Глава 33 — Глава 33. Кость.

**Глава 33. Кость.** «У вас тут что, свидание? Так давайте все вместе поедим!» — Ту Ли сама отодвинула стул и села, не дожидаясь приглашения. — «Нам троим действительно пора посидеть за одним столом, поговорить!» Мяо Цзинь молча положила палочки. Сцена получилась странная, почти драматичная. Резкий голос Ту Ли заставил людей за соседними столиками оборачиваться: две красивые девушки и один такой же красивый парень — слишком броская компания. С любой точки зрения это походило на сцену ревности. Мяо Цзинь опустила глаза, приложила салфетку к уголку губ и первой нарушила молчание. Она протянула Чэнь И его одежду: «Вы тут спокойно пообщайтесь. А я пойду. Считай, что моё платье ты мне возместил — теперь мы квиты. Счёт за обед оплати сам, пожалуйста». Она подхватила пакет с покупками, спокойно и без тени волнения взглянула на Ту Ли и, плавно покачивая бёдрами, ушла прочь. Проводив её взглядом, Чэнь И повернулся обратно. Его лицо, обычно ленивое и дерзкое, преобразилось — чёткие черты заострились, будто лезвие, а в глазах, впервые за всё время знакомства, Ту Ли увидела леденящую мрачность и глубину, от которой повеяло холодной угрозой: «Ту Ли, ты и вправду думаешь, что у меня характер сахарный? Что я на травке вырос, как телёнок?» Раньше он лишь казался грубоватым, с налётом высокомерия, но в целом, если знать подход, с ним всегда можно было договориться. Увидев же теперь это пугающее выражение лица, направленное на неё, Ту Ли почувствовала и досаду, и едкую ревность. «Я ни в чем не виновата!» — голос у неё сорвался, глаза слегка покраснели. — «Я с вами так не подличала! А вот вы! Вы несколько месяцев меня обманывали, а я искренне считала Мяо Цзинь подругой, она ведь называла тебя братом, а меня — невесткой! Как вы могли так со мной поступить?!» «Прекрати лезть к ней. Если злишься — разбирайся со мной». Он нахмурился так, будто между бровями прорезалась глубокая трещина: «Бл.дь я думал, что уже всё чётко обозначил. Я был с тобой просто потому, что мне лень было искать кого-то ещё. Не покупал квартиру побольше, не переезжал — потому что вообще никогда не собирался жить с кем-то вдвоём. Каждый месяц я тратил на тебя столько, сколько стоили все твои уловки и старания. Когда ты ушла из бара и сказала, что больше не хочешь танцевать, я нашёл тебе спокойную, приличную работу. Не подличала, говоришь?.. У тебя есть сын, которого ты выдаёшь за своего младшего брата, но до сих пор боишься в этом признаться — потому что и сама прекрасно понимаешь: у нас никогда не было будущего. То что я бросил тебя… Разве это было так уж несправедливо?» Лицо Ту Ли мгновенно побледнело: «Ты… откуда ты узнал?..» «Ты всерьёз считаешь меня идиотом?» — холодно бросил он. — «Я всё прекрасно вижу и понимаю. Неужели до тебя не дошло, почему я никогда не тратился на твою семью и не собирался кормить чужого ребёнка? У твоих родных и так всего достаточно — нищеты нет, вы ни в чём не нуждаетесь. Разве того, что я сделал для тебя, недостаточно?» Он сделал паузу, и в его глазах сгустилась тень: «А что до Мяо Цзинь — мы знакомы уже больше десяти лет. Я с детства в неё влюблен, тайно обожал все эти годы. Она — талантливая, умная, образованная, и если я ей был неинтересен — ладно, я смирился с этим. Но сейчас, когда она вернулась, я даже не стал встречаться с ней у тебя за спиной — разве этого мало? Я с тобой расстался честно, ничего не задолжал. А ты всё время лезешь к Мяо Цзинь и Лу Чжэнсы, то с намёками, то в открытую тычешь, строишь интриги… Знай: если ещё раз что-то подобное сотворишь — пожалеешь, что вообще жива!» Ту Ли стиснула зубы и молчала. Внезапно он перевернул стакан с лимонадом — вода потекла по краю стола, капля за каплей. Она ещё не успела опомниться, как он двумя пальцами сжал бокал — и тот с треском рассыпался в его руке. Осколки брызнули ей на одежду, заставив Ту Ли визгнуть и в панике отшатнуться в сторону. Чэнь И оскалился в жестокой усмешке: «В следующий раз разобьётся уже не стакан». Он махнул рукой официанту, чтобы рассчитаться, и широкими шагами вышел из ресторана. По дороге сделал несколько звонков — предупредил Боцзы и остальных: Ту Ли больше не в их кругу. И заодно устроил так, чтобы её уволили с работы. ******* Мяо Цзинь вошла в офис в новом платье, купленном в торговом центре за семнадцать тысяч, — и практически все коллеги невольно бросили на неё взгляд, восхищённо отмечая, какое оно красивое. Она вежливо улыбнулась и поблагодарила, затем вернулась на своё рабочее место. На столе уже накопились документы за два дня. Она опустила голову и методично, одно за другим, завершила все дела. Когда наступило время уходить, офис уже опустел, и Лу Чжэнсы тоже не было видно. Но спустя несколько минут он всё же неуверенно вернулся и тихо положил на её стол ещё один файл. Он чувствовал неловкость и какую-то неясную тоску. Мяо Цзинь мельком взглянула на него и спокойно спросила: «Плохое настроение?» Лу Чжэнсы почесал затылок: «Да нет… не совсем…» «Я давно его люблю,» — тихо сказала Мяо Цзинь, не поднимая глаз от бумаг, — «а он меня — нет. Раньше, когда мы жили вместе, постоянно ссорились, ругались, грызлись как кошка с собакой, но тогда были только мы вдвоём. А сейчас, вернувшись в Тэнчэн, я узнала, что у него есть девушка. И решила — мне тоже нужно найти парня. Чтобы как-то.. уравновесить». Она на секунду замолчала, продолжая разбирать документы: «Всё не так сложно, как тебе может показаться. Просто я и правда повела себя стервозно… Извини, что доставила тебе неприятности». «Я по натуре довольно холодная, я легко могу плевать на общепризнанные моральные принципы, и в отношениях я склонна руководствоваться расчётом. В прошлых отношениях я всегда сама инициировала разрыв. Чжэнсы, если мы будем вместе, я обязательно сделаю тебе больно. Ты заслуживаешь по-настоящему нежную и милую девушку. Прости меня…» «Мяо Цзинь,» — вздохнул Лу Чжэнсы, — «я, пожалуй, так и не смог тебя понять..» Она тихо выдохнула: «Возможно, потому что я и вправду вызываю отторжение, я всегда стараюсь прятать свою настоящую сущность». Лу Чжэнсы сидел, опустив голову, немного растерянный. Мяо Цзинь всегда относилась к нему с заботой, в её словах и поведении не было ни малейшего повода для упрёков. Что до истории с Ту Ли и Чэнь И — тут он и вовсе не имел права судить или вмешиваться. А теперь, когда Мяо Цзинь прямо и честно всё озвучила, что ему оставалось сказать в ответ? «Я останусь твоей коллегой, с которой приятно пообедать, и товарищем, с которым не страшно остаться на переработку» — с лёгкой улыбкой Мяо Цзинь протянула ему документы в руки. — «Устроит?» «Конечно,» — пожал плечами Лу Чжэнсы и, стараясь выглядеть беззаботным, кивнул. ******* После всего этого скандала настроение у всех было паршивое, и каждому требовалось время, чтобы прийти в себя. Чэнь И целыми днями слонялся по бильярдной в подавленном состоянии, сидел, уставившись в одну точку и покуривая сигарету. Боцзы заметил, что тот в последнее время всё чаще остаётся вечерами, усердно тренируясь за столом, и невольно заинтересовался. «Эй, И-гэ, в последнее время ты будто позже домой стал возвращаться?» «Ага,» — буркнул тот. «И Мяо Цзинь я давно не видел. Разве ты не забираешь её с работы по вечерам?» «Она теперь живёт в общаге при офисе». Дома-то всё равно только он один — какая разница, когда возвращаться? Если Мяо Цзинь решила уйти — что с того? Она так и не позвонила первой, зато неожиданно раздался звонок от Чжоу Кананя: кто-то подал жалобу на Чэнь И за якобы организацию ставок на бильярде. Чэнь И лишь презрительно фыркнул и заявил, что пусть полиция хоть сейчас приходит и проверяет. Его бильярдная находится рядом со школой — он не может запретить школьникам тайком кидать по десять-двадцать юаней на партию, но на столах у него ни разу официально не организовывались ставки. Но Чжоу Канань вдруг сменил тему и заговорил о том, как Чэнь И играет в других клубах. Ставки на бильярде — явление давнее. Многие профессиональные игроки едва сводят концы с концами, работая в залах. С 90-х годов их в основном содержали большие боссы, делавшие ставки. Некоторые даже сознательно шли на такие «подвешенные» партии — чтобы тренировать нервы и выработать резкий, агрессивный стиль игры. Всё это давно стало своего рода традицией в бильярдных кругах, и Чжоу Канань это прекрасно знал. Он просто посоветовал Чэнь И немного поумерить пыл — мол, хватит уже, пора притормозить. Чэнь И нахмурился, но сказал, что понял. Полицейские из участка вскоре зашли в бильярдную, недолго осмотрелись вокруг и подтвердили: признаков нелегальных ставок не обнаружено. После этого Чжоу Канань закрыл дело. ******* Прошло всего пару дней — и наступили выходные. В бильярдной устроили турнир: с десяти утра до десяти вечера шли смена за сменой. Много народу записалось на игру, ещё больше собралось зрителей — кто-то пришёл за азартом, кто-то просто поглазеть. Даже Вэйвэй с подругами явились. Чэнь И с раннего утра до поздней ночи крутился как белка в колесе — ни минуты передышки. Примерно в три-четыре часа дня бильярдная была уже переполнена — люди то и дело входили и выходили. Боцзы с ребятами метались между стойками: открывали новые столы, расставляли шары, резали фрукты. За залом, рядом с пожарным выходом, располагалась кладовка. В углу стояли два больших мусорных бака, доверху набитые пустыми стаканчиками и пластиковыми бутылками, — всё это ждало уборщицу, которая должна была вынести мусор. Кто-то ненадолго задержался в этом углу и, уходя, бросил на пол ещё тлеющий окурок.. Именно в этот момент Мяо Цзинь наконец получила звонок от Цэнь Е. Тот на другом конце провода явно колебался, не зная, как начать. По интонации Мяо Цзинь сразу уловила его замешательство и нечто странное, тревожное.. Она уже готова была услышать самое худшее: за те годы Чэнь И, возможно, совершил нечто, что выходит за рамки закона, — и потому скрывался, бежал за границу или жил в тени, не попадая в поле зрения правоохранителей. Раньше он кричал ей, чтобы она не лезла не в своё дело; теперь же избегал любых разговоров на эту тему — даже Боцзы ничего не знал о тех двух выпавших годах. А когда всё улеглось, он, видимо, тихо вернулся в Тэнчэн и принялся жить как обычный человек. Но то, что хотел сказать Цэнь Е, было куда серьёзнее. Его связи не позволяли выяснить полную правду о Чжае Фэньмао — информация уходила слишком глубоко. Начав с приговора суда, Цэнь Е пытался выявить связи между всеми осуждёнными. Большая часть их деяний просматривалась лишь сквозь призму коммерческой деятельности. Только заглянув в гонконгские источники, он наткнулся на тревожный факт: у Чжай Фэньмао оказалось более десятка поддельных паспортов и фальшивых имён. Это уже выходило далеко за пределы этого дела и личной тайны Чэнь И — речь шла о чём-то действительно крупном. Вернувшись к теме Чэнь И, Цэнь Е назвал Мяо Цзинь одно имя и посоветовал: либо прямо спросить об этом Чэнь И, либо самой попытаться найти этого человека. «Я отправлю тебе информацию на телефон, посмотри». «Спасибо». На экран её телефона одно за другим хлынули сообщения. В это же время коллеги рядом оживлённо обсуждали: «Вы видели?! Где-то в городе пожар, дым столбом — ужас просто!» «Где именно?» «Кажется, где-то рядом с профессиональным училищем в восточном районе. Там уже полно машин скорой помощи, так много людей пострадало». Мяо Цзинь бегло взглянула на экран, сразу же раскрыв сообщения от Цэнь Е. Среди всей информации выделялось имя — возможно, покровителя Чэнь И: Чжоу Канань. Чжоу Канань?.. Мяо Цзинь нахмурилась. Офицер Чжоу… она прекрасно знала этого полицейского. Она вернулась к видео и фотографиям, которые разослали в рабочем чате. И как только открыла изображение, лицо её мгновенно стало мертвенно-бледным, глаза распахнулись от ужаса. Дрожащими пальцами она увеличила снимок — сквозь густые клубы дыма едва угадывались знакомые иероглифы: «Бильярдная». Она резко вскочила и побежала к выходу, лихорадочно набирая номер Чэнь И. Но телефон молчал..