— Позвонил впервые за столько времени и сразу с делами? Обидно, брат.
— Мне положить трубку?
— Воу, воу! Полегче! Тише, тише! Что там у тебя? Выкладывай.
Я глубоко вздохнул и продиктовал Сентинелю название клуба, должность и имя с визитки Ли Дже Гука.
— Ли… Дже Гук? Просто выпотрошить его? А если ничего не найду?
— Тогда забудь.
Если за ним ничего нет – так тому и быть. Значит, моя интуиция, которая в последнее время работала с пугающей точностью, дала осечку. Невинных людей я подставлять не собирался.
— Окей, запрос принят! Но давай по-человечески, не пропадай больше.
— Посмотрим.
Я уже собирался нажать отбой, когда Сентинель истошно завопил:
— Стой! Стой! Эй! Я же по-корейски ни бум-бум!
— Используй переводчик.
Конец связи.
Старый соратник, который потерял ногу, но благодаря мне остался жив. От одного разговора с ним в воздухе будто начинало пахнуть кровью и порохом, и голова моментально отзывалась тупой болью.
— Директор.
Закончив звонок, я нашёл Хван Бён Гона, директора «Ласт Дэнс».
— О, ты чего-то хотел?
— Я подумал и решил, что мне пора уходить.
— Почему?
Потому что сейчас правильнее сосредоточиться на «Романтичном бейсболе». Там я смогу научиться гораздо большему.
— …Вот как? Жаль, — директор Хван молча кивнул, выслушав мои объяснения. Казалось, он этого и ожидал.
— Простите меня.
— За что ты извиняешься?
Он обнял меня за плечи и ободряюще похлопал по спине.
— Иди только вперёд, Ган. Удачи тебе.
— Спасибо за всё.
— Да брось ты, я буду за тебя болеть.
Так завершился мой короткий путь с «Ласт Дэнс».
Когда Сентинель получал подобные заказы, у него был отработанный протокол.
— Первое правило: соскрести всю информацию об объекте. Даже если это мелкая пыль.
Он досконально изучил прошлое Ли Дже Гука: от его посредственной карьеры игрока до момента, когда «Твистерс» протянули ему руку помощи, позволив дорасти до скаут-тимлида.
— Везунчик, — хмыкнул хакер.
Используя свою удачу, Дже Гук мертвой хваткой вцепился в должность скаута, занимаясь отбором талантов.
— А соцсети он ведет?
Пальцы Сентинеля запорхали по клавишам.
— О-хо!
Дже Гук записывал всё подряд: что ел, на какие матчи ездил, делился своим «экспертным» мнением.
— Так, эта цитата принадлежит Йоги Берре, эта – Грегу Мэддаксу, а вот эта – Тому Главину.
Он тащил афоризмы легенд МЛБ в свой блог, слегка их переиначивая и выдавая за собственные мудрости.
— Что за тип? Посмотришь на него – вылитый кандидат в Зал славы.
Сентинель начинал понимать, почему Шторм обратился с такой просьбой.
Чем глубже он копал, тем больше всплывало подозрительных деталей. Проблема была лишь в отсутствии прямых доказательств.
— Ну и гнилой же ты парень!
Используя данные из контактов Дже Гука, Сентинель разослал ему фейковое сообщение о смерти:
«Матушка сегодня скончалась. Просим всех почтить память».
Дзынь!
Не прошло и часа, как Дже Гук заглотил наживку, кликнув по ссылке. Хакерский инструмент мгновенно внедрился в систему.
Программа превратила телефон скаута в «зомби», покорно сливая Сентинелю всю хранящуюся информацию.
— Ого… И сколько же ты наворовал?
Данные посыпались на экран, отражаясь в линзах очков хакера.
— Шторм!
За несколько дней до первого матча сезона «Романтичного бейсбола» Сентинель вышел на связь.
— Этот парень знатно наследил.
— Что там?
— Взятки за драфт наличными, элитные авто в подарок, коррупционные схемы – тут целый букет.
— Ты уверен?
— Знал, что спросишь, поэтому нанял людей в Корее для перепроверки. Всё подтвердилось, ошибки быть не может.
— Потратился, небось?
— Мелочи.
— Дела в гору идут?
— Есть интерес?
Никакого. Рыться в чужом белье – не моё.
— Только скажи. Такого спеца, как ты, я готов на руках носить и золотом осыпать.
— Я в этом ничего не смыслю.
— Да там и учиться нечему! Делай всё так же, как в армии, и мы озолотимся.
Пустая болтовня.
— Пришли номер счета.
— Да забей ты! Упрямый как баран… В общем, я скинул все материалы на твою старую почту. Распоряжайся.
— Спасибо.
— Если передумаешь насчет работы, я всегда…
Щелк.
Я повесил трубку, скачал все файлы и отправил их курьерской службой в KPO, ассоциацию игроков, прокуратуру и высшему руководству «Твистерс».
А затем позвонил Хан Гён Хо.
Я переживал за него. Дже Гук слишком настойчиво крутился вокруг парня, и была вероятность, что Гён Хо может пострадать от последствий этого скандала.
— А! Брат, представляешь, меня пригласили на просмотр в «Лайгерс». Они очень тепло ко мне отнеслись…
— В Тэгу?
— Да, именно там.
— Отлично.
— А ты как, брат?
— Да потихоньку.
— У тебя точно всё будет круто. Я уверен.
— Спасибо на добром слове.
Честно говоря, корейский бейсбол меня и раньше не особо прельщал, а после встречи с Ли Дже Гуком и вовсе возникло стойкое отвращение.
«Скаут-тимлид Ли из клуба N получил люксовый седан стоимостью 160 миллионов вон за помощь в драфте и обналичил его».
«Ли получил 70 миллионов вон от представителя независимого клуба за содействие в переходе в профи».
«Прокуратура получила неопровержимые доказательства. Выдан ордер на арест».
«Тот же скаут-тимлид принимал брендовые вещи в качестве взяток в ночных клубах за организацию встреч с рекламными подрядчиками…»
«KPO и клуб N хранят молчание».
Улики, добытые Сентинелем, были настолько вескими, что Ли Дже Гук даже не успел ничего возразить – его сразу передали прокурорам и взяли под стражу.
— …
Как я и думал, он оказался гнилым до мозга костей. Настоящая опухоль на теле корейского бейсбола.
Новости сыпались одна за другой, и жизнь этого человека предстала перед публикой чередой грязных слухов и подтвержденных преступлений.
— Ого, а Ли Дже Гук-то непрост.
└ Тут и домогательства, и школьный буллинг, и пьяная езда… Прямо полный набор!
└ Вот так «подарочек» перед началом сезона.
└ Красиво пошёл.
└ Обычный уголовник, помешанный на деньгах.
└ «Выдающийся» скаут, ничего не скажешь. Позор истории.
└ Теперь веры скаутам вообще нет.
└ Бедные наши «Твистерс», как им теперь?
└ Всё, путь на дно обеспечен!
└ Бесит, но почему-то сезон ждать хочется ещё сильнее.
└ Обалдеть, обновляю страницу – и новый компромат. Он что, по графику выходит?
Вр-р-р! Вр-р-р!
— Брат!
Звонил Хан Гён Хо.
— Видел новости?
— Ага.
Он, должно быть, в шоке. Ведь он едва не отправился на тест к «Твистерс» под крылом этого человека.
— Брат, а ты что, знал об этом?
— С чего бы?
Я прикинулся дурачком.
— А… ну да. Просто ты позвонил тогда так вовремя, вот я и подумал…
— Не понимаю, о чём ты.
— Наверное, показалось.
Чуйка у парня работает. Не совсем безнадёжен.
— И ещё, брат! Я подписал контракт!
— С «Лайгерс»?
— Да!
Я невольно улыбнулся.
— Поздравляю.
— Это всё благодаря тебе.
— Да ладно, я-то тут при чём?
— Если бы ты тогда не подсказал мне про привычку того опытного питчера, я бы не смог отбить фор-сим и не поймал бы кураж.
Я молча слушал его восторженные преувеличения.
— Ой! Тренер зовёт, мне пора. Я ещё наберу, брат!
— Давай.
Щелк.
Странное чувство разлилось по телу. То ли от того, что зло было наказано, то ли от того, что удалось помочь Гён Хо – я и сам не знал.
— Ган.
Ко мне подошёл старший тренер Чхве Гван Мо.
— Тебя директор вызывает.
Сон Ён Гю хотел меня видеть. Я сразу направился в контейнер рядом с тренировочной площадкой, служивший временным офисом.
— Вы вызывали?
— Садись.
Директор указал на стул напротив своего стола.
— …Как ты узнал о привычке Дэ Хёна?
Я думал, он пропустит это мимо ушей, раз столько времени молчал. Ошибался.
— Просто внимательно наблюдал, — ответил я.
— Хм… — Директор помрачнел. — И это всё?
Как объяснить результат слияния множества тактических привычек, въевшихся в подкорку за годы службы?
— Я смотрел видео, наблюдал за живыми подачами. Снова и снова.
Так я это и обнаружил. После того матча Чхве Дэ Хён изо всех сил пытался избавиться от привычки заваливать ловушку вперёд.
— А Док Хвана ты как поймал?
Похоже, сегодня у старика день вопросов. Долго же он раздумывал. Интересно, хочет выгнать за дерзость или что-то другое?
— Я заметил, что он слаб на низких мячах вне страйк-зоны. И что он одержим желанием бить по всему, что летит. Поэтому я подготовил почву парой высоких подач, а потом заманил его в ловушку.
Директор Сон сидел с открытым ртом.
«Я ведь его этому не учил…»
Этот выскочка, в котором всё ещё живет солдатский дух, обладал не только быстрой подачей. Чхэ Ган самостоятельно комбинировал знания, переходя на уровень интеллектуального бейсбола.
— …!
Раз уж он здесь, директор решил устроить небольшую проверку. Он положил белый камень на правую сторону доски для го, стоявшей на столе.
— Этот левша обожает внешние подачи. Но питчер умеет бросать только во внешнюю зону, потому что он трус. Как против него играть?
Чхэ Ган взял черный камень и положил его на самый край правой стороны доски.
— Если есть слайдер с сильным горизонтальным смещением, можно выманить бьющего.
— А если нет слайдера?
— Тогда бросать крученые с вертикальным движением мяча.
— А если и их нет?
Чхэ Ган оторвал взгляд от доски и едва заметно улыбнулся директору.
— Тогда придётся задавить силой. Фор-симом, скорость которого превысит скорость взмаха биты.
Умён. Куда умнее, чем казалось.
Стук! Стук!
Два белых камня легли на правую и левую стороны.
— Раннеры на первой и третьей. Одно очко сравняет счет, два – выведут вперед. Очевидно, что бьющий пойдёт на бант.
— Нужно несколько раз четко проверить первую базу, чтобы прижать раннера, а питчеру нельзя допускать дальних ударов, поэтому…
Мысли Чхэ Гана практически полностью совпадали с видением директора.
— Хм.
Сон Ён Гю скрестил руки на груди, долго всматриваясь в доску, и наконец произнёс:
— Ты говорил, что у тебя появился аппетит к профи?
— Да.
— Не знаю насчёт стартового ротации, где нужно пахать весь сезон, но с твоим нынешним уровнем ты вполне можешь претендовать на контракт реливера. Хочешь, я замолвлю словечко?
Чхэ Ган лишь усмехнулся и медленно покачал головой.
— Почему? — Удивился директор. Обычно игроки, мечтающие о профи, при таких словах вскакивают от радости, но Чхэ Ган был спокоен.
— Пока что я хочу сосредоточиться только на «Романтичном бейсболе».
Обновлено: 23.01.2026