Величайший маг умер, спасая мир — и очнулся младенцем с чужой памятью и бунтующей хаотической силой внутри. Он ленится, спит на ходу и избегает драк, но стоит кому-то бросить вызов — одной фразой ставит на колени принцессу, а следом и саму императрицу, сражаясь не мечом, а холодным расчётом пятивекового ума. За сонными глазами прячется гений, что играет по правилам чужой культивации и выворачивает их наизнанку. Сколько ещё гордецов примут ленивого сироту за лёгкую добычу, прежде чем поймут, с кем связались?

Величайший маг умер, спасая мир — и очнулся младенцем с чужой памятью и бунтующей хаотической силой внутри. Он ленится, спит на ходу и избегает драк, но стоит кому-то бросить вызов — одной фразой ставит на колени принцессу, а следом и саму императрицу, сражаясь не мечом, а холодным расчётом пятивекового ума. За сонными глазами прячется гений, что играет по правилам чужой культивации и выворачивает их наизнанку. Сколько ещё гордецов примут ленивого сироту за лёгкую добычу, прежде чем поймут, с кем связались?