Вечером...
После того, как я поужинал с сестрой и помыл посуду, с мероприятия в Сендае вернулся отец.
— С возвращением, отец.
— Ага.
Мы поздоровались, и он полез в холодильник, взял пиво и еду, приготовленную сестрой, в качестве закуски, после чего поставил на стол.
Вытерев руки, я сел напротив отца. Взял банку. Открыл её и предлагал подставить мне кружку.
Отец с удивлением посмотрел на меня.
— Чего это с тобой сегодня?
— Подумаешь, можно иногда.
— Карманные деньги нужны?
— Не нужны.
Он подставил кружку, и я налил пиво. Делал это осторожно, чтобы не пролилось.
А отец с удовольствием пригубил.
— Помнишь Орихару-сан, которую я привёл? — сказала я.
— Да, сестру твоего друга.
— Она... Раньше училась у мамы готовить.
Стоило сказать это, и глаза отца округлились.
— Правда?
— Да. Похоже правда. Кажется она про нас ничего не знала. И сегодня поставила благовония.
Правда.
Невероятное совпадение.
Будто... Судьба.
— От неё я услышал... Что мама говорила, что очень тебя любила.
— Кхе... Кха-кха.
Он подавился пивом и начал кашлять.
А потом стал выглядеть виноватым.
— ... Кодзуе так говорила? Или может это просто добрые слова Орихары-сан?
— Ну. Я не знаю. Но... Так она сказала.
Я ничего не знал.
Ничего не знал о маме.
Но мой любимый человек знал.
Отец, сестра и Орихара-сан... Знали маму.
— ... Хм. Очень любила? В лицо Кодзуе мне такого почти не говорила. Она была старше меня, а я даже головы не поднимал. Постоянно на меня злилась. И правда, я ничего не мог... Одни хлопоты доставлял.
В глазах была печаль, когда он говорил.
— ... Когда Каеде появилась, я ещё пацаном был, не способным зарабатывать нормально. Кодзуе тогда непросто было. Она столько всего делала, а я... Ничего...
— ... Она говорила, что была счастлива, — сказал я. — Похоже мама говорила, что была счастлива. Счастлива, что у неё были ты, сестра и я. Так сказала Орихара-сан.
— ... Вот как.
Точно переварив эти слова, отец кивнул и отпил пиво.
— Хм. Как-то странно, говорю с тобой о матери. Помнишь? Раньше ты с Каеде очень сильно ссорился из-за этого.
— Помню, было.
Я снова взял пиво и налил ему.
— Ну, я немного подрос с тех пор.
И не взрослый, и не ребёнок.
Очень вытянулся, как взрослый, а на деле обычный ребёнок.
Я... Понял, что был любим с рождения.
Сам того не понимая, я рос, и вот мне уже пятнадцать.
Пиво в банке закончилось, и я поднялся.
Как-то... Немного неловко.
Сложно было вынести вот такие отношения «отец и сын».
— Каору, — когда я направился на кухню, отец окликнул меня.
— Когда идёшь в туалет по маленькому, садись*.
(Да, ему предлагают справлять малую нужду сидя.)
— ... Ты чего вдруг? — не понимая, о чём речь, поинтересовался я.
— Это и так понятно. Но когда я был маленьким, отец мне так говорил.
— А. Понятно.
Я кивнул, а отец прищурился и улыбнулся.
***
Позже...
Я пришёл в гости к Орихаре-сан.
— Кстати, как там Каеде-сан? — сидя рядом, спросила она.
— Как?.. Да обычно. Не изменилась.
— Хм. Вот как.
— Ну... Теперь только омлеты готовит. По рецепту мамы, как ты научила. Вкусно... Но уже начало приедаться.
— А-ха-ха, — весело рассмеялась она. А потом неуверенно обратилась ко мне. — Э-эй, Момота-кун.
Было ясно, что она нервничала.
— Мог бы напротив?
— Напротив?
— Сесть и повернуться спиной.
— Ну ладно.
Я сделал, как она сказала и сел к ней спиной.
И тут...
— Йей, — сказала она.
Орихара-сан... Обняла меня.
Обвила руками со спины.
— А, что...
— Н-не двигайся. Сиди тихо.
Она не дала мне договорить, пока я паниковал, а крепко прижалась грудью и обняла.
Такой приятный запах.
Запах Орихары-сан. И пластырями не пахнет. Сегодня не приклеивала, видать. И ещё... Так приятно, когда она грудью прижимается. Два больших холма в спину вжимаются. Такое блаженство, я даже подумал, как бы оно со спины в руку передалось.
— ... Ты чего так внезапно?
— Н-ну... Я обещала. Урю-сенсей... Твоей маме, — на ухо сказала она. — Когда ребёночек родится, я подержу его.
— ...
— Прошло пятнадцать лет. Подержать не получится, но обнять я тебя могу.
— Орихара-сан...
Из груди вырывались непередаваемые чувства. Тепло и нежность, делали меня невероятно счастливым.
— Не могу поверить. Орихара-сан виделась с мамой, когда она ещё была беременна мной.
— ... Ну, такое не часто бывает. Когда девушка гладит живот мамы, а её парень ещё в форме эмбриона. А-ха-ха...
Для парочек одного возраста это просто невозможно, и Орихара-сан сухо рассмеялась.
— Если бы мама была жива... Что бы она о нас сказала?
— Если бы узнала, что бы встречаешься с девушкой на двенадцать лет старше?
— Ну, что-то вроде. Что думаешь, Орихара-сан?
— А... Н-не знаю, — озадаченно ответила она, однако добавила «но». — Урю-сенсей... Наверняка не была бы против.
— ...
— С улыбкой бы сказала: «Вы ведь любите друг друга, так что ладно. А-ха-ха».
— Вот как.
— Н-не знаю. Но хотелось бы...
— Нет... Мне тоже так кажется.
Я знал её лишь по фотографиям.
Стол сейчас... Украшала фотография сестры. Больше я её не прячу. Не отвожу взгляда. Представляя её улыбку, я сказал ей в душе.
Мама.
Родившая меня мама.
Ты кормила меня молоком, а потом пересадила на обычную еду, все те два года ты заботилась обо мне.
Ты дала мне столько любви.
И всё же... Я ничего этого не помню.
Потому... Я относился к тебе в чём-то не лучшим образом. Не мог тебя принять. Мне казалось странным произнести простое «люблю». Мне казалось, что я буду виноват перед отцом и сестрой, которые тебя действительно любили.
Но.
Теперь я тебя принял.
Наверное потому что у меня появился любимый человек.
Может это потому, что я впервые в жизни кого-то полюбил.
Узнав, что такое любовь... Я смог понять, как ты любила всех нас. И поняв, захотел ответить на эту любовь.
Пусть мы и не увидимся, но хочу сказать «Мама, я тоже тебя люблю».
— Это судьба, — сказал я.
— А?..
— Нет... Просто такая случайность. Мы ведь случайно встретились, а уже были связаны пятнадцать лет назад... Ещё до того, как я родился. Видать это и правда судьба.
— М... Даже не знаю. Если уж то, что мы будем вместе, решалось на небесах... То я должна была родиться на двенадцать лет позже.
— Ну, наверное так и есть.
— А, п-прости, говорю что-то такое! — тут же заговорила Орихара-сан.
И правда... Судьба — это слегка громко сказано.
Можно подумать, что это чудо, что мы были связаны ещё до моего рождения... Но мы же из одной префектуры, можно сказать, что мир не такой уж и большой.
И мама обучала готовить много детей. Если бы я влюбился в кого-то другого, это бы тоже можно было назвать судьбой.
И... Разница в возрасте.
Этот момент будет волновать её всё то время, пока мы вместе. И если это препятствие для нас, то мы никакая не пара, которую свели на небесах.
Но... Какая разница?
Пусть это случайность, если я буду считать это судьбой, то ей это и будет.
Я не знаю, какая история настоящая, Момотаро или Урикохиме... Потому важнее всего то, что я сам думаю.
Пусть это лишь мои мысли, но они самые важные.
— Для меня судьбоносный человек — Орихара-сан, — сказал я.
И взял руку, обнимавшую меня со спины.
— И даже если не судьбоносный, я хочу быть с тобой, потому что для меня ты единственная.
— ... М.
Её глаза на миг округлились от удивления.
Но потом она их прикрыла и улыбнулась.
Очень счастливой улыбкой.
— Да, точно, — кивнула она и обняла крепче. Было неловко, что только меня обнимают, потому я выскользнул из её рук, повернулся и тоже обнял Орихару-сан.
Она ответила мне тем же.
Нас переполняло счастье.
Хотелось, чтобы это время не прекращалось. И в тоже же время хотелось двигаться вместе дальше.
Такое противоречивое чувство и зовётся любовью.
Обновлено: 09.04.2026