Слова Ди Яотяня она слышала до последнего словечка.
Просто смешно. Хозяйка этого тела тоже была его дочерью, тоже принадлежала к роду Ди, и впервые в жизни её позвали в главный зал, только чтобы отчитать и наказать. Видно было, какое место она занимала в этой семье - хуже свиньи или собаки.
- Негодница, на колени перед Фулин и проси прощения!!
Едва она вошла в зал, как Ди Яотянь обрушил на неё грозный окрик.
Ди Фуяо сделала невинное лицо, словно не расслышала.
- Что?
- Я сказал, на колени! - мрачно произнёс Ди Яотянь.
- Прошу прощения, я, Ди Фуяо, не преклоняю колени ни перед небом, ни перед землёй, а она…
Ди Фуяо спокойно усмехнулась. Её острый, насмешливый взгляд скользнул по Ди Фулин, которая уже выпрямилась и с важным видом ожидала, когда та опустится на колени. Ди Фуяо холодно хмыкнула:
- Тем более не достойна!
Под её спокойным смехом скрывалась аура, превосходящая даже ауру Ди Яотяня, - рождённая изнутри, непокорная, необузданная, гордая, высокомерная.
В тот же миг весь зал затих, подавленный. Никто не осмелился проронить ни слова.
Лицо Ди Яотяня побагровело, а затем посинело от гнева и стыда. Его острый, как меч, взгляд впился в эту дочь, которую он игнорировал столько лет. Внезапно у него возникло странное ощущение, будто всегда робкая девчонка, которая даже не смела поднять на него глаза, совершенно изменилась.
- А я? У меня-то есть право заставить тебя встать на колени! - рявкнул он.
- Ты? Десять месяцев меня вынашивала моя мать, а ты лишь внёс свою лепту в виде маленького головастика, - в глазах Ди Фуяо мелькнула насмешка. "Какой ты мне, к чёрту, отец? Хозяйка этого тела все эти годы жила хуже собаки, а ты хоть раз взглянул на неё? А теперь заговорил о правах, хех, есть ли у тебя совесть?"
*В оригинале десять месяцев.
- Управляющий, принеси кнут! - взревел Ди Яотянь.
Он был в ярости. Никто никогда не смел ему перечить. Похоже, её прежняя робость была притворной. Эта мерзкая девчонка, как и её мать, была высокомерной и властной - настоящая напасть!
- Отец, не сердитесь, в крайнем случае, дочь полежит в постели несколько месяцев и поправится, - Ди Фулин покорно опустила глаза.
С виду она пыталась сгладить ситуацию, но на самом деле лишь подливала масла в огонь.
Гнев на лице Ди Яотяня стал ещё сильнее.
- Старина Ли, кнут! - поторопил он управляющего Ли.
К его удивлению, Ди Фуяо невозмутимо уселась, закинув ногу на ногу, и, взяв со стола чайник, налила себе чашку ароматного чая. Отпив глоток и промочив горло, она спокойно произнесла:
- Когда это я тебя била?
Ди Фулин не ожидала, что та будет притворяться дурочкой, и в гневе закатала рукава, демонстрируя руку, покрытую следами от плети.
Все это видели, неужели она всё ещё будет отрицать?!
Неожиданно, она действительно недооценила Ди Фуяо. Та, с растерянным и донельзя невинным видом, сказала:
- Пятая сестрица, ты говоришь о вчерашнем вечере? Ты послала Чунь Си за мной, но я так устала, что рано легла спать. Что, пока меня не было, что-то случилось?
Ди Яотянь, державший кнут, помрачнел.
- Вчера вечером?
- Да, эти свежие раны пятой сестрицы появились вчера вечером, верно? Чунь Си может подтвердить, что меня не было. Почему пятая сестрица клевещет на меня? - Ди Фуяо одарила её стандартной невинной улыбкой.
Ди Фулин тут же потеряла дар речи. Чунь Си мертва, свидетелей нет. Эта мерзавка Ди Фуяо сделала это нарочно! Какая бесстыдница, так нагло всё отрицать!
- Четвёртая сестра, я ошиблась, впредь Фулин будет послушно тебя слушаться, только не бей меня больше, от кнута очень больно! - жалобно расплакалась она.
Чунь Си умерла, ну и что, всего лишь служанка. Она больше боялась, что всплывёт история с гибелью контрактного зверя Ло Фэйюэ и последующим обратным ударом, за что её отчитают, поэтому поспешила сменить тему и принялась причитать.
- Господин, Фулин вся избита, вдруг останутся шрамы, как же она потом замуж выйдет, если слухи пойдут? - подлила масла в огонь госпожа Юнь. - Если господин не восстановит справедливость для Фулин, разве это не нарушит правила семьи Ди? Что подумают о нашей семье посторонние?
- Матушка, ничего страшного, если дочь немного пострадает, лишь бы четвёртая сестра была довольна, у-у-у… - вторила ей Ди Фулин.
Мать и дочь разыгрывали сцену в унисон, безупречно слаженно, и в мгновение ока вновь разожгли гнев Ди Яотяня.
- Мерзкая девчонка, ещё смеешь отрицать! Неужели твоя мачеха и сестра станут тебя оговаривать?! - взревел он.
Угрожающий кнут со свистом рассёк воздух, устремляясь к Ди Фуяо. Она спокойно и невозмутимо подняла чашку, чтобы отразить удар. Раздался резкий звук - на чашке с узором из облаков осталась глубокая трещина. Ударь он по её запястью, оно бы точно сломалось.
Ди Яотянь недоверчиво выпучил глаза. В доме тех, кто мог отразить его удар кнутом, можно было пересчитать по пальцам. Он никак не ожидал, что никчёмная девчонка, не обладающая ни боевыми навыками, ни силой элементов, так легко отразит его удар.
- Будучи главой семьи, если у тебя нет даже элементарной способности отличать правду от лжи, я очень сомневаюсь, не по блату ли ты занял это место, а? - Ди Фуяо поставила треснувшую чашку, легко поднялась и с невинным, и даже немного сомневающимся выражением лица произнесла это.
Эти слова, однако, прозвучали как разорвавшаяся бомба, заставив Ди Яотяня почувствовать себя униженным.
Никчёмная слабачка посмела насмехаться над ним на глазах у всех! Непростительно!
Особенно её невозмутимое, но уверенное и изящное поведение ещё больше подлило масла в огонь.
Обновлено: 13.02.2026