Единственная выжившая из истреблённого народа, она до сих пор слышит крики сородичей и видит во снах глаза чудовища, что вырезало всех до одной. Найденная караваном сирота выдаёт себя за мальчика — пока не всаживает кинжал точно в грудь легионера приёмом, которым владела сама Императрица. Кто научил ребёнка убивать так безупречно? И вернётся ли тварь, что всё ещё бродит во льдах Несломленного, за последней уцелевшей?

Единственная выжившая из истреблённого народа, она до сих пор слышит крики сородичей и видит во снах глаза чудовища, что вырезало всех до одной. Найденная караваном сирота выдаёт себя за мальчика — пока не всаживает кинжал точно в грудь легионера приёмом, которым владела сама Императрица. Кто научил ребёнка убивать так безупречно? И вернётся ли тварь, что всё ещё бродит во льдах Несломленного, за последней уцелевшей?