— О-о-у-у!! О-о-у-у!!! — Все смотрели, как господин У, зажав промежность руками, скачет на месте и вопит.
Все присутствующие почувствовали, как у них самих всё сжалось в паху.
Вышибалы игорного дома глядели на прыгающего и визжащего старшего господина У со смесью страха и ярости. Позже их непременно ждёт наказание от господина У, и всё из-за этих двоих, которым закон не писан. Они посмели явиться сюда и устроить погром! Побить их!
Вся толпа снова бросилась на Чэн Хуайляна и Ли Хуайжэня.
Двое ближайших к Чэн Хуайляну вышибал первыми кинулись в атаку. Они поклялись хорошенько проучить этого пацана, дать ему понять, как высоко небо и как глубока земля. Это вам не то место, где можно безнаказанно буянить.
Чэн Хуайлян обнаружил, что вокруг игорного стола сплошь вышибалы, и прятаться, похоже, негде. «Эх, видно, трепки сегодня не избежать», — подумал он.
Чэн Хуайляну оставалось лишь набраться храбрости и броситься на одного из вышибал. Ему удалось пригнуться, уклоняясь от хватающих рук, и воспользовавшись моментом, он ударил противника кулаком в живот. Но ощущение было таким, словно он ударил по каменной глыбе — твёрдо и больно.
Сказался недостаток опыта: увернувшись от одного, он пропустил удар от другого. Стоявший рядом вышибала пнул его ногой, да так, что Чэн Хуайлян отлетел в сторону. Он почувствовал себя так, словно его огрели кувалдой. «Больно-то как, твою мать», — молча подумал Чэн Хуайлян.
К счастью, его врождённое здоровье было отменным, и он смог подняться. Так как его отшвырнуло прямо к столу, он воспользовался случаем и юркнул под него. На радость азартным игрокам столы в игорном доме делали массивными, так что одному или двум людям перевернуть такую махину было непросто.
Окружившие Чэн Хуайляна вышибалы на мгновение потеряли цель из виду и были вынуждены присесть на корточки вокруг игорного стола, высматривая беглеца.
Один нетерпеливый вышибала прямо на животе пополз к Чэн Хуайляну. Но под столом Чэн Хуайлян никого не боялся: будучи небольшого роста, он чувствовал себя там куда свободнее. Завидев ползущего врага, он тут же лягнул его ногой, не заботясь о том, куда пришёлся удар.
Залезшие было под стол вышибалы поспешно ретировались. Они пришли в замешательство, не зная, как достать Чэн Хуайляна.
— Вы что, свиньи?! Вас же так много! Переверните стол, схватите этого пацана! Я хочу, чтобы он пожалел, что на свет родился! — услышал Чэн Хуайлян из-под стола истеричный вопль господина У.
— Ах ты ж гад, только попадись мне! Попадешься — пришибу, сволочь! — в ярости огрызнулся Чэн Хуайлян.
Внезапно Чэн Хуайлян обнаружил, что стало слишком светло: стол над его головой всё-таки перевернули. Дело дрянь, что же теперь делать?
Чэн Хуайлян быстро огляделся и заметил, что дела у Ли Хуайжэня обстоят куда хуже: похоже, ему двинули в нос, кровь текла ручьём, а под глазом расплывался огромный синяк.
Вычислив, где находится господин У, Чэн Хуайлян, пока вышибалы ещё возились с перевёрнутым столом и не успели замкнуть кольцо, бросился в сторону от своего врага. Вышибалы, видя, что он пытается сбежать, кинулись наперерез, чтобы заблокировать его. Но Чэн Хуайлян, пробежав всего пару шагов, резко развернулся и рванул прямо на старшего господина У. «Ловкий отвлекающий манёвр!» — восхитились наблюдатели.
Поскольку господина У уже побили, все силы были брошены в погоню за Чэн Хуайляном и Ли Хуайжэнем, и никто не остался охранять нашего несчастного господина У. В итоге господин У увидел, как на него несётся Чэн Хуайлян, и хотел было уклониться от этой напасти, но стоило ему пошевелиться, как промежность пронзила острая боль. Бежать он был не в силах, поэтому ему оставалось лишь беспомощно смотреть, как приближается Чэн Хуайлян.
Времени было в обрез — вышибалы игорного дома уже висели на хвосте. Чэн Хуайлян, не имея времени на подготовку, в прыжке выбросил ногу вперёд, целясь в господина У. Тот, видя летящий удар и не в силах сдвинуться с места, просто подкосил ноги и рухнул на пол. Чэн Хуайлян с горечью осознал, что снова промахнулся. «Похоже, в будущем надо будет хорошенько потренироваться, чтобы на улице не обижали», — мелькнула мысль.
Обнаружив в полёте, что цель не поражена, Чэн Хуайлян уже не мог остановиться и лишь попытался сохранить равновесие при приземлении. А? Что это? Чэн Хуайлян озадачился. Ему показалось, что, приземлившись, он наступил на что-то мягкое, напоминающее куриное яйцо. Раздалось «хрясь» — Чэн Хуайлян даже почувствовал, как что-то лопнуло.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!! — раздался душераздирающий вопль старшего господина У, после чего он потерял сознание.
Зрители дружно прикрыли лица руками. Какое же фатальное невезение преследует господина У! Этот паренёк дважды пытался его пнуть, оба раза промахнулся, но в итоге всё равно угодил точно по шарам. Теперь там точно всё всмятку — многим показалось, что они отчётливо слышали хруст. Несчастный господин У.
Все застыли в оцепенении, глядя на то, как господин У, даже находясь в глубоком обмороке, продолжает дёргаться в конвульсиях.
Вышибалы прекратили драку. Ли Хуайжэнь воспользовался моментом и подошёл ближе, чтобы узнать, из-за чего всё затихло. Увидев дергающегося на полу старшего господина У, Ли Хуайжэнь тоже ощутил холодок в паху.
— Ну ты крут, рука у тебя тяжёлая! — с восхищением сказал он Чэн Хуайляну.
— Оцепить игорный дом! Никого не выпускать! Я сейчас же доложу господину! Кто попытается уйти — переломать ноги! — истошно завопил один из прихвостней. Выкрикивая приказы, он сам, спотыкаясь, помчался искать своего хозяина.
Игроки не смели шелохнуться, опасаясь вызвать гнев старшего господина из рода У — тогда проблем не оберёшься. В зале повисла тишина, все замерли в ожидании.
— А я крут, да? Столько народу меня метелило, а я так и не свалился! — с усмешкой сказал Ли Хуайжэнь Чэн Хуайляну.
— Пиздёж. Если бы я не обезвредил главаря, ты бы уже валялся. С тебя выпивка! — не согласился Чэн Хуайлян.
— Пиздёж, — не уступал Ли Хуайжэнь.
Окружающие ошарашенно смотрели на этих двоих парней, не ведающих, насколько высоко небо и тверда земля. Они тут языками чешут? Неужели они не понимают, что скоро на них обрушится испепеляющий гнев семьи У?
— Господин! Господин! Беда! Молодого господина избили! Кажется, повредили «корень жизни»! — прихвостень-вестник ворвался в резиденцию уездного главы Чанъани.
У уездного главы Чанъани У Чэнгуна не было сыновей, только две дочери, поэтому в своём родном племяннике У Минляне он души не чаял и относился к нему как к родному сыну.
— Что?! Какой ублюдок посмел тронуть моего мальчика? — в ярости взревел уездный глава.
— Родителям Ляна сообщили? Брату моему доложили? — спросил чиновник.
— Слуга уже сообщил, они уже выехали на место! — ответил гонец.
— Хорошо. Эй, люди! За мной! Я выезжаю на дело, будем брать преступников, — крикнул уездный глава в сторону двери.
— Слушаемся! — отозвались снаружи.
Уездный глава во главе отряда стражников и приставов устремился к игорному дому.
Обновлено: 22.01.2026