Глава 4 — Глава 4: «Размышления»

Сектор 2813 Замаран Штаб-квартира Корпуса Звездных Сапфиров Майлз был искренне очарован тем, что ступил на поверхность иной планеты, но перед ним стояла куда более важная задача: убедить Ирру Синрил помочь ему. — Зеленый Фонарь Стюарт, добро пожаловать на Замаран. — Тон Ирры Синрил, которую как старую знакомую Джона отправили встречать гостей, оставался абсолютно нейтральным. «Видимо, так и происходит, когда больше не можешь кого-то ненавидеть по внешним причинам», – подумал Майлз. Черные как смоль волосы и глаза, прекрасное лицо, скрытое фиолетовой маской, и облегающий костюм того же цвета с вырезом в форме замочной скважины на груди – она была зрелищем, от которого трудно отвести взгляд. — Благодарю, — ответил Джон, отступая на пару шагов за спину Майлза. Он заранее предупредил Сапфиров об их визите, понимая, что в противном случае между двумя корпусами могли возникнуть серьезные трения. — Мисс Синрил, я – Майлз Беккет. Позвольте сказать, какая это честь для меня – встретить столь прекрасную поборницу любви. Я всегда восхищался Корпусом Звездных Сапфиров и тем, что вы олицетворяете, — произнес Майлз вкрадчивым, бархатным голосом. — И все же вы пришли с Зеленым Фонарем. — В ее тоне не было обвинения, но и простой констатацией факта это не назовешь. — Он был самым быстрым способом связаться с вами. Да и кто в здравом уме захочет слушать кучку древних девственников, подавляющих любые эмоции только потому, что им не везло с женщинами, когда вы и ваши сестры несете в мир величайшую силу во вселенной? Ирра рассмеялась, прикрывая рот ладонью и чуть согнувшись. — Что ты творишь? — прошипел Джон, явно недовольный тем, что его корпус выставили в таком свете. — О, а ты мне уже нравишься, — сказала она, успокаиваясь. Майлз подмигнул Джону. Немного лести способно открыть любые двери, если подойти к правильной женщине с правильной стороны. — Боюсь, я пришел с неотложной просьбой. Есть человек, чья любовь сияет ярче звезды. Он вот-вот потеряет жену из-за неизлечимой болезни и в отчаянной попытке спасти ее готов ступить на очень темный путь. — По всей галактике миллионы влюбленных с похожими историями. Мы стараемся помогать по мере сил, но что такого особенного в этой ситуации, что ради нее мне стоит пересечь половину космоса? — Чтобы не дать этой великой любви превратиться в одержимость и тем самым погубить саму себя, конечно. Я знаю, как вы заняты, но так как Зеленые Фонари не способны ни на что, кроме насилия, у меня просто не оставалось выбора, кроме как обратиться к вам. Сердце Ирры, возможно, и было полно любви, но гордость в нем тоже занимала не последнее место. — Что ж, хорошо, я помогу вам. В конце концов, никто не должен страдать только потому, что Зеленые Фонари бесполезны в таких делах, — согласилась Ирра. Она бы помогла в любом случае, когда речь идет о влюбленных, но возможность утереть нос Джону Стюарту, несомненно, сделала решение более приятным. — Боже, Майлз, ты просто невыносим, — пробормотал оскорбленный Фонарь, когда они приготовились к отправлению. На обратном пути Майлз рассказал Ирре о Викторе и Норе, а также о том, на что этот человек готов пойти ради спасения своей жены. … Готэм Вернувшись всего через час после полудня, они приземлились в Готэме неподалеку от дома Виктора и Норы Фрайс. Джон принял свой гражданский облик и остался в тени, в то время как у Ирры маскировки не было, и она предсказуемо притягивала к себе взгляды прохожих. Майлз постучал в дверь, ожидая появления доктора. — Да? — За дверью раздался усталый голос. В Готэме не принято открывать каждому встречному. — Доктор Фрайс, я – Майлз Беккет. Я надеялся, что вы уделите мне немного времени. — Меня не интересует то, что вы пытаетесь всучить. — Даже если я принес спасение к вашему порогу? — Эти слова заставили доктора медленно открыть дверь. — Спасение? — Да. Для вашей жены, Норы. — И как же вы предлагаете это сделать? — Виктор даже не стал спрашивать, откуда незнакомцу все известно, раз уж тот зашел так далеко. — Моя спутница, Ирра Синрил, прибыла с планеты Замаран. Она состоит в ордене, известном по всей галактике своими способностями к исцелению. — Пришелица? Она не похожа на инопланетянку. Если не считать наряда. — Виктор был настроен скептически. И хотя женщина выглядела неземной в своем откровенном костюме, это еще не было поводом верить в ее внеземное происхождение. — Многие внеземные формы жизни похожи на нас. Но, возможно, нам стоит продолжить этот разговор внутри? — Хорошо, заходите. Но предупреждаю: я вооружен. — Виктор отступил, пропуская их. Перед ними предстал изможденный, растрепанный мужчина с черными волосами и глубокими тенями под глазами. Грозный в будущем злодей, мистер Фриз, сейчас был лишь отчаявшимся ученым, готовым на все ради спасения любимой. — Благодарю вас, доктор Фрайс. Их провели в гостиную. Гости устроились на диване, а добрый доктор присел на стул напротив. — Итак, как ваша спутница собирается мне помочь? И что более важно – зачем? — Я считаю, что ваш талант и научный гений тратятся впустую на такого идиота, как Феррис Бойл. И у меня есть веские причины полагать, что он намерен прекратить финансирование ваших исследований и буквально выдернуть вилку из розетки. — Что?! Он бы не посмел! — Воскликнул Виктор скорее от отчаяния, чем от веры в человечность Ферриса. — Бойла деньги заботят больше, чем жизни, доктор. И вы это знаете не хуже меня. Виктор замер, понимая, что гость прав. — Что касается того, как моя спутница может помочь Норе… Полагаю, вы знакомы с Зеленым Фонарем? — А кто с ним не знаком? — Способности мисс Синрил в чем-то схожи. Но если кольцо Зеленого Фонаря питается его волей и используется для борьбы с преступностью в галактических масштабах, то ее кольцо заряжается любовью. Оно дает невероятные способности к исцелению, вплоть до воскрешения мертвых – если этой любви достаточно. — Воскрешение мертвых силой любви? — Виктор даже не пытался скрыть недоверие. Все это начинало звучать для него слишком нелепо. — Ваш скептицизм понятен, доктор Фрайс, но уверяю вас: это правда. Быть может, небольшая демонстрация? — Предложил Майлз, чтобы развеять сомнения доктора. — Это было бы кстати. — Виктор подался вперед, внимательно наблюдая за каждым движением. Майлз вытащил из кармана складной нож и полоснул себя по ладони – не слишком глубоко, но и не просто царапина. Он протянул кровоточащую руку Ирре. Для такой раны ей не требовалась ничья посторонняя любовь. Кольцо на ее пальце вспыхнуло, и фиолетовый свет окутал порез, заживляя его в мгновение ока. Майлз взял салфетку, стер остатки крови и показал чистую ладонь доктору. — Поразительно, — прошептал Виктор, изучая его руку. — Я гарантирую, что ее силы сработают. Но даже если мы потерпим неудачу, я смогу финансировать ваши исследования гораздо щедрее, чем Бойл. — Мои исследования стоят чрезвычайно дорого, — заметил Виктор. Это была одна из двух причин, почему он терпел Бойла; второй был контракт. — Смотря с чем сравнивать. Сколько нынче стоят пятьдесят тысяч тонн золота? — Это… больше пятисот миллиардов долларов, — мгновенно подсчитал Виктор в уме. — Пожалуй, стоит потребовать от Стражей вдвое больше. Стать триллионером звучит довольно заманчиво. Виктор хотел было спросить, кто такие эти Стражи и почему они должны отдать Майлзу абсурдное количество золота, но сейчас у него были дела поважнее. — Хорошо. Мне все равно нечего терять. Особенно зная Ферриса и то, какой он человек. — Тогда идемте? … Они отпустили Зеленого Фонаря и поехали на машине Виктора, чтобы лишний раз не привлекать внимания. Доктор молчал, явно терзаемый тревогой, пока Ирра не вмешалась. — Вы волнуетесь, и это понятно. Но не стоит. Я чувствую любовь, которую вы питаете к своей жене, и она сияет ослепительно ярко. Она будет спасена. Виктор кивнул, но ничего не ответил. Его дом находился недалеко от исследовательской лаборатории, так что вскоре они были на месте. — Доктор Фрайс, вы же знаете, что по воскресеньям вход в лабораторию запрещен. — Охрана у ворот, двое дюжих мужчин, преградила им путь. — Это срочно, пожалуйста, пропустите меня, — попросил доктор, пытаясь прорваться внутрь. — Не положено, доктор. У нас приказ. — Охранник не шелохнулся, зная, в какую ярость может прийти их босс. — Позвольте мне, — вмешался Майлз. — Чего тебе надо? — Огрызнулся охранник. — По десять тысяч долларов каждому из вас, если вы позволите нам пройти. — Майлз достал из внутреннего кармана пальто две пачки купюр и помахал ими перед носами недоумевающих охранников. Те уставились на деньги, не в силах отвести взгляд. — Зная Бойла, для вас это огромные деньги. Так что скажешь, Чарльз? — Спросил Майлз, прочитав имя на бейджике. Охранники переглянулись, пожали плечами и приняли подношение. — Мы вас не видели. — Чарльз спрятал деньги и вернулся к напарнику, принимаясь пересчитывать пачку. — Не будем заставлять вашу жену ждать, доктор. — Майлз похлопал Виктора по плечу и зашагал к входу. Ирра молча последовала за ним. Миновав холл, Виктор быстрым, нетерпеливым шагом повел их к дверям лаборатории. Он приложил карту к сканеру, но тот выдал ошибку. Он попробовал снова, начиная заметно нервничать, но результат был тот же. — Бойл заблокировал мой пропуск во внерабочее время, чтобы я не мог войти. — Какая досада. Мисс Синрил, я просил вашей помощи не совсем для этого, но не могли бы вы открыть дверь, не разрушая ее? — Отойдите, — бросила Ирра. Тонкий луч фиолетового света сорвался с ее кольца, сформировав две призрачные руки, которые с силой раздвинули створки двери. — Весьма признателен. Виктор бросился внутрь и замер перед капсулой, в которой находилась его замороженная жена. Он смотрел на нее с нескрываемой скорбью. — Нам стоит поторопиться. Мне бы не хотелось вступать в перестрелку в таком открытом месте, — поторопил Майлз Ирру. Та кивнула и шагнула вперед. — Мне нужно, чтобы вы сосредоточились на любви к жене. Вспомните все счастливые мгновения, что вы провели вместе. Вспомните, как вы в нее влюбились. — Ирра положила руку на плечо Виктора и закрыла глаза. Ученый кивнул и последовал ее совету. Он вспоминал их встречу в школе-интернате, их зарождающееся чувство. Все те нежные и блаженные моменты, что они пережили вместе, и то, как сильно Нора изменила его самого. Кольцо Ирры вспыхнуло с такой интенсивностью, какую она сама редко видела. Мощный луч ударил в женщину внутри капсулы. Свет был настолько ярким, что Майлзу пришлось прикрыть глаза рукой. … Сторожевая Башня Зал Справедливости — Значит, по этому парню ничего, Бэтс? — Спросил Флэш, проглатывая картошку фри. Команда собралась, чтобы обсудить Майлза Беккета и его предполагаемую информационную сеть. — Ничего. Его словно не существовало до того самого дня. — Может, он из будущего? Я имею в виду, откуда еще он мог знать о марсианах и аргонианке, не говоря уже об Аджурисе 4? — Предположил Супермен. — Возможно, — ответил Джон Стюарт. — Но он кое-что мне рассказал. Оказывается, Стражам известно о неком пророчестве – о «Чернейшей Ночи», но даже они понятия не имеют, что оно значит. Майлз сказал, что оно касается двух Корпусов Фонарей, о которых я никогда не слышал: Белого и Черного, олицетворяющих жизнь и смерть, и о том, что Черные Фонари попытаются уничтожить все живое. Если он путешественник во времени, то есть шанс, что он прибыл из такого момента, который мы даже представить не можем. — Информацию, которую раскрыл Майлз, вызывала опасения, и хотя она звучала достаточно безумно, чтобы не принимать ее на веру, знания Майлза до сих пор оказывались пугающе точными. — Черт, — пробормотал Флэш. — Нам стоит попросить Марсианского Охотника прочитать его мысли. Я знаю, что это табу, но для него можно сделать исключение, — вставила Орлица. Ее причины были продиктованы не только заботой о безопасности Лиги. — К сожалению, я не могу вам помочь. Я пообещал не заходить в его разум без разрешения в обмен на информацию о моих выживших сородичах. — Марсианский Охотник покачал головой. Он искал их без остановки, пока не наткнулся на след, и не мог просто нарушить данное слово. — Тогда Лассо Истины, — предложил Флэш. — Мы могли бы, но стоит ли так бесцеремонно вторгаться в частную жизнь человека? — Супермен, вечный бойскаут, не горел желанием идти на такой шаг, особенно после того, что Майлз ему рассказал. — А что, если мы поставим это условием вступления в Лигу? — Джон задумался, пойдет ли Майлз на такой компромисс. — А если он откажется? Мы можем потерять доступ ко всей информации, которой он владеет, — возразила Орлица, явно желая держать Майлза в поле зрения. — Знаете, а вдруг он видит будущее? Это объяснило бы, откуда у него все эти сведения. Он мог просто жить вне системы, и никто о нем не знал, — размышлял вслух Флэш. — Но чье будущее? Свое или чужое? Если только свое, он не мог бы знать наши секреты. А если чужое, то все становится гораздо сложнее, — произнес Супермен, которому эта идея явно не нравилась. — Я проверил его ДНК. Он обычный человек. Ни метагена, ни следов экспериментов, ни инородных веществ в крови. У него нет суперсил в нашем понимании, — отрезал Бэтмен, отметая теорию о способностях Майлза. — Может, магия? Все эти мифы и легенды полны пророчеств и гаданий, верно? Вдруг он использует магию, чтобы заглядывать в грядущее? — Зеленый Фонарь повернулся к Чудо-Женщине. — Хотя способы для этого существуют, я никогда не слышала о чем-то, способном предсказывать будущее настолько надежно, а уж тем более в таких подробностях, — высказала свое мнение Чудо-Женщина, как самый близкий к магии эксперт в команде. — Итого: сил нет, магия вряд ли, возможно, путешественник во времени. Никогда не покидал планету, но имеет информационную сеть, охватывающую галактику, — резюмировал ситуацию Флэш. — Также возможно, что он из параллельной вселенной, — добавил Джон Стюарт, вспоминая слова Майлза о Некроне и других сущностях, уничтожающих миры. — А они вообще существуют? У нас ведь нет доказательств, так? — Скептически спросил Супермен. — Он говорил, что там, во тьме, есть нечто, способное стирать вселенные, и что оно уже погубило бесчисленное множество миров. Может, он из параллельного мира, где мы были знакомы, — предположил бывший морпех. — Не думаю. В его поведении нет ничего, что указывало бы на близкое знакомство с нами. Он может знать о нас, но он нас не знает. — Бэтмен был не согласен. Он внимательно наблюдал за тем, как Майлз общался с командой; ни один жест не выдавал личного знакомства. — Может, нам стоит просто спросить, как он создал свою сеть? — Предложил Супермен, хотя и сам понимал, насколько это наивно. — Информатор, который раскрывает свои секреты, долго не живет, — отозвался Бэтмен своим привычным сухим тоном. — Значит, все сводится к двум вариантам: либо мы просим разрешения использовать на нем лассо, рискуя отказом и его уходом из Лиги, либо мы врываемся в его личное пространство и заставляем силой. Не знаю, как вы, друзья, а мне от второго варианта не по себе. — Супермен покачал головой. — Я предлагаю спросить его. Если он откажется, мы все равно примем его в Лигу, но будем пристально следить. Лучше пусть он будет рядом, чем снова исчезнет с радаров, — заключила Чудо-Женщина. Она не хотела применять лассо к потенциальному союзнику, но и выпускать из рук возможную угрозу не собиралась. Все выразили согласие, кроме Бэтмена, который лишь молча кивнул, уже выстраивая в голове план на любой исход.