карман за туалетной бумагой и вытащил заодно и те несколько лотерейных билетов. Десять минут спустя Ван Чуань выскочил из туалета и помчался в кондитерский цех. Помощница Момо уже ушла, Ань Сяо тоже сняла маску и сидела в углу, делая наброски эскизов. В этот момент в дверях послышались торопливые шаги. Ань Сяо подняла голову, увидела Ван Чуаня и сразу поняла, зачем он пришёл. — Хорошие новости? Эта уверенность в себе заставила Ван Чуаня замереть. До сих пор он чувствовал себя будто во сне, боясь, что его вот-вот разбудят, всё происходящее было похоже на фокус, уже выходящий за пределы его понимания. Ван Чуань выглядел несколько растерянным, не зная, что сказать, лишь кивнул. Ань Сяо оперлась о столешницу, допила последний глоток кофе из чашки: — Хватит? — Хватит! — на этот раз Ван Чуань ответил без раздумий. — Вот и хорошо, завтра с утра поскорее получи выигрыш и отправь домой, не затягивай, чтобы не возникло лишних проблем. Ван Чуань заспешил: — Да, да, завтра же утром и пойду. Едва он закончил, как вспомнил слова Ань Сяо, сказанные днём: «Когда я покупаю лотерейные билеты, из десяти раз семь-восемь выигрываю». Теперь Ван Чуань поверил. Но он ещё не успел спросить, как Ань Сяо опередила его: — Кстати, то, что я говорила днём, на самом деле была полная чепуха. Сначала хотела извиниться перед тобой, но не ожидала, что ты и правда выиграл. Вышло так, что случайно попала в цель. Надеюсь, ты не обидишься, что я над тобой подшутила? Объяснения Ань Сяо менялись. То одно, то другое, Ван Чуань слушал, всё больше путаясь, и лишь спустя какое-то время понял: может, она боится, что он расскажет другим коллегам или начнёт болтать где попало, поэтому так резко изменила свою версию? Ван Чуань тоже был не промах и включил дурачка: — Сестра, не волнуйся, я не обижаюсь. Дело не только в Ван Чуане. Даже сама Ань Сяо, когда впервые обнаружила у себя такую «собачью удачу», тоже чувствовала себя будто в сказке. До сих пор она не могла объяснить эту невероятную частоту выигрышей и естественно, не знала, как сказать Ван Чуаню, что ни один юань из выигранных ею денег не задерживался у неё больше дня. Всегда происходили какие-то необъяснимые события, из-за которых эти деньги находили «как раз идеально подходящее» применение. Одним словом, нежданное богатство у нее не задерживается. Вообще-то, помощь Ван Чуаню тоже вызывала у Ань Сяо некоторое сожаление — вдруг он окажется ненадёжным и начнёт повсюду болтать, тогда ей придётся несладко. Придётся несколько раз повторять версию о том, что она просто подшутила над ним, и наверное, никто ему не поверит. *** В тот вечер Ань Сяо, к своему удивлению, уснула около полуночи и проспала до восьми утра, когда её разбудил звук уведомления на телефоне, лежавшем на прикроватной тумбочке. Ань Сяо взяла телефон и увидела, что в рабочем чате «Demon» вовсю кипело обсуждение, тема вращалась вокруг нового босса Фэн Сюаня. Сотрудницы будто подпитались адреналином и завелись, даже административная помощница, отнесшая ему документы и услышавшая «спасибо», фантазировала на эту тему полдня. Тема неожиданно сменилась, и кто-то упомянул кофейное пятно на рубашке Фэн Сюаня вчера. Эти слова действительно пробудили её ото сна. Не прошло и нескольких секунд, как Цяо Май написала Ань Сяо лично в WeChat: «Признавайся честно, тот мужчина, о котором ты вчера говорила, что он подрабатывает частным извозом на машине за миллион и на которого ты пролила кофе, — это разве не босс Фэн?» Ань Сяо тоже не стала скрывать: «Да. Как думаешь, он нормальный?» Цяо Май решительно подхватила тему «нормальный»: «Он познаёт тяготы жизни, сливается с народными массами. А у тебя правда проблемы — спишь всё больше, даже память стала подводить, может, пора сходить к моему папе на повторный приём? P.S. Какая же ты везучая, умудрилась вызвать машину босса!» Отец Цяо Май, Цяо Чжэнь, был известным психотерапевтом, специализировавшимся на гипнотерапии, запись к нему была расписана на месяцы вперёд, он вылечил бесчисленное количество пациентов. «Бессонница» Ань Сяо тоже была одним из его самых упрямых случаев — лечится уже восемь лет, а улучшений нет. Цяо Чжэнь часто говорил, что как только вылечит Ань Сяо, сможет с почётом уйти на пенсию. Но едва они обсудили это, как в чате снова начался переполох. «Эй, слышали? С Ван Чуанем что-то случилось!»