— Да правда же, доктор! Ни то что парня, который бы со мной заговорил, — даже дорогу никто не спрашивает!
На следующее утро.
Сидя на скамье у остановки, Ындон была полностью поглощена видеозвонком с доктором Ханом.
— Да ладно вам, Чха Ындон, вы же так похорошели. Неужели нет ни одного мужчины, который хотел бы угостить вас ужином?
«Мужчина, который хочет угостить ужином?» — Ындон издала короткий самоироничный смешок.
— Ну, есть один, который готов хоть умереть, лишь бы пообедать со мной. Чи Докхён.
— О, правда? Похоже, этот парень заинтересован в Дони. И чем он занимается?
— Да так… держит забегаловку. Владелец общепита. Но как же он меня бесит! Знаете, что он мне выдал? Чтобы я не улыбалась. Ни при нём, ни при ком-либо другом.
— Хм. А может, это потому, что вы ему нравитесь?
«Нра… что?»
— Пфф! Ха-ха-ха-ха!
Ындон разразилась громким смехом, глядя на лицо доктора Хана на экране смартфона.
— Доктор! Это самая смешная шутка, которую я слышала в последнее время. Я нравлюсь Чи Докхёну? Ха! Ха-ха-ха! Скорее небо разверзнется, чем такое случится. Никогда, слышите? Никогда!
— Эх, Чха Ындон. Будьте увереннее в себе. Вы больше не та прежняя Чха Ындон. Вы полны очарования. Так что…
— Нет-нет, я поняла, доктор. Вы сейчас просто рекламируете свои услуги, да? Ладно-ладно, как-нибудь приду к вам на радиочастотный лифтинг живота!
— Ах ты, недогадливая женщина! Если думаешь, что я ошибаюсь, немедленно оглянись! Там сзади парень уже давно на тебя откровенно пялится!
— Пялится?
Услышав возглас доктора Хана, Ындон медленно повернула голову.
И тут же встретилась взглядом с молодым человеком, который выглядел её ровесником.
— Кхм-кхм!
Увидев, что парень от неловкости отвел глаза, Ындон, словно под гипнозом, поднялась со скамьи.
— Ындон, ну вот, видишь? Я же говорил! Ындон?
Пилик.
Завершив звонок, Ындон решительно направилась к парню.
— Извините.
— Д-да?
— Вы… вы ведь на меня смотрели?
— Нет, я не то чтобы специально…
Глядя на покрасневшего от смущения парня, Ындон сделала ещё шаг вперед.
— Послушайте, может, это и странно говорить при первой встрече, но… хотите мой номер?
— Что?.. — опешил тот.
Она придвинулась ещё ближе к ошарашенному мужчине.
— Я не сумасшедшая. Просто в моей жизни такое случается впервые, и я хочу это как-то отметить. Давайте, давайте ваш телефон. Я запишу номер.
— А, нет. Не нужно.
— Ну почему же? Запишите. Мой номер легко запомнить. Ноль-десять…
— Я же сказал, не надо!
Мужчина, окончательно решив, что перед ним «городская сумасшедшая», начал пятиться, а потом и вовсе бросился наутёк.
— Эй, подождите! Постойте!
Ындон с сожалением крикнула ему вслед, и в этот момент перед ней со скрипом затормозил автобус.
— Да серьезно! Он смотрел на меня вот такими глазами! И на остановке ведь были другие женщины, не я одна!
— …
— Директор, как вы думаете? Ведь он явно на меня запал?
— …
— Ну? Что вы скажете? А? Директор!
Жилой комплекс в Тогок-доне.
Сидя за обеденным столом напротив Докхёна, Ындон уже какое-то время без умолку тараторила.
— Эх, надо было просто оставить ему номер. Сглупила я. А вдруг он был моей второй половинкой, судьбой…
— Судьба, судьба. Сколько раз ты собираешься повторить это слово?
Наконец Докхён поднял голову и бросил резкую фразу.
В ту же секунду на губах Ындон заиграла ехидная усмешка.
«Чи Докхён, я вижу, как тебя это бесит».
«Ага. Значит, терпеть не можешь шум?»
«Ну, тогда я сегодня выложу тебе всё: от своей грандиозной истории любви до всей биографии в деталях».
«Это тебе месть за то, что вчера обрызгал мою одежду грязью из-под колес».
— Ой? Директор, а что это вы делаете? Почему вы выковыриваете фасоль из риса?
Ындон нарочно повысила голос и обратилась к Докхёну:
— Вы что, привередничаете в еде? Ха, ну прямо как маленький ребёнок.
Не обращая внимания на её подколки, Докхён продолжал сосредоточенно выбирать фасоль.
— Директор. Фасоль очень полезна для здоровья. Закройте глаза и просто съешьте.
— Не хочу.
— Почему? Невкусно?
«Невкусно?» Докхён вскинул на неё ледяной взгляд.
— Чха Ындон, это не такой простой вопрос.
— О, так у того, что вы не едите фасоль, есть какая-то великая причина?
В ответ на её сарказм Докхён снова разомкнул губы.
— Фасоль…
— Что фасоль?
— …Мне не нравится, что она черная.
— Что?
— Она выглядит так, будто обгорела. Это грязно.
«Грязно?.. Разве это можно говорить человеку, который готовил?»
«Ах ты, фасолевый засранец».
Ындон обиженно уставилась на Докхёна, но вскоре в её голове созрел план, как проучить его.
— Ну да. Раз уж зашел разговор… эта фасоль. Послушала я вас, и правда — черная, прямо как кроличий помёт. Верно?
— Что?
В какой-то момент взгляд Докхёна дрогнул от шока.
Заметив это, Ындон продолжила:
— Теперь каждый раз, когда вы будете видеть фасоль, вы будете вспоминать кроличий помёт. Итак: кроличий помёт, кроличий помёт, кроличий помёт…
— Ты… что ты творишь?
— Внушаю вам. Кроличий помёт, кроличий помёт…
— Чха Ындон…
Ындон притихла, поймав его взгляд.
«Может, я перегнула палку? Судя по его лицу, он в бешенстве».
— Директор, вы злитесь?..
Независимо от того, заискивала ли Ындон перед ним, Докхён сохранял свой острый, как лезвие, взгляд.
На самом деле, он злился не на Ындон, а на самого себя.
«Сумасшедший».
Сердце бешено колотилось от этой нелепой выходки Чха Ындон.
Видимо, в его голове окончательно что-то перемкнуло.
Сейчас даже то, как она над ним насмехалась, казалось ему милым.
— Нет… — негромко пробормотал он, словно пытаясь отрицать реальность.
Затем он резко встал со своего места.
— А? Вы уже закончили обедать?
— …Да.
Бросив краткий ответ, Докхён шагнул в сторону и вдруг пошатнулся.
Видимо, шок был слишком велик.
Он оперся о колонну в гостиной, пытаясь выровнять дыхание, и в этот момент Ындон, не отличавшаяся тактичностью, выпалила:
— Директор, если вы сейчас едете на работу, подбросьте и меня по пу…
— Нет.
Докхён, нахмурившись, ответил мгновенно.
— С чего бы мне сажать тебя на соседнее сиденье?
— А?
— Вчера ты прекрасно доехала с тем парнем.
Холодно отрезав, он скрылся в своей комнате.
Ындон, оставшись в одиночестве за столом, недоуменно пожала плечами.
— Что за бред? Под «тем парнем» он имел в виду… Чисе?
Лаунж-бар в Нонхёне.
— О, Чи Докхён! Что это за праздник? Ты сам позвал меня встретиться.
Подойдя к меланхолично сидящему Докхёну, Чихун шутливо поприветствовал его.
Докхён молча поставил перед другом стакан с виски.
— Вау. Алкоголь средь бела дня? Свежо. Что случилось, друг?
В ответ на настойчивый вопрос Чихуна Докхён поднес стакан к губам и произнес:
— Есть одна женщина, которая не выходит у меня из головы.
— Женщина! Ну, это по моей части. Кто она?
Видя, как загорелись любопытством глаза Чихуна, Докхён одним махом осушил стакан.
…Примерно десять минут спустя.
Выслушав вкратце ситуацию, Чихун с серьезным видом заключил:
— То есть, при виде этой Чха Ындон у тебя сердце выпрыгивает, от её улыбки тебе хорошо, а когда она улыбается другим, тебя охватывает ярость. Так, что ли?
Хм. Чихун потер подбородок, погрузившись в раздумья.
Вскоре он вынес вердикт:
— По-моему, ты не влюблен в эту Чха Ындон.
— Что?
Услышав эти слова, ставшие для него лучом света, Докхён вскинул голову.
— Чи Докхён, которого я знаю, не из тех, кто так легко отдает свое сердце. Сейчас ты просто в плену заблуждения. Ты начал невольно думать о ней после того, как Мун Сора спросила, не нравится ли она тебе.
— …Ты уверен?
Видя, как Докхён ищет подтверждения, Чихун цокнул языком.
— Слушай, парень. Любовь — это когда ты готов пойти на любые жертвы ради женщины. Ты готов ради неё на жертвы?
— На жертвы?
Докхён выпрямился, его взгляд стал сухим и холодным.
— Ну вот, представь. Вы с Чха Ындон заперты в газовой камере.
— Прекрати. Это звучит банально до тошноты.
— Просто послушай. В комнате только один противогаз, и он у тебя. Что будешь делать?
— В смысле, что?
— Уступишь свой противогаз Чха Ындон?
— Я что, с ума сошел?
— Ву-ху! Вот и ответ.
Чихун победно вскинул руки.
— Вот именно… значит, она мне не нравится.
Поставив пустой стакан, Докхён пробормотал это с некоторой уверенностью.
Чихун тут же приобнял его за плечи.
— Этот парень в таких вещах совсем как ребенок. Да и откуда тебе знать о любви? С твоим-то скверным характером ты ни разу в жизни по-настоящему не любил.
Резко сбросив руку Чихуна, Докхён принял победоносный вид. «Ну конечно», — подумал он.
Не может быть, чтобы ему нравилось «нечто подобное» Чха Ындон.
Словно обретя душевный покой, он расплылся в своей типичной холодной усмешке.
Кухня Давонджона.
Пока Ындон и другие повара суетились, у входа раздался звонкий крик:
— Народ! Там на улице драка! Все на выход!
«А? Какая еще драка?»
Ындон отвлеклась от нарезки. В то же время су-шеф и повара, подгоняемые любопытством, наперебой бросились к выходу.
— А я как раз думала передохнуть. Пойдем и мы!
Ындон потянула за руку Чисе, который рядом упаковывал мясо.
— Нуна, мне нужно ненадолго зайти в морозильную камеру.
— Да брось, нет ничего интереснее живой драки! Скорее!
— Хорошо…
Чисе ничего не оставалось, как позволить Ындон увлечь себя.
…Спустя мгновение.
— Да мне плевать! Позовите сюда директора!
Главный зал.
Ындон уставилась на мужчину средних лет, чья потрепанная одежда совершенно не вписывалась в интерьер ресторана.
Тот стоял в центре зала и продолжал орать на сотрудников:
— В этом дорогущем стейке попался инородный предмет, а вы говорите, что компенсации не будет?! Живо гоните деньги! За моральный ущерб!
— Послушайте, уважаемый! Как вообще в стейке мог оказаться булыжник?!
Генеральный менеджер резко выкрикнул это, демонстрируя камень в руке.
— Ого… Да это не просто камешек, а целый булыжник. Перебор, — прошептала Ындон.
Чисе, стоявший рядом, согласно кивнул. В это время снова раздался грубый крик мужчины:
— Эй, вы! Если продолжите в том же духе, я сегодня домой не уйду! Посмотрим, кто кого!
— Посетитель! Вы сейчас мешаете не только нашим сотрудникам, но и другим гостям. Последнее предупреждение: пожалуйста, тихо покиньте заведение…
— Ты как смеешь мне перечить, обслуга?! Всё, хватит! Директора мне! Хочу посмотреть в лицо этому заносчивому типу, который сдирает по пятьдесят тысяч вон за кусок мяса!
Мужчина с вызовом закричал, отталкивая преградившего ему путь генерального менеджера.
В тот же миг кто-то грубо схватил его за плечо и развернул.
— Ты ещё кто такой!
— Я и есть тот самый заносчивый тип.
— Что? Т-ты здесь директор?
Мужчина, задрав голову, посмотрел на Докхёна.
— Какое у тебя дело?
Докхён бросил ледяную фразу, явно раздраженный тем, что сразу после приезда вляпался в неприятную историю.
Лицо мужчины тут же побагровело.
— Посмотри на него! Говорят же, что клиент — это король, а у тебя что за тон?! Я здесь поел на целых пятьдесят тысяч вон!
— Клиент — король?..
Докхён сделал шаг к мужчине и произнес крайне властным голосом:
— Здесь король — я.
— Ч-чего?
— А теперь убирайтесь. Я сам выбираю, кого обслуживать.
На глазах у всех Докхён схватил мужчину за шиворот и потащил к выходу.
— Отпусти! Отпусти меня, слышишь?!
Хвать!
Извиваясь, мужчине в последний момент удалось вырваться из хватки Докхёна.
Следом из его уст вылетела загадочная фраза:
— Эй, молодой директор. Зря ты так. Знаешь, зачем я сегодня сюда пришел?
— Понятия не имею. И мне не особо интересно.
— Кхе-кхе… Уверен, что не пожалеешь об этих словах?
— Пожалуй, да.
— Если сейчас официально передо мной извинишься, я сделаю вид, что ничего не было. Ну как?
После слов мужчины Докхён слегка нахмурился и промолчал.
Несколько секунд длилось странное молчание.
— Выведите его.
По знаку Докхёна несколько сотрудников начали скручивать мужчину.
— Эй! Ты! Ты еще пожалеешь! Пожалеешь об это-о-ом!
Как только мужчина с воплями скрылся из виду…
Докхён с невозмутимым видом повернулся к коридору.
— …А.
Пройдя несколько шагов, он перевел взгляд на Ындон.
— Чха Ындон.
— Д-да?!
Ындон, застывшая от внезапного переполоха, посмотрела на Докхёна испуганными глазами.
Затем в её ушах прозвучала холодная команда:
— Ты. Зайди ко мне.
— Э-это ещё что такое?
Президентский кабинет.
Ындон с ужасом уставилась на журнальный столик и спросила.
Докхён, усмехнувшись, ответил:
— Сама не видишь, что ли?
— …Если мои глаза мне не врут, это говяжьи кости. Но что мне с ними делать…
— Ты спрашиваешь, потому что правда не знаешь?
— Ха-ха. Надеюсь… вы ведь не просите их сварить?
— Именно. Хочу поесть.
— Костный бульон?!
— Да. Внезапно захотелось.
Докхён издал издевательский смешок.
Ындон в замешательстве обхватила голову руками.
«Погодите-ка. Это же старый метод свекровей, которыми они изводят только что пришедших в дом невесток?»
«Дорогая, что-то кости ломит, свари-ка мне костного бульона».
— Ха. Директор… вам обязательно нужно, чтобы я их сварила? Я знаю одно место, где готовят потрясающий бульон, я мигом сбегаю и куплю!
— Забыла? Я не могу есть ничего, кроме того, что приготовила ты.
— Ха-ха-ха… Ах, ну да. Точно.
Ындон, пребывая в состоянии шока, снова уставилась на кости.
«Тут же килограммов пятнадцать, не меньше!»
«Этот тип точно решил меня доконать».
— Директор. Вы собрались пить этот бульон круглый год? Давайте я вам сразу на два года вперед наварю?
— Хорошая идея.
«Да ладно? Хорошая идея? Хоро-о-о-шая?»
Ындон, стиснув зубы, сверлила взглядом своего «господина».
«Эх. Все терпят свекровей, а я, Чха Ындон, терплю Чи-кровь. Черт».
— Фух. Ладно, пойду тогда замачивать их, чтобы кровь вышла.
Смирившись с реальностью, она подхватила огромный пакет с костями.
— Ой! Тяжелее, чем я думала.
— !
Докхён невольно протянул руку, чтобы помочь Ындон, которая кряхтела под тяжестью.
Однако… в следующее мгновение он совершил поступок верха бестактности.
Докхён взял ещё один пакет с костями и буквально набросил его сверху ей на руки.
— Ай! Я же по одному буду носить! Тяжело же!
— Не притворяйся.
Словно доказывая самому себе, что Чха Ындон ему не нравится…
Докхён бросил эту капризную и упрямую фразу.
Тем же вечером.
— Нуна, поручи мне что угодно. Я помогу всем, чем смогу.
Чисе обратился к Ындон, стоя перед огромным кипящим котлом.
— Бульон нужно варить всю ночь, одной тебе будет тяжело. Я останусь и подсоблю…
— Ах ты, Ли Чисе! Ты чей помощник вообще?!
В этот момент внезапно появился су-шеф и хлопнул Чисе по спине.
— Пошли! Сегодня мужской состав кухни идет пропустить по стаканчику!
— Нет, я…
— Никаких «нет»! Отказ не принимается! Пошли!
— Су-шеф, подождите! Нуна, прости!
Глядя на удаляющуюся спину Чисе, которого насильно уводил су-шеф, Ындон слегка помахала ему рукой.
«Прощай, юноша».
«А я останусь здесь и принесу себя в жертву этому огню».
— Ха-а-а…
Глядя на кипящую жидкость молочного цвета, Ындон глубоко вздохнула.
Она принялась раз за разом снимать жир с поверхности огромного котла при помощи специальной бумаги…
Сколько же времени она повторяла эту нудную процедуру?
— Наконец-то…!
Было уже около трех часов ночи.
Ындон с восторгом смотрела на наваристый костный бульон.
— Посмотрите, какой он беленький… Ой, не время сейчас. Надо скорее вызвать такси!
Предвкушая возвращение домой, она сорвала поварской колпак и вышла из кухни.
И ровно через пятнадцать минут.
— Ой, почему так темно…?
Переодетая в обычную одежду Ындон на ощупь пробиралась по темному коридору к выходу.
— Хоть бы дежурный свет оставили. Ничего не видн…
Вдруг она осеклась и округлила глаза, затаив дыхание.
«Только что послышался какой-то звук… Что это? Почудилось?»
Ындон с сомнением сделала еще шаг, и в этот момент отчетливо почувствовала, что кто-то сзади собирается на неё напасть!
— А-а-а-а!
С пронзительным криком Ындон инстинктивно схватила стоящий в углу огнетушитель.
И начала исступленно размахивать им в сторону длинной тени.
Она не распыляла его содержимое, а пыталась размозжить голову «грабителю» самим корпусом.
Поистине масштабный подход к самообороне.
— Умри, ворюга! Умри! Умри!
— Чха Ындон…! Поставь это! Приди в себя!
— Умри-и-и!
Ындон с зажмуренными глазами бросилась на черную тень, которая пыталась её урезонить.
В этот момент «человек-тень» потерял равновесие и повалился на пол. Естественно, Ындон рухнула прямо на него, и оба они сплелись в двусмысленной позе.
────────────────────────────────────
Обновлено: 08.04.2026