Путешествия в древности всегда были полны опасностей. Линь Пинчжи, как наследник Бюро Фувэй, мог бы избежать многих проблем, просто назвав свое имя, но Ван Цзинъюань наложил на это строгий запрет.
— Когда еще представится такой случай потренироваться? — Говаривал он. — Эти бандиты – готовые манекены. Давай, младший брат, в бой! Только ранить, не убивать.
Раз старший приказал, Линь Пинчжи, скрепя сердце, вступал в схватки. Одно его смущало: почему Ван Цзинъюань запрещал добивать врагов? Сперва он решил, что тот преисполнен милосердия, но стоило Линь Пинчжи одолеть разбойников, как Ван Цзинъюань сам хладнокровно их приканчивал.
Сегодня очередной лесной грабитель пал от его меча. Ван Цзинъюань довольно улыбнулся, отчего у Юэ Линшань и Линь Пинчжи по спине пробежал холодок.
«Да, фарм мобов – самый быстрый путь к силе», – думал Ван Цзинъюань.
Линь Пинчжи не выдержал:
— Старший брат, почему ты велишь мне щадить их, а потом сам забираешь их жизни?
— Помнишь, скольких я убил за этот путь?
Линь Пинчжи задумался:
— Точно не скажу, но, пожалуй, уже больше пятидесяти.
— Эти люди – «мобы», они в любом случае должны умереть. Но если бы убивал ты, то груз этих смертей лег бы на твою душу. Ты бы смог спать спокойно после такого?
Линь Пинчжи хорошо себя знал. Он не боялся убить в бою, но методичное истребление стольких людей вряд ли прошло бы для него бесследно. Он покачал головой:
— Наверное, мне бы снились кошмары.
— Вот и ответ. Для такого юноши, как ты, это слишком тяжкое бремя. Эту сладостную… то есть, тяжелую ношу я возьму на себя.
— Старший брат… — Линь Пинчжи был до глубины души тронут. — Но ведь и тебе должно быть нелегко.
Ван Цзинъюань покачал головой:
— Нисколько.
— Ваша выдержка воистину достойна восхищения… — начал было Линь Пинчжи.
Ван Цзинъюань оскалился в улыбке:
— Да потому что мне это в радость!
Сердце Линь Пинчжи сжалось. Он невольно задался вопросом: «А точно ли секта Хуашань – праведная школа?» К тому же после каждого убийства его брат… нет, лучше об этом не думать.
Юэ Линшань молчала, лишь закатив глаза. За это время она окончательно смирилась с тем, что у ее названного брата не все дома.
— Молодые люди нынче больно кровожадны, — внезапно раздался старческий голос неподалеку. Юэ Линшань и Линь Пинчжи мгновенно насторожились, а Ван Цзинъюань продолжал сидеть на корточках, обыскивая труп.
Мастер может скрыть свое дыхание, но он не может скрыть табличку с именем и шкалу здоровья. Ван Цзинъюань давно видел, как полоски ХП Цюй Яна и Цюй Фэйянь маячили неподалеку от них.
Раз индикаторы были нейтрально-желтыми, он не обращал на них внимания. У них не было причин для вражды, а Цюй Ян не Ван Цзинъюань, чтобы из прихоти выпустить в кого-то порцию Божественных Игл Черной Крови. Но раз уж тот подал голос, игнорировать его было нельзя.
— Я всего лишь искореняю зло, — отозвался Ван Цзинъюань. — И уж точно не старейшине Культа Солнца и Луны читать мне нотации.
При этих словах Линь Пинчжи и Юэ Линшань застыли как вкопанные. Скрывавшийся в тени Цюй Ян тоже вздрогнул. Он был уверен, что никогда раньше не встречал этого юношу.
Как тот смог узнать его по одному лишь голосу?
Ван Цзинъюань достал бутыль вина:
— Хотел подарить первому старшему брату, чтобы поднять уровень симпатии, но раз уж встретились… Старейшина Цюй, не желаете приложиться?
Из кустов вышел худощавый, но крепкий старик с пронзительным взглядом. Пока он подходил, Ван Цзинъюань уже расстелил коврик прямо среди тел, выставив нехитрую снедь.
Ван Цзинъюань разлил вино по чаркам. Цюй Ян, не церемонясь и не глядя на готовую к бою молодежь, уселся на край коврика и осушил чашу.
Ван Цзинъюань махнул своим спутникам:
— Хватит позировать. Захоти он нас убить – мы втроем и пары ударов не продержимся.
Поняв справедливость этих слов, Юэ Линшань и Линь Пинчжи убрали мечи, но сели позади Ван Цзинъюаня, полные настороженности.
Ван Цзинъюань осушил свою чашу залпом. Цюй Ян последовал его примеру, закусывая сухарями.
— Такой тертый калач, как вы, даже не проверил вино на яд? — Усмехнулся Ван Цзинъюань. — А вдруг я его отравил?
Цюй Ян продолжал невозмутимо есть, а вот Линь Пинчжи, только поднесший чашу к губам, замер. Но, глядя на спокойно пьющих сотрапезников, устыдился своей робости. «Даже если там яд, погибнуть вместе со старейшиной Демонического культа – честь для праведника», – подумал он и выпил вино одним глотком.
— Тот, кто в открытую заявляет, что Хуашань завладела «Руководством по Мечу Изгоняющему Зло», не станет опускаться до яда, — ответил Цюй Ян.
Ван Цзинъюань покачал головой:
— Быстро же разносятся слухи. И что значит «завладела»? Глава Линь добровольно передал его нам. А вот в людях вы совсем не разбираетесь.
Цюй Ян нахмурился:
— Так ты все-таки отравил вино?
— Нет.
Старейшина выпил еще:
— Раз не отравил сейчас, значит, мой глаз меня не подвел. Будь ты заурядным глупцом – не узнал бы меня и не пригласил бы за стол. Будь ты подлецом – твои товарищи не сидели бы сейчас за твоей спиной, готовые разделить с тобой участь.
Ван Цзинъюань кивнул на Линь Пинчжи:
— Он просто честный малый, его легко обмануть. — Затем перевел взгляд на Цюй Яна: — А вы, пожалуй, человек достойный, по крайней мере, ваши моральные принципы выше среднего по Цзянху. Раз уж мы столкнулись, угостить вас вином – дело обычное.
— Редко встретишь юношу, столь свободного от предрассудков о вражде сект, — заметил Цюй Ян с блеском в глазах.
— Кто сказал, что я от них свободен? — Возразил Ван Цзинъюань. — Еще как не свободен! Просто здесь нас никто не видит…
Юэ Линшань и Линь Пинчжи лишились дара речи.
— Когда вокруг никого, я могу пить с вами и болтать. Но встреть я вас на людях – объявлю непримиримую войну этой «ереси и демонам», еще и обругаю последними словами. — Ван Цзинъюань улыбнулся. — Надеюсь, вы не обидитесь. Разные лагеря, понимаете ли, каждый крутится как может.
Цюй Ян внезапно расхохотался:
— Ха-ха-ха! А ты и впрямь забавный малый!
— Сами-то едите-пьете, а внучку в кустах томите, — заметил Ван Цзинъюань. — Нехорошо.
Цюй Ян вскинул брови:
— Фэй-фэй, раз нас раскрыли, выходи перекусить.
Послышался шорох, и к костру выскочила маленькая, живая девочка в зеленом платье. Ее глаза лучились лисьей хитростью, а на лице еще играло детское озорство.
— Большой брат, как ты нас заметил? — Спросила она, разглядывая Ван Цзинъюаня.
— Объясню – не поймешь.
— У-у, жадина! — Фэй-фэй уселась рядом с дедом и принялась за еду.
Цюй Ян посерьезнел:
— Я хоть и старейшина Культа, но о делах Пяти Мечей осведомлен. Остальные секты еще ладно, но ваша Хуашань немногочисленна. Я знаю всех учеников в лицо, а ты появился словно из ниоткуда. Видимо, недавно принят в школу?
— И вот этот новый ученик сопровождает дочь главы школы в далекий Фучжоу, чтобы принять ученика от имени Мастера. Кто же ты на самом деле, юноша?
Ван Цзинъюань покачал головой:
— Все слишком сложно. Если начну объяснять так, чтобы вы поняли, уйдет вечность. Давайте лучше о деле.
Обновлено: 19.02.2026