Глава 200 — Моя дочь самая умная в мире

Наследный принц присел, взял меня на руки, как ребёнка, и поднялся вместе со мной. Мы быстро прошли через горы золота и костей к проходу, откуда пришли. Всю дорогу я разглядывала останки изрубленных его мечом чудовищ. «Сумасшедший…» От этого кошмарного зрелища на глаза наворачивались слёзы. Поднявшись по широкой лестнице, он сел на ступеньку, меньше прочих покрытую пылью и паутиной, и крепко обнял меня, полностью защищая от грязи. Я поёрзала у него в руках и отодвинула в сторону ручное зеркало, неудобно застрявшее между нами. — …Тебе полегчало? — встревоженно спросил он. Я сидела у него на коленях. И он был слишком близко. Мне было немного стыдно, что меня застали в таком непотребном виде, поэтому я опустила голову, избегая его взгляда. Он вдруг протянул ко мне руку. — Ты уже не ребёнок, но всё ещё плачешь. — Я-я сама! Я торопливо попыталась протереть глаза, не дав ему это сделать. — Нет. У тебя грязные руки. Он слегка озадаченно посмотрел на мои ладони. Затем цокнул языком, хмуро глядя мне в глаза. — Ну вот, они уже покраснели. В конце концов моё лицо постыдным образом оказалось зажато между его ладонями. Его руки, в отличие от моих, которыми я вытирала пыльное зеркало, были чистыми, без единой капли крови. Принц осторожно стёр слёзы с моих век кончиками пальцев, а затем тихонько подул в покрасневшие глаза. От этого моя чёлка мягко всколыхнулась и пощекотала лоб. Сердце затрепетало от его нежных, бережных прикосновений. — Тебе стало лучше. Наконец он опустил руку, которой тщательно вытирал уголки моих глаз. На его губах, что были прямо передо мной, появилась ласковая и довольная улыбка. Меня снова начали душить слёзы. — Я не буду спрашивать. Я ни о чём не буду тебя спрашивать, так что не могла бы ты убрать с лица это выражение, будто ты жуёшь собачье дерьмо? — раздражённо проворчал он и сдвинул брови, хотя я понятия не имела, на что было похоже моё лицо. — …Ваше Высочество, — после его пошлых слов я спустя долгое время наконец заговорила. По большому счёту это вышло порывисто. — Это может прозвучать безумно, но на самом деле я не Пенелопа. — О, — удивился он. — Это самое нелепое, что я от тебя слышал. — Я говорю это не просто так. Я грозно уставилась на него, не воспринимавшего меня всерьёз. Он замолчал и быстро сдался. — …Это была шутка. Я внимательно тебя слушаю. Продолжай. — … — Я был не прав. Ну? При виде его опущенного, щенячьего взгляда я почувствовала облегчение. Я знала, что веду себя мягкотело, но просто хотела рассказать. Обо всём. О моей скверной ситуации и секретах, которые я скрывала. — …Я жила очень хорошей жизнью в очень далёком месте, о котором вы не знаете, а потом меня внезапно затащили сюда. — Почему тебя внезапно затащили сюда? — Я не знаю. Я просто проснулась в этом теле и сначала подумала, что быть приёмной дочерью герцога Эккарт — это полнейший бред… — Вот незадача. Из всех семей именно к герцогу Эккарт, который занят одними своими делами, — живо поддакнул он, словно играл с ребёнком. Мне стало немного неловко, однако он был прав. Я бесчисленное множество раз думала: почему среди стольких персонажей это должна была быть именно незадачливая Пенелопа? — …Но я старалась. — Как? — Делала то одно, то другое. Если точнее — выживала в игре. — Я думала, они — души древних магов или кто там ещё — отпустят меня домой, если я прислушаюсь к их словам. Так что я изо всех сил старалась делать то, что мне приказывали… — … — Но знаете что? Сколько бы сил я ни прикладывала, этому кошмару не было конца. Когда я думала, что всё кончилось, неожиданно появлялось что-то ещё… А когда мне казалось, что вот теперь точно конец, появлялось что-то ещё более странное… — … — Я не могла справиться с этим, поэтому попыталась решить всё иначе, но ничего не вышло. Теперь я знаю, что даже если умру здесь, в свою реальность мне не вернуться. Моё настоящее тело лежит в коме. Может, поэтому я и оказалась здесь. Внезапно меня охватило чувство безысходности. — …Что мне теперь делать? — потерянно спросила я. Но мои чувства были ему неведомы, так что он нагло заявил: — Что тебе делать? Просто живи здесь со мной. — Пожалуйста, не говорите таких страшных вещей. — Хах, жить со мной — это так страшно? Принц, которому не дано было постичь моих чувств, прищурился и снова спросил: — …Почему ты пытаешься вернуться? — Что? — Ты что-то от меня скрываешь? У тебя должна быть причина желать возвращения. — …Мне правда нужна причина, чтобы хотеть домой? Про-просто… Ответив, я вдруг задумалась. Почему я так упорно рвалась обратно? — …На самом деле университет был пустой тратой моего времени. — Университет? — Я так усердно училась, что стала лучшей на курсе. — Ты… лучшей? Он странно на меня посмотрел. Мне стало немного обидно, поэтому я стиснула зубы и подчеркнула: — Да, лучшей. У меня было первое место. Первое место. — Чему тебя там учили? Как правильно оскорблять императорскую семью? — Нет. Археологии. Видимо, ответ его удивил: рубиновые глаза расширились, хотя вскоре и вернулись в прежнее состояние. Думая о своей специальности, я грустно пробормотала: — Я с детства мечтала стать археологом. — О, так вот почему ты выглядела так, будто хорошо разбираешься в раскопках… — тихо кивнул он, вспоминая давнее событие времён охотничьего состязания. — Почему ты хотела стать археологом? На этом вопросе я запнулась. Моё прошлое, давно мной забытое. С тех пор как я переехала в тот дом, слово «попрошайка» я слышала так часто, что уши уже сворачивались трубочкой. Мне хотелось это стереть. Если бы можно было, я бы стёрла эти воспоминания вместе с памятью о моей бедной матери. Однако, если вспомнить, такие мечты были у меня только в ту пору. — …В детстве я жила с мамой, и моя семья была очень бедной. — … — Мои друзья хвастались, что каждые выходные ходят в зоопарк или парк развлечений… Но единственное место, куда могла отвести меня мама, — это городской музей рядом с домом, — добавила я, взглянув на него. — Для детей дошкольного возраста вход был бесплатным… — Понятно. Хотя я думала, что он будет смеяться или подкалывать меня, он слушал мою историю с неожиданно серьёзным лицом. — …Раньше я каждый раз пыталась запомнить все экспонаты, потому что боялась расстроить маму. — … — И когда я приходила домой и перечисляла всё, что увидела, мама хлопала в ладоши и говорила: «Моя дочь самая умная в мире». В голове промелькнул обрывок далёкого воспоминания. «Ты такая умная… Ты можешь стать археологом». «Правда? Тогда я хочу стать археологом!» Даже если я получала ноль на тесте, мама всегда меня хвалила. Я думала, что становлюсь на шаг ближе к тому, чтобы стать дочерью, которой она бы гордилась… «Но меня затащили сюда, и всё это потеряло смысл». Когда я погрузилась в свои горькие воспоминания, наследный принц вдруг заговорил: — Твоя мечта похожа на мою. Я пришла в себя. — Похожа? — Моя мать постепенно теряла рассудок из-за безразличия отца, которого очаровала женщина из семьи мелких баронов. Она сотни и тысячи раз шептала мне, чтобы я стал безупречным императором. Под женщиной из баронской семьи он, наверное, имеет в виду нынешнюю императрицу. — Как она и хотела, я собирался занять самое высокое положение в этой стране и разнести эту долбаную империю к чертям. «Сумасшедший, это же совсем другая история!» Узнав, почему Каллисто так одержим идеей стать безупречным императором, я ошарашенно пробормотала: — …Я не думала, что это будет что-то подобное. — Конечно, это было до того, как я встретил тебя. Принц с кривой ухмылкой продолжил: — До этого мига я думал, что неплохо было бы отказаться от проклятого титула кронпринца… — … — Однако, услышав твою историю, я передумал. Лучше оставлю его при себе. — …Почему? — Так никто не помешает тебе делать то, что ты хочешь. Он небрежно сослался на меня как на причину, по которой выбирает между отказом от титула наследного принца и его сохранением. — Я воплощу всё в жизнь. Магия или археология — всё, чем ты захочешь заниматься. — … — Так… почему ты не можешь остаться со мной вместо того, чтобы возвращаться? Он медленно потянулся к моей щеке и погладил дрожащей рукой. — …Почему? — снова спросила я, чувствуя, как с лица сходит всякое выражение. Голос мой звучал безжизненно. — Какое отношение это имеет к вам? Когда всё закончится, когда игра завершится, у меня не будет причин здесь оставаться. Не знаю, зачем он опять пытается меня растормошить. Я стиснула зубы, не желая слышать ничего вроде «подходящего партнёра». — Не смотри на меня так, будто между нами ничего нет. Каллисто вдруг поднял голову. — Между нами ничего нет. — … — Вы забыли? Я отказала вам перед своей церемонией совершеннолетия. — …Как я мог забыть? С тех пор как мы встретились вновь, его улыбки были полны боли. — Я видел, как ты… была разочарована, услышав мой бред, и как ты умирала. — … — Если ты злилась, ты должна была дать мне пощёчину — почему ты выпила яд? Я выпила яд не из-за него. Но лицо замолчавшего Каллисто болезненно скривилось. А затем принц, посмотревший на меня с тревожной улыбкой, снова открыл рот: — …Может, оттого, что ты училась в университете, где тебя учили говорить одни гадости, ты всегда подбираешь слова, которые ранят людей в самое сердце. — Кто, чёрт возьми, это сказал… — Умаляешь достоинство императорской семьи и грубишь кронпринцу. И почему ты ещё вечно такая угрюмая, — цокнув языком, недовольно пробубнил он, перебив меня сверкающими алыми глазами. Однако, вопреки словам, он нежно гладил меня по щеке. — И всё же… — прошептал он со слабой улыбкой. — Я люблю тебя, Пенелопа Эккарт.