Глава 58 — Глава 58

◎ Признаю, это правда ◎ Когда Ли Хэтин вывел Се Цзиня наружу, тот всё ещё пребывал в лёгком шоке. Что сейчас происходит? Неужели его так просто отпускают? Ли Хэтин, шагавший впереди, всё время улыбался, и Се Цзинь не мог понять его настроения — злится он или радуется, ведь его улыбка почти не менялась. — Братан, и ты меня просто так отпускаешь? — спросил Се Цзинь. Ли Хэтин не ответил. Он просто не мог заставить себя сказать Се Цзиню жестокую правду. Изначально они и не рассчитывали, что смогут использовать Се Цзиня для давления на Цинь Чжао. Для неё он был всего лишь клиентом, с которым она провела несколько дней. Разве она действительно придавала ему значение? Это оставалось под вопросом. Их глава семьи не стал бы действовать наобум, не имея уверенности. Таков был его стиль руководства, поэтому с самого начала Се Цзинь был лишь приманкой, расходным материалом, который должен был помочь установить связь с Цинь Чжао. К сожалению, его ценность оказалась невелика, и у них не было другого выбора — договориться с Цинь Чжао было крайне сложно. За все эти годы они встретили лишь одну такую несгибаемую, как она. К счастью, они нашли её слабое место — Се Цзиня. Но они не могли рисковать, не зная наверняка, станет ли Цинь Чжао за него сражаться. В противном случае они могли бы сделать куда больше. Хотя они хорошо знали Цинь Чжао, но всё же не решались действовать опрометчиво. Это было решение главы семьи, и никто не смел ослушаться. На этот раз Ли Хэтин сел за руль сам, не взяв с собой никого. В машине находились только он и Се Цзинь. К удивлению последнего, Ли Хэтин даже не завязал ему глаза. Се Цзинь недоумевал, пока они не остановились у старого, видавшего виды отеля. Он даже усомнился, не ошибся ли Ли Хэтин выбором: — Братан, мы точно сюда? — Цинь Чжао живёт в таком месте? — пробормотал он себе под нос, не ожидая ответа. Он помнил, что семья Се заплатила ей немало. Ли Хэтин промолчал, вышел из машины и открыл дверь: — Пошли. Скоро увидишь Цинь Чжао и спросишь её сам. Он пошёл вперёд, поднимаясь по лестнице. Сегодня на нём была чёрная куртка, а волосы коротко подстрижены. Се Цзиню не хотелось признавать, но Ли Хэтин и вправду был хорош собой — высокий, статный, выделяющийся в толпе. Прохожие то и дело бросали на него взгляды. Се Цзинь, идущий следом, пробормотал: — Показушник. Когда его держали в том исследовательском центре, внутри всё кипело от злости, но он не мог дать волю эмоциям. У него не было права. Он чувствовал себя рыбой на разделочной доске, беспомощной перед теми, кому чужды понятия денег и жизни. Сейчас же Ли Хэтин, казалось, вообще не задумывался о том, не попытается ли Се Цзинь сбежать. Он уверенно шёл вперёд, ни разу не оглянувшись. Се Цзинь немного отставал, едва поспевая за его широким шагом. Только в лифте он наконец перевёл дух, тяжело дыша. Ли Хэтин бросил на него взгляд — в его глазах читались презрение, недоверие и пренебрежение. Выйдя из лифта, Се Цзинь, зажав нос, последовал за Ли Хэтином. В воздухе отеля витал затхлый запах, который Се Цзинь не мог точно описать — что-то между сыростью после затяжных дождей и запахом старины. Этот запах буквально въедался в ноздри, и всё его внимание было приковано к нему. Тем временем Ли Хэтин вёл его по коридору к комнате в самом конце. Се Цзиню стало смешно. Раньше, когда он любил погулять, друзья рассказывали ему, что в отелях нельзя селиться в комнаты в конце коридора. На дальнейшие расспросы они загадочно замолкали, делая вид, что некоторые вещи нельзя объяснить словами, а можно лишь прочувствовать. Как только эта мысль промелькнула у него в голове, они уже стояли у двери. Ли Хэтин постучал и позвал: — Цинь Чжао? Из комнаты не последовало ответа, лишь лёгкий шорох. Ли Хэтин добавил: — Цинь Чжао? Я вернул тебе Се Цзиня. — С этими словами он подтолкнул Се Цзиня к глазку в двери. Дверь тут же открылась. На пороге стоял незнакомец, которого Се Цзинь раньше не видел. Тот посторонился, пропуская их внутрь. Цинь Чжао сидела неподалёку, поднося к губам чашку чая. Рядом с ней расположился мужчина с козлиной бородкой и в круглых очках, напоминающий классического бухгалтера из старых фильмов. Напротив них, на маленьком стуле, сидел Гуй Сань. Его лицо было мрачным, он опустил голову, погружённый в свои мысли, словно после важного обсуждения. Но как только за дверью послышались шаги, он откинулся на спинку стула и закрыл глаза, будто собираясь вздремнуть.