]
На обратном пути я получил два письма от своих противников.
Первое – от Антониса.
Он искренне поздравил меня с победой и с сожалением сообщил, что его ждет наказание от совета директоров корпорации. В лучшем случае – понизят и сошлют на какую-нибудь захолустную должность доживать свой век.
Хоть он и был морально готов, столкнувшись с реальностью, не мог скрыть своего уныния.
Возможно, мы больше никогда не встретимся, но если судьбе будет угодно свести нас вновь – и уже не по разные стороны баррикад, – он надеялся, что мы сможем как-нибудь вместе выпить и поговорить по душам.
Прочитав письмо, я и сам проникся сочувствием.
И тут же, недолго думая, занес его в черный список…
«Ты – преступник, а я – высокопоставленный федеральный чиновник. Лишь отсутствие веских улик спасло тебя от тюрьмы, а ты и впрямь решил со мной подружиться?»
«Мда уж, хорош».
Второе письмо было от Черного Костюма.
Он приглашал меня на встречу – там же, где и в прошлый раз. Писал, что есть неотложное дело.
Поразмыслив, я согласился.
В отличие от Антониса, с Черным Костюмом имело смысл поддерживать хотя бы видимость нормальных отношений.
И вот тем же вечером я отправился в путь. Все смертельно устали после тяжелого дня, особенно Хосино, которая провела в плену несколько суток. Поэтому праздничный ужин и разбор полетов отложили на завтра.
Я, конечно, тоже валился с ног, но хотел сперва разобраться с последним делом и поставить в этой истории точку, а уже потом отдыхать.
Стоило мне войти в кабинет, как Черный Костюм тут же восторженно подался мне навстречу:
— Сенсей! Ваш план… он был просто великолепен! Даже я невольно пришел в восторг!
— …О? И что же вы в нем разглядели?
Мы с Черным Костюмом снова сели друг напротив друга, разделенные столом. Он, казалось, приводил мысли в порядок, а затем неторопливо начал:
— Изначально я полагал, что вы не знали о том, что Бина скрывается в северной пустыне Абидоса.
«Бина? Та огромная змеюка? Ха-ха, а я и вправду не знал».
— Когда вы выманили ее, выставив себя приманкой, и заставили сражаться бок о бок с солдатами ЧВК Кайзер, я с разочарованием решил, что в вашем плане обнаружился изъян. Но я и представить не мог, что это тоже было его частью!
«И какой это у меня был план, чтобы я намеренно полез на рожон к такой твари…»
Черный Костюм усмехнулся. — Конечно, я не настолько глуп. Когда вы вступили в противостояние с директором ЧВК Кайзер, у меня уже зародились смутные догадки…
— Темный змей Апоп… Змеиный бог, символ Нижнего Египта. Возглавляемая им армия и ее номинальный предводитель временно могут считаться вассалами Нижнего Египта.
— В то же время при вас был личный пистолет Торигаи Хосино – вы несли ее скипетр власти.
— И когда я увидел, как вы под взором бога Гора воздели этот скипетр и нацелили его на директора ЧВК Кайзер, представителя Нижнего Египта, я наконец осознал весь ваш замысел…
— Вы ведь… воссоздавали сцену, изображенную на «Палетке Нармера»?
— Воссоздать легенду прошлого, позаимствовать статус ученицы и тем самым обрести собственное величие… Вот он, ваш грандиозный план!
«Вот он, мой грандиозный план?»
Я молча кивнул с многозначительным видом, хотя в голове у меня была полная каша.
— Однако у меня остался один небольшой вопрос.
Черный Костюм смиренно склонил голову:
— Последняя глава студсовета Абидоса… сущая как Гор… и разделяющая с вами скипетр, символ своей царской власти…
— Если бы вы приняли предложение о сотрудничестве от Корпорации Кайзер, то смогли бы с легкостью достичь схожего результата, не так ли?
— Не пришлось бы намеренно выманивать Бину. Достаточно было бы заключить сделку с Корпорацией Кайзер и дождаться, пока нимб Торигаи Хосино не будет уничтожен.
— И тогда вы смогли бы стать «Последним Фараоном – Клеопатрой VII».
— Или, даже если у вас были иные варианты – что меня бы не удивило, – но почему вы пошли именно этим путем…
На этом месте Черный Костюм смущенно умолк и уставился на меня.
Я словно чувствовал, как в белом свечении на месте его глаз полыхает жгучее любопытство.
Я глубоко вздохнул и со всей серьезностью ответил:
— Это… тоже часть плана.
— Но…
Черный Костюм, похоже, все еще сомневался, но сдержался. Помолчав, он лишь усмехнулся и покачал головой:
— Хе-хе-хе… Пожалуй, вы правы. Вы – устроитель ритуала, вам ли не знать. Прошу прощения за мою дерзость.
«Знал бы я что! И вовсе я не против твоей дерзости!»
Мне хотелось закричать ему это в лицо, но я лишь сохранял непроницаемое выражение, позволив уголкам губ слегка приподняться в многозначительной усмешке.
И тогда Черный Костюм тихо, с чувством произнес:
— Что ж, Сенсей, отныне я буду лишь сторонним наблюдателем, с нетерпением ожидающим…
Остальное он тактично оставил при себе.
«… с нетерпением ожидающим, как вы обратите вспять судьбу, предначертанную вам принятым именем…»
«… судьбу, что предрекает вам смерть от руки девушки, которую вы сегодня спасли…»
Из щели на месте рта Черного Костюма донесся довольный смешок.
Он смотрел на меня, не подозревающего ровным счетом ничего, и прятал последние слова глубоко в душе, предвкушая грядущее зрелище.
«… смерть от руки…»
«… Торигаи Хосино…»
«… такова ваша судьба».
**Послесловие к тому**
Почти сто пятьдесят тысяч иероглифов позади, и первая часть книги наконец-то завершена. Аплодисменты, аплодисменты.
Как я уже писал в комментариях, ключевая тема пролога и первой части – это «понимание».
Конфликт между Хосино, бесспорной главной героиней первой части, и Сенсеем был самым острым.
Вначале они оба замкнулись в себе и невзлюбили друг друга, но в конце концов смогли открыться. Путь от нежелания понимать до попытки понять того, кого до конца понять невозможно, – получился действительно долгим и извилистым.
В процессе этого понимания главный герой вырос и осознал, чего он на самом деле хочет, душевные раны Хосино немного затянулись, и в итоге все благополучно вернулись к мирной жизни. Мой любимый хэппи-энд.
Признаться, я думал, не сочтут ли читатели мою Хосино слишком уж… одержимой. Но, на мой взгляд, она и в игре персонаж довольно специфический:3.
Некогда капризная и вспыльчивая девчонка, скованная обещанием, в одиночестве и раскаянии надела маску. Она отказалась от себя прежней и превратилась в ленивую, вечно праздную, но в решающий момент – нежную, зрелую и надежную сэмпай…
Мне от всего сердца жаль такую Хосино.
Кстати, я видел, что у некоторых читателей возникли вопросы по поводу мифологических отсылок в финале, так что поясню:
Вкратце, Торигаи Хосино – это одновременно и Гор, и его брат-близнец Сет, некогда владыка ночи, которого обвинили в убийстве Осириса и заклеймили как злого бога.
Самое веское доказательство этому – то, что Хосино и Нономи (в роли Нефтиды) вместе даровали новую жизнь Широко (Анубису).
Ее характер в первый год обучения, любовь к морю и сцена, где она забирает тело Юмэ-сэмпай, – все это тоже подтверждает мою теорию.
Божественное имя, которое Сенсей получает в конце этого тома, соответствует Менесу – царю Верхнего Египта, еще не объединившему обе земли.
Он был древнейшим из царей, а причиной его смерти стал гиппопотам. Я связываю убийцу с Сетом, который мог принимать облик гиппопотама и обладал высоким статусом. А в моей интерпретации Сет – это и есть Хосино.
Что ж, остается только ждать, когда разработчики опровергнут мои догадки. Впрочем, они, кажется, говорили, что не будут раскрывать прототипы, так что мои теории всегда будут актуальны! Ха!
Так или иначе, прежде чем мы перейдем к сюжету второго тома, Сенсея ждет небольшой перерыв и мирные деньки в Кивотосе, где он познакомится с новыми девушками и заведет новые знакомства.
Читатели говорят, что мне хорошо удаются повседневные сцены. Сам я этого не замечаю, но если это правда, то вам понравится то, что будет дальше.
**Анонс следующего тома:**
Там, где кружится сакура, лисица не дремлет… нин-нин.
**Интерлюдия: Фестиваль сакуры – Лисья тень ниндзя**
Спасибо за вашу поддержку, и до новых встреч!
Сажусь писать прямо сейчас, выложу сегодня ночью! (То есть до шести утра).
**Глава 1: «День страданий Хосино»**
– Хосино, я считаю, нам стоит держать определенную дистанцию.
Я наконец произнес эти слова, глядя на нее в классной комнате.
Розововолосая девушка подняла голову. В уголках ее глаз блеснули слезы, и она посмотрела на меня взглядом раненого зверька:
— Сенсей, почему? Вы же вчера говорили мне совсем другое… Прошел всего день, и вы уже берете свои слова назад?
— Я не…
— Нет, берете.
Хосино закрыла свои прекрасные разноцветные глаза, прижала руки к сердцу и горестно проговорила, будто ее бросили:
— Я так и знала. С моим-то скверным характером и плоской грудью… по сравнению с другими вашими ученицами я совсем не милая. Даже если у вас и есть особые предпочтения, было лишь вопросом времени, когда я вам наскучу. Я к этому готовилась. Но не думала, что этот день наступит так скоро…
— …Хосино.
— Хнык-хнык… Дядьку так обижают… плак-плак…
Я с головной болью потер виски и взмолился:
— Может, ты сначала слезешь с меня? На нас все смотрят.
В комнате Оперативной группы по предотвращению закрытия школы Абидоса повисла тяжелая тишина. Младшие молча смотрели, как их старшая сэмпай, сидя на коленях у Сенсея, дурачится, словно ребенок.
— Не хочу, не хочу, не хочу! Это эксклюзивное место дядьки! Если прогоните, я вам тут настоящую истерику закачу, вот увидите!
Хосино начала капризничать, ее маленькое, мягкое тельце извивалось в моих объятиях, как у непоседливого розоволосого щенка.
… Почему мне на ум пришло такое сравнение?
Я машинально коснулся ее шелковистых волос и задумался.
— Хосино-сэмпай, если я не ошибаюсь, вашим прошлым «эксклюзивным местом» была подушка из моих колен? — С улыбкой спросила Нономи, склонив голову набок, но в ее голосе послышалась угроза.
Услышав это, Хосино замерла. Повисла неловкая пауза, после которой она смущенно пробормотала:
— Э-э, ну, нигде ж не сказано, что эксклюзивное место может быть только одно… Нономи, ты, Сенсей и все остальные из Абидоса – вы все крылья этого дядьки!
— …Хосино-сэмпай, вы помните, зачем мы сегодня здесь собрались? — Ледяным тоном напомнила Аянэ, поправляя очки, в которых зловеще блеснул свет.
Хосино стало еще более неловко. Она съежилась, бесцеремонно скинула туфли, подтянула ноги к груди и обхватила колени. Ее ступни в белых носочках уперлись в сиденье, а сама она еще плотнее прижалась ко мне.
Виновато мямля, она пробормотала:
— А? Э-это… конечно, помню! Э-это же… разбор полетов по поводу моего неуважения к старшим и самовольных действий, так?
— А еще издевательств над младшими и порчи клубного имущества.
— Э-э? И это тоже?! Я же просто хотела провести практическое занятие… Ай! Л-ладно, поняла! Хнык… В общем, да, разбор полетов по всем этим пунктам…
Под суровым взглядом Аянэ Хосино совсем сникла. Она и впрямь наломала дров, так что теперь у нее не хватало духу даже возразить.
Сама виновата. Нечего было так поступать.
Чем больше выпендриваешься, поучая младших, тем унизительнее, когда они поучают тебя. Поделом ей.
— Хосино-сэмпай, — холодно произнесла Серика, нахмурившись и сверкнув глазами. — Раз уж вы знаете тему нашего собрания, то что вы сейчас делаете?
Хосино непонимающе склонила голову набок. — А?
— Не прикидывайтесь дурочкой! Вы по-прежнему бесцеремонно сидите на коленях у Сенсея, причем делаете это намеренно! Хосино-сэмпай, вы ведь ни капли не раскаиваетесь!
— Эх, Серика-тян, ничего ты не понимаешь, — отмахнулась Хосино, хитро улыбаясь. — Я-то знаю, что Сенсею это на самом деле нравится. Он только для виду сопротивляется, а в душе небось ликует. Да, Сенсей?
С этими словами Хосино снова счастливо потерлась головой о мою грудь и озорно усмехнулась.
Обновлено: 23.01.2026