Ван Цзинъюань посмотрел на Цюй Яна, затем перевел взгляд на Линя и Юэ. — А я-то думал, что у NPC во всем мире такой уровень интеллекта, — пробормотал он. — Оказывается, разрабы специально заложили разницу в проработке. Хардкор, лютейший хардкор.
В этот момент Цюй Фэйянь возмутилась:
— Дедушка!
Цюй Ян протянул руку и погладил внучку по макушке. — Фэй-фэй, будь послушной. То, что дедушке предстоит сделать, крайне опасно. В этот раз я действительно не могу взять тебя с собой.
Цюй Фэйянь уже собиралась заспорить, но тут вмешался Ван Цзинъюань:
— Был когда-то один благородный разбойник по имени Ли Саньгуан. Творил что хотел, действовал жестоко, и никто не мог с ним совладать. Но потом за ним по пятам стала таскаться одна «обуза». Его заклятые враги быстро сообразили: добраться до самого героя сложно, а вот прихлопнуть его обузу – проще простого.
На этот раз Цюй Фэйянь все поняла и перестала изводить деда.
Цюй Ян снова обратился к Ван Цзинъюаню:
— Молодой господин Ван, будут ли еще какие-нибудь наставления?
— Как думаешь, с боевыми искусствами Лю Чжэнфэна, насколько он будет в опасности, если в него попадут Божественные Иглы Черной Крови?
— …Жизни это угрожать не должно.
— Тогда устройте ему это. Чтобы спектакль удался, в него нужно верить – только тогда всё будет выглядеть натурально. Когда придет время, не жалей его, помоги ему как следует войти в роль.
— …Пожалуй, мне стоит сначала обсудить это с братом Лю. Что-то еще?
Ван Цзинъюань пристально и серьезно посмотрел на старика. — Повторю еще раз: если мы снова встретимся, я буду материть тебя на чем свет стоит. Надеюсь, ты не примешь это близко к сердцу. В конце концов, мы в разных лагерях, а кушать хочется всем.
— Я понимаю. — Видя, что Вану больше нечего добавить, Цюй Ян попрощался со всеми и ушел первым. Цюй Фэйянь не плакала, лишь молча смотрела ему вслед покрасневшими глазами.
Юэ Линшань и Линь Пинчжи тоже провожали Цюй Яна взглядами. Ван Цзинъюань не скрывал от них свой разговор, но они не смели вставить ни слова, лишь беспомощно наблюдали, как тот берет под опеку «маленькую демоническую еретичку».
Они все еще пребывали в шоке. До сих пор им не удавалось понять: то ли Ван Цзинъюань просто хитростью выпроводил старого демона, водя его за нос, то ли он и правда находится в сговоре с врагами.
Когда Цюй Ян скрылся из виду, Ван Цзинъюань, подражая его жесту, погладил девочку по голове. — Теперь ты моя временная «баобао», так что придется сменить тебе имя. Отныне звать тебя будут Син-и.
Цюй Фэйянь резко сбросила его руку. — Какая еще Син-и, это звучит ужасно! Меня зовут Цюй Фэйянь.
— Цыц! — Ван Цзинъюань покосился на нее. — Может, мне тогда нанять оркестр, чтобы они с барабанами и гонгами оповещали всех о том, что ты внучка старейшины Демонического культа? Будем входить в город Хэнъян с музыкой. Все благородные воины тогда наверняка похвалят меня за сознательность – мол, пришел на омовение рук в золотом тазу не с пустыми руками.
Цюй Фэйянь обиженно опустила голову и буркнула:
— Но Син-и – это все равно некрасиво.
— Хочешь, назову тебя Конаном?
— Еще хуже! Почему ты не можешь выбрать девчачье имя?
Ван Цзинъюань принялся загибать пальцы:
— Ячунь, Вэйци, Цзеси, Пэйкэ, Шэнцзинь?
Цюй Фэйянь просияла:
— О, вот эти хороши!
— Хороши, как же. У тебя сейчас роль бедной маленькой сиротки, которую я подобрал. Ты с таким именем хочешь в Мэри Сью заделаться? Посмотри на нашу маленькую старшую сестру, ее зовут просто Линшань. Не могла бы ты вести себя поскромнее?
Тут уже возмутилась Юэ Линшань:
— Мое имя мне дал отец, чем оно тебе не угодило?
— Оно прекрасно, просто прекрасно.
— Ты ведь сейчас просто отмахиваешься от меня, да?
— Да.
— Ах ты! Хм! — Юэ Линшань топнула ногой и вскочила на лошадь.
Ван Цзинъюань крикнул ей в спину:
— Маленькая старшая сестра, постой!
Она гордо обернулась. — Если хочешь извиниться, подбирай слова покрасивее.
— А кто сказал, что я собираюсь извиняться?
— Тогда зачем ты меня зовешь?!
Ван Цзинъюань указал на ее лошадь. — Видишь ли, у нас всего три коня, а теперь нас четверо. Вещи сложены у младшего брата-ученика, а я при моих габаритах если и усядусь с Син-и на одну лошадь, то только посадив ее себе на шею. Это утомительно. Так что придется тебе потесниться.
Хотя Юэ Линшань и чувствовала себя неловко из-за происхождения девочки, та была всего лишь милой пятнадцатилетней малышкой. Юэ никак не могла разглядеть в ней «демоническую еретичку», о которых так много слышала от старших, поэтому она протянула руку и помогла Цюй Фэйянь забраться в седло.
Сначала она твердо намерена была держать дистанцию, но не прошло и четверти часа, как они уже весело болтали. В конце концов, наивная барышня, выросшая на горе Хуашань, не могла быть достойной соперницей такой «маленькой тертой калачихе», как Цюй Фэйянь.
Какая-то Юэ Линшань – раз плюнуть.
Глядя на то, как девушки увлечены беседой и не обращают на него внимания, Линь Пинчжи осторожно придержал коня поближе к Ван Цзинъюаню. Он набрал в грудь воздуха, явно желая что-то сказать, но не знал, с чего начать.
— Говори прямо, что там у тебя, — не стал церемониться Ван Цзинъюань. — Здесь все свои.
Тогда Линь Пинчжи заговорил вполголоса:
— Старший брат, когда мы покидали Бюро сопровождения Фувэй, мой отец открыл мне секрет «Руководства по Мечу Изгоняющему Зло».
Ван Цзинъюань понимающе кивнул. — И ты теперь подозреваешь, что я оскопился?
Линь Пинчжи отчаянно затряс головой:
— Нет, я же видел, что в дороге старший брат бреется каждые несколько дней, так что, должно быть… должно быть, нет…
— Значит, хочешь спросить, как я практикую этот стиль, не лишаясь мужского достоинства?
— Прошу старшего брата просветить меня. Если это неудобно… тогда забудь.
— Ничего неудобного тут нет, — Ван Цзинъюань ответил легко и непринужденно. — Всё потому, что я гений. Вот и всё.
Никакого другого объяснения он придумать не мог. Не говорить же Линь Пинчжи, что у него просто включены читы, которые к тому же невозможно вырубить?
Линь Пинчжи задумался. — Я верю, что если приложу достаточно усилий самостоятельно…
Ван Цзинъюань тут же его пресек:
— Послушай, если ты начнешь это практиковать без оскопления, то чем больше будешь стараться, тем быстрее копыта отбросишь. Скажу честно: только благодаря своей исключительной гениальности я успеваю ухватить крохи знаний прежде, чем внутренняя энергия поймет, что происходит, и доведет меня до искажения ци. Только этими крупицами я и продвигаю свои навыки. А теперь представь: если взять «Технику меча Хуашань» и разрешить тебе тренироваться всего по одному мгновению в день – сможешь ты гарантировать, что мастерство будет расти, а не катиться назад?
Линь Пинчжи и не предполагал, что причина, по которой Ван Цзинъюань может практиковать этот стиль напрямую, кроется в подобном. Он понимал, что сам на такое не способен, и совсем пал духом.
Ван Цзинъюань похлопал его по плечу. — Не расстраивайся ты так, у тебя всегда остается вариант с оскоплением. Не бойся, я не стану дискриминировать инвалидов.
Линь Пинчжи затряс головой еще сильнее:
— Пожалуй, не надо. Я еще род не продолжил.
— Ну, можно и после того, как продолжишь, — рассудил Ван Цзинъюань. — Эта штука дает быстрый результат, так что хорошая еда не боится опоздать к столу.
Линь Пинчжи аж передернуло – такой «еды» ему даром не надо. Затем он вспомнил вопрос, который давно его мучил:
— Старший брат, раз уж ты можешь практиковать «Меч Изгнания Зла» просто так, зачем ты так часто бреешься? Не боишься, что соученики из секты Хуашань что-то не то заподозрят?
Ван Цзинъюань покосился на него. — Это привычка, от нее уже не избавиться. Там, где я жил раньше, бритье было крайне важным делом. В других местах если ты не бреешься, люди просто решат, что ты неряха. Но у нас… если ты при этом крепкий мужик и к тому же любишь носить белые носки, то последствия небритости могут быть очень серьезными.
Линь Пинчжи кивнул, хотя понял мало, но видя, что Ван Цзинъюань напустил на себя таинственности и не желает продолжать, расспрашивать больше не стал.
Ночью путники остановились в гостинице. Город Хэнъян был уже совсем близко. Ван Цзинъюань начал приготовления: он уселся за стол и принялся стремительно строчить:
«У каждого свои несчастья и свое счастье, и кто может сказать, что твое несчастье не станет твоим счастьем…»
«Цзо Лэнчань, пятьдесят шесть лет, с детства обучался в секте Суншань, ныне является главой секты Суншань…»
Обновлено: 19.02.2026