Глава 28 — Глава 28

Увидев, что все собрались, Цзю Вань спросила: — Сегодня всё в порядке? Несколько человек дружно замотали головами: — Нет-нет! Цзю Вань продолжила: — Если что-то случилось — не скрывайте, я помогу разобраться. Когда Ян Чжигуан и другие только пришли на стройку, подрядчик осмелился задерживать им зарплату. Тогда она на его глазах переломила стальную арматуру, и он тут же выплатил все долги, с тех пор больше не смел задерживать выплаты. У Юйфэнь горько улыбнулась: — Правда ничего. На улице их никто не обижал. Те, кто их угнетал и эксплуатировал, находились дома. Это была не дочь, а настоящий демон, проклятие их рода. Они хотели сбежать, но не могли — куда бы ни бежали, она находила их и возвращала в Юйчэн. После нескольких попыток они смирились. Цзю Вань равнодушно произнесла: — Ну и хорошо. Помните: всё, что у вас есть сегодня — жизнь в городе, хорошие условия, городские квартиры — всё это благодаря моим решениям и руководству. Если бы не я, вы бы до сих пор копались в земле у себя в деревне. Улыбка У Юйфэнь стала ещё горше: — Да-да! Разве это можно назвать хорошей жизнью? Здесь они уставали куда больше, чем в деревне! Конечно, деньги зарабатывались, но не для них. Вся семья превратилась в батраков и рабов этой проклятой девчонки! Если бы она знала, чем всё обернётся, утопила бы её при рождении. Нет, лучше бы вовсе не дала ей родиться. Ян Гуйлун подобострастно добавил: — Вторая сестра самая лучшая! Цзю Вань холодно взглянула на него: — Ты уже взрослый парень, а силы у тебя меньше, чем у матери. В этом месяце ты должен заработать как минимум пять тысяч, иначе... Ян Гуйлуна пробрало холодом, и он поспешно ответил: — Вторая сестра, я постараюсь! Ему не нужно было дослушивать, что последует за этим «иначе». Он и так знал, что ничего хорошего его не ждёт, и не собирался проверять. Только после этого Цзю Вань поднялась и ушла в свою комнату, оставив гостиную членам семьи Ян. Как только она скрылась из виду, все сразу расслабились. Ян Гуйлун плюхнулся на диван, тихо простонав: — Чёрт, как же я устал! Ян Паньди тут же подбежала и начала массировать ему ноги, с жалостью спросив: — А ты не мог хоть немного схитрить? Ян Гуйлун раздражённо фыркнул: — Схитрить? Легко говорить, когда тебе не угрожает расправа! Разве ты не слышала? В этом месяце я должен заработать пять тысяч. Недостающие деньги ты мне дашь? Ян Паньди стиснула зубы: — Хорошо, я тебе дам! В худшем случае она просто будет чаще прятать QR-код, когда продаёт соки, чтобы клиенты платили наличными, а часть денег оставлять себе, не отдавая всё. Сунь Сянмэй, глядя на внука, измученного до предела, почувствовала, как на глаза навернулись слёзы. Она всхлипнула, вытирая лицо: — Когда же закончится эта чёртова жизнь? Она молилась всем богам, чтобы у неё родился внук, мечтала лелеять его и баловать. Но вместо этого теперь он страдал. Всё из-за этой проклятой девчонки! Её голос прозвучал чуть громче, чем следовало, и Ян Чжигуан тут же резко одёрнул её: — Мама, тише! Если эта проклятушка услышит, неизвестно, что их ещё ждёт. Воцарилось молчание. Молчание — либо предвестник взрыва, либо знак полного подчинения. Они подчинялись уже много лет и продолжали бы подчиняться дальше. Сопротивляться было бесполезно. Всё началось, когда двухлетняя Ян Чжаоди захотела яичного суфле и попросила Сунь Сянмэй приготовить его. В ответ та ударила её, приговаривая: — Недостойной дармоедке яичное суфле? Да я тебя прибью! Но произошло нечто странное: удар пришёлся не по Ян Чжаоди, а по самой Сунь Сянмэй. Она застыла на мгновение, затем снова замахнулась, но вдруг потеряла равновесие и упала вперёд, ударившись лбом о разделочную доску. Даже тогда она не связала это с Ян Чжаоди и, разъярённая, снова попыталась ударить её. В этот момент с потолка упала балка, угодив ей прямо в ногу, отчего она завопила от боли. Ян Чжаоди спокойно спросила: — Хватит? Теперь приготовишь мне суфле? Только тогда Сунь Сянмэй поняла, что это проделки ребёнка, и поспешила выполнить её просьбу. Вечером она рассказала обо всём семье. Но муж Ян Эрфу, сын Ян Чжигуан и невестка У Юйфэнь не поверили, сочтя это невозможным. Пока с ними не начали происходить похожие вещи. Тогда они решили, что Ян Чжаоди одержима злым духом, зарезали курицу и пригласили самого известного в округе шамана. Но это не помогло — странные события продолжались. Ян Чжаоди захотела новую одежду, У Юйфэнь отказалась покупать, и её тут же укусила бешеная собака на деревенском рынке. Поскольку собака была без хозяина, компенсации они не получили. После рождения Ян Гуйлуна Ян Чжигуан велел Ян Чжаоди стирать пелёнки, но не успел он договорить, как откуда-то прилетела пчела и ужалила его в шею, и он чуть не задохнулся. (имеется в виду - от отёка Квинке, анафилактический шок) Поняв, что так продолжаться не может, они решились на крайние меры: Ян Эрфу отнёс её к пруду у подножия горы, чтобы утопить, сделав вид, что это несчастный случай. Но девочка не тонула, а просто лежала на воде, уставившись на него тёмными глазами. Ян Эрфу в ужасе закричал и бросился домой. Вскоре после этого сосед привёл Ян Чжаоди обратно, ругая их за невнимательность: если бы он случайно не прошёл мимо, ребёнка бы не спасли. Семья Ян не могла сказать ни слова в своё оправдание, но больше всего они боялись, что девочка расскажет правду. Даже будучи невеждами в законах, они понимали, что убийство — преступление, даже если жертва — собственная внучка. Если бы она рассказала, Ян Эрфу точно арестовали бы. К счастью, Ян Чжаоди промолчала.