Ван Цзинъюань по-прежнему не разбирался в меридианах и путался в терминах. Но в этот миг он просто знал, как именно следует практиковать «Базовую внутреннюю технику Хуашань»: что нужно визуализировать на вдохе, на каких точках концентрировать внимание при выдохе, как варьировать глубину и ритм дыхания, и куда именно направлять зародившуюся внутри энергию ци. Он знал всё.
К его удивлению, стоило ему начать тренировку, как процесс стал неостановимым. Тело заработало само, без всяких сознательных усилий. Это вызвало у Ван Цзинъюаня стойкое чувство дежавю. Это же…
Автоматическая прокачка?
— Ого, вот это по мне! — Ван Цзинъюань обожал такие штуки. Да и какой игрок не любит «афк-режим», ведь его суть – в получении выгоды без лишних хлопот.
В большинстве игр, чтобы получить награду, нужно постоянно что-то нажимать. Но автоматизация освобождает игрока от рутины: ты можешь вообще ничего не делать, а прибыль продолжает капать, прямо как пассивный доход.
Жаль, что современные разработчики ради удержания аудитории всё реже добавляют такие функции, и Ван Цзинъюаню частенько приходилось возиться с макросами на мышке… Впрочем, это он отвлекся.
Ван Цзинъюань открыл глаза и посмотрел на Юэ Буцюня. Тот в ответ глядел на него с нескрываемым любопытством.
— Старый хрыч, ты чего вылупился? — Спросил он.
— Кхм… — Мастер кашлянул. — Я лишь хотел спросить, бессмертный господин, нужно ли мне что-то объяснить… то есть повторить?
— Не нужно, я уже всё выучил.
Юэ Буцюнь не слишком удивился. В конце концов, перед ним был небожитель, и было бы странно, если бы тот не освоил мирские боевые искусства в одно мгновение.
Затем Юэ Буцюнь обнажил свой меч и начал демонстрировать «Технику меча Хуашань». Перед глазами Ван Цзинъюаня тут же всплыло уведомление:
【Юэ Буцюнь обучает вас приему «Техника меча Хуашань»】
【Желаете обучиться: Да/Нет】
Ван Цзинъюань выбрал:
【Да】
Как и в прошлый раз, он мгновенно постиг все тонкости искусства меча.
Своего оружия у Ван Цзинъюаня не было, поэтому он, поддавшись азарту, схватил со стола палочку для еды и сделал несколько выпадов. Каждое движение в точности соответствовало канонам стиля Хуашань.
Увидев, что гость освоил базовые дисциплины школы, Юэ Буцюнь извинился и отправился на задний двор на поиски Нин Чжунцзэ.
Отыскав жену, он некоторое время хранил молчание, а затем негромко произнес:
— Младшая сестра, этого человека зовут Ван Цзинъюань. Похоже, он не сам небожитель, спустившийся в наш мир, а тот, кому предначертана божественная судьба.
— Предначертана божественная судьба? — Переспросила она.
— Его избрали бессмертные, — пояснил Юэ Буцюнь, — но ему всё еще нужно пройти через испытания в мире смертных. Лишь когда он накопит достаточно заслуг, небожители заберут его для истинной практики. Я взял на себя смелость и принял его в нашу школу Хуашань.
Раз уж ему суждено пережить невзгоды в этом мире, то почему бы не сделать это у нас? Раз его заметили небеса, в нем точно есть нечто необычайное.
Юэ Буцюнь говорил полуправду, на ходу сплетая оправдания. Он видел в Ван Цзинъюане шанс на возрождение былой славы секты Хуашань, а такие дела требуют секретности. Даже жене, с которой он делил ложе, мастер не решался раскрыть слишком много.
Нин Чжунцзэ всегда доверяла мужу. Поразмыслив, она спросила:
— А как же остальные ученики?
— Разумеется, им об этом знать не стоит, — отрезал Юэ Буцюнь. — Просто скажи, что Цзинъюань – мой новый ученик. — Он помедлил и добавил:
— Но шепни им с глазу на глаз, что он из очень влиятельной семьи, и пусть они ведут себя с ним почтительно. Остального им знать не обязательно.
Нин Чжунцзэ кивнула:
— Я понимаю. Но как быть с церемонией посвящения?
Юэ Буцюнь лишь отмахнулся:
— Будем считать, что она уже состоялась.
Когда остальные ученики проснулись для утренней тренировки, Матушка-наставница объявила им новость. Это вызвало у всех недоумение. Пусть секта Хуашань и переживала упадок, но принятие в ученики всегда оставалось важнейшим событием.
Обычно к церемонии нового адепта готовятся заранее и проводят её торжественно. Однако Матушка-наставница представила его как «младшего брата-ученика», а не как того, кто им «станет через несколько дней».
Значит, Мастер уже официально принял его в школу.
Все эти дни они не покидали гору, Мастер и Матушка-наставница тоже были здесь. Когда же прошла церемония? Неужели они провели обряд тайком глубокой ночью?!
Несмотря на ворох вопросов, авторитет Юэ Буцюня в секте был непререкаем – его слово было законом. Ученикам ничего не оставалось, кроме как принять нового товарища.
Больше всех радовалась Юэ Линшань. Сколько она себя помнила, она всегда была самой младшей сестрой-ученицей, и за столько лет эта роль ей порядком надоела. Наконец-то пришло время передать этот титул другому.
Пользуясь правом дочери Нин Чжунцзэ, она забросила утреннюю тренировку и принялась приставать к матери, чтобы та отвела её посмотреть на новичка. Нин Чжунцзэ не смогла устоять перед напором дочери и, рассудив, что Ван Цзинъюаню всё равно придется знакомиться с остальными, кивнула в знак согласия.
Юэ Линшань вприпрыжку последовала за матерью через Зал Праведного Духа прямо в покои главы школы. Заметив Юэ Буцюня, который сидел за столом и о чем-то беседовал с красивым юношей, Линшань замерла в замешательстве.
«Этот парень, должно быть, и есть мой младший брат, но почему он сидит перед отцом, а не стоит почтительно в сторонке? Мы с братьями никогда не осмеливаемся присесть, если отец не разрешит».
Да и сам отец выглядел не так, как обычно. Исчезла привычная строгость, лицо светилось добротой и даже… некоторой опаской?
Юэ Линшань подумала, что ей померещилось, но тут её внимание полностью переключилось на Ван Цзинъюаня. Какой симпатичный паренек… то есть младший брат.
Глаза её загорелись, она подошла ближе и спросила:
— Так это и есть наш новый младший брат?
Хотя вопрос был обращен к Юэ Буцюню, девушка во все глаза уставилась на Ван Цзинъюаня. Заметив этот влюбленный взгляд, Юэ Буцюнь слегка нахмурился, но, немного подумав, произнес:
— Да, это Ван Цзинъюань, мой новый ученик. Я уже передал ему основы наших боевых искусств. С этого момента ты будешь следить за тем, чтобы он усердно тренировался.
Глаза Ван Цзинъюаня радостно блеснули. Он посмотрел на Юэ Линшань. «О, секта выдала мне личного тренировочного манекена для отработки ударов?»
— Хорошо, папа! — Сладко пропела Юэ Линшань, совершенно не задумываясь о том, что она сама – самая ленивая ученица на горе, и родители то и дело подгоняют её к занятиям. Куда уж ей наставлять других?
Она просто утонула в созерцании этого лица: кожа бела как яшма, брови словно мечи, а глаза ясные как звезды. «Цзинъюань? Какое красивое имя, оно ему так подходит».
Впрочем, уже через несколько дней она горько осознает, как сильно ошибалась.
У подножия Пика Покаяния, возле пруда, Ван Цзинъюань в одиночестве отрабатывал технику меча, ничуть не расстроившись из-за того, что Юэ Линшань убежала от него в слезах. Опыт подсказывал ему: скоро она сама собой «возродится» где-то поблизости.
Юноша с обезьяной на плече посмотрел вслед убегающей девушке, покачал головой и подошел к воде. Это был Лу Даю, также известный среди своих как Лу-Обезьяна.
Когда Ван Цзинъюань только появился, влюбленность Юэ Линшань была видна всем без исключения. Будучи ярым сторонником Линху Чуна, Лу Даю поначалу возненавидел новичка за то, что тот «увел» внимание младшей сестры. Но за несколько дней эта ненависть бесследно испарилась.
Лу-Обезьяна понял: между этим младшим братом и сестрой Линшань никогда ничего не будет. И дело не в каких-то странных пристрастиях новичка, просто он был… ну, очень странным человеком.
Лу Даю даже начал сомневаться: сможет ли этот парень с таким красивым лицом когда-нибудь найти себе жену?
Ван Цзинъюань, заметив Лу Даю, убрал меч и помахал рукой:
— Ой, Охотник-Повелитель Зверей, пришел? А где твой питомец? Давай его сюда, дай потискать.
Лу Даю обреченно вздохнул:
— Младший брат, ты опять говоришь какую-то чепуху.
Тем не менее, он свистнул. Маленькая обезьянка перепрыгнула с его спины на плечо.
Ван Цзинъюань неведомо откуда извлек пригоршню сухофруктов и поманил зверька. Обезьянка привычно прыгнула ему на руку и, усевшись, принялась за угощение.
Ван Цзинъюань с широкой улыбкой принялся нещадно тискать пушистую голову. Он давно зарился на эту обезьяну. В первый же день на Хуашань он видел стаи диких обезьян, но эта была особенной.
Она была почти как человек и понимала команды. Жаль, что она принадлежала Лу-Обезьяне, а тот категорически отказывался её продавать.
— Гляди, самолет! — Ван Цзинъюань внезапно указал пальцем за спину Лу Даю. Тот не знал, что такое «самолет», но всё же обернулся.
Мелькнула белая вспышка. Идеально исполненный прием «Белая радуга пронзает солнце» сорвался с клинка Ван Цзинъюаня. Острие меча устремилось прямо к шее Лу Даю.
Обновлено: 03.02.2026