Глава 15 — Глава 15. Наказание

Глава 15. Приговор и оправдание Утро в доме Чэнь Яна было ледяным. Отец зашёл в его комнату, лицо было высечено из гранита. — Ты сильно меня разочаровал. И будешь нести ответственность сам. Мы с матерью никуда не пойдём. Ты сам сегодня пойдёшь в школу и заберёшь документы. Это уже не детские шалости — за серьёзные проступки надо отвечать. Чэнь Ян молча кивнул. Он не стал оправдываться. Взяв свою сумку, он вышел из дома, чувствуя тяжесть на плечах, но и странное спокойствие. Он сделал то, что считал нужным. В прихожей остался его младший брат, Лэй, семиклассник. Мальчик не выдержал и, видя, как отец собирается на работу, дерзко встал перед ним. — Папа! Мой старший брат не виноват! — Что ты можешь знать об этой истории? — отрезал отец, но в его голосе уже прозвучало сомнение. — Это Су Мэй — плохая! — выпалил Лэй. — Она и другие девчонки заперли их одноклассницу на крыше на всю ночь и выбросили её вещи! А брат её спас, и даже телефон её починил! Отец замер, поражённый. — Почему... почему он не рассказал тогда? Зачем молчал? — Не знаю, — честно ответил Лэй. — Но он и мне запретил рассказывать. Молчание повисло в воздухе. Затем отец резко развернулся и крикнул жене: — Жена, собирайся! Мы едем в школу! --- В школе Чэнь Ян шёл по пустынному коридору, готовый к развязке. И вдруг он увидел её. Линь Юй стояла у двери учительской, бледная как полотно, сжав руки в кулаки. Она выглядела так, будто собиралась шагнуть с обрыва. Когда её рука дрогнула и потянулась, чтобы постучать, он стремительно оказался рядом и схватил её за запястье. — Что ты собираешься делать? — прошептал он, наклоняясь. — Рассказать правду, — её голос был едва слышен, но в нём звучала сталь. — Не надо. — Я... — В класс. Иди в класс. Быстро, я сказал! — его тон не допускал возражений, это был приказ , а не просьба. Она посмотрела на него — в её глазах бушевала буря страха, долга и чего-то ещё. Но она послушалась. Нехотя, как сомнамбула, она двинулась в сторону класса. Чэнь Ян глубоко вздохнул. Ну что ж, чему быть — того не миновать. Он уже всё для себя решил. Больнее всего было думать о баскетболе. Накануне вечером он бережно убрал свою спортивную форму, долго смотрел на номер на майке. «Становлюсь сентиментальным», — с горькой усмешкой подумал он и резко зашвырнул её под кровать. В учительской его уже ждали. Мама Су Мэй и родители других девочек, которых он видел впервые, смотрели на него с торжествующим осуждением. — Явился! Бессовестный! И ещё без стыда смеет смотреть нам в глаза! — фыркнула госпожа Сюй. В кабинете были директор, завуч и Ван Шицзин. Классная руководительница пыталась что-то сказать в его защиту: — Я знаю Чэнь Яна много лет. Он лидер, да, но никогда не был жестоким. Здесь что-то недоговаривают... В этот момент дверь открылась, и вошли его родители. Чэнь Ян не ожидал их увидеть. Отец подошёл к директору. — Вы правы, господин директор. Наш сын, конечно, виноват в превышении своих полномочий как староста. Но... — он повернулся к госпоже Сюй, и его голос зазвучал твёрдо, — вина вашей дочери, госпожа Сюй, в настоящем, жестоком поведении куда серьёзнее. Она вместе с сообщницами заперла одноклассницу на крыше школы, отобрав телефон и выбросив её личные вещи. Это не детская шалость. Это покушение на безопасность и психическое здоровье другого человека. В кабинете повисла ошеломлённая тишина. Госпожа Сюй побледнела. — Это... это ложь! Клевета! У вас есть доказательства? — Показания пострадавшей будет достаточно? — раздался тихий голос из двери. Все обернулись. В дверях стояла Линь Юй. Она вошла, не поднимая глаз, но её спина была прямой. Чэнь Ян хотел её остановить взглядом, но было поздно. — Это правда, — тихо, но чётко сказала она. — Су Мэй, Ли Цзин и ещё три человека заманили меня на крышу под предлогом вызова от учительницы, заперли, отобрали телефон и выбросили мою сумку. Они оставили меня там одну на несколько часов. Чэнь Ян, Сяо Вэй, Ли Хао и Ань Ли нашли меня. Чэнь Ян... просто защищал меня. Его «наказание» было попыткой предотвратить повторение такого. Слова Линь Юй, произнесённые с ледяной, неоспоримой ясностью, повисли в воздухе. Даже госпожа Сюй не нашлась, что ответить. Директор был потрясён. Вызвали всех девочек по очереди. Под давлением и вразнобой, они сознались. Картина была ужасной. Справедливость, хоть и запоздалая, восторжествовала. Чэнь Яна не исключили. Ему вынесли строгий выговор за самоуправство, но при этом публично поблагодарили за помощь однокласснице. Решение об «игноре» девочек было признано чрезмерным, но их действия были осуждены как недопустимые. Волна возмущения прокатилась по школе. Узнав правду о поступке Су Мэй, одноклассники, особенно парни из баскетбольной команды и просто те, кто уважал Чэнь Яна, теперь уже по собственной воле стали игнорировать её и её подруг. Давление стало невыносимым. Через неделю Су Мэй перевели в другую школу. В последний день её видели с опухшими от слёз глазами, она быстро и одиноко выгребала вещи из своего школьного шкафчика, не встречаясь ни с чьим взглядом. А в классе царила обратная атмосфера. Когда Чэнь Ян после всего вернулся на своё место, его встретили радостными криками. — Чэнь Я-ян! — выкрикнул кто-то. — Да здравствует наш капитан! — подхватили другие. Особенно яростно, с гиканьем и шлепками по плечу, его отмечала баскетбольная команда. Он улыбался, отшучивался, но его взгляд искал в классе одну пару глаз. Линь Юй сидела на своём месте, уткнувшись в книгу. Но в тот миг, когда он поймал её взгляд, она не отвела его сразу.