— Это уже с учетом скидки. Две запасные пары стоят 500 канов, но те очки, что вы надели, сами по себе стоят своих 1000 канов. Одна только оправа из серебряной духовной стали обходится в 700...
Владелец оптики заметил замешательство Макото и добавил:
— Может, подберем что-то более бюджетное? Я готов сделать дополнительную скидку.
— Не нужно.
Макото бросил взгляд на стоящую рядом Фон Шаолин и уверенно произнес:
— Мне нравятся эти очки. Беру их.
Он отсчитал 2000 канов, передал их владельцу и, забрав сверток с запасными парами, направился к выходу.
Почувствовав, как кошелек за пазухой в одночасье похудел почти на треть зарплаты, Макото мысленно проклял жадность аристократов Сейрейтея.
«Что в Сейрейтее заработал — в Сейрейтее и потратил. Ни гроша домой не унесешь».
К счастью, сейчас он жил в поместье капитана Уноханы на полном пансионе: еда, жилье, постель — всё бесплатно. Никаких лишних трат. Иначе всей его зарплаты хватило бы от силы на пару дней, после чего деньги благополучно вернулись бы в карманы знати.
Пока Макото в очередной раз осознавал, насколько важна для него капитан Унохана, рядом раздался смущенный голос Фон Шаолин:
— На самом деле... вам не обязательно было покупать именно эти очки. Я редко делаю покупки, так что у меня, наверное, плохой вкус.
Макото поправил непривычно сидящую на носу оправу и улыбнулся:
— Вовсе нет. У вас отличный вкус, госпожа Фон. Мне действительно нравятся эти очки. Спасибо вам.
По правде говоря, выбирая очки, Макото не особо ориентировался на мнение Фон Шаолин. Он просто сравнил варианты и выбрал те три пары, которые лучше всего отвечали его целям.
Но услышав его слова, Фон Шаолин слегка покраснела. Она ускорила шаг, вырвавшись вперед, чтобы скрыть охватившую её панику.
«Этот... этот негодяй! Н-не говори так, будто это мой подарок тебе!»
Макото, идя следом, невольно залюбовался её фигуркой.
Надо признать, сейчас Фон Шаолин выглядела совсем как подросток. Сам Макото, тоже находясь в фазе роста, уже вымахал под метр восемьдесят, а макушка Фон Шаолин едва доставала ему до груди.
Когда она шла впереди, внимание Макото невольно приковывала её талия — та самая, что полностью оправдывала её прозвище «Пчёлка».
Тонкая, изящная, гибкая... казалось, её можно обхватить одной рукой.
«Неужели с такой осиной талией можно выдавать смертоносные удары в рукопашном бою?»
Хоть Макото и знал о будущем величии этой девушки как капитана, сомнения всё же закрались в его душу.
— Пришли. Госпожа Йоруичи как-то приводила меня сюда. Здесь готовят отменное мясо на гриле. Зайдем?
Когда Фон Шаолин обернулась, она увидела всё тот же мягкий и спокойный взгляд Макото.
— Без проблем. Выбор за вами, госпожа Фон.
— Угу.
Фон Шаолин, в чьих манерах всё ещё сквозила детская непосредственность, попыталась вести себя по-взрослому, общаясь с персоналом, и выбрала столик у окна.
Глядя на «наивного» юношу, который с любопытством оглядывался по сторонам, она мысленно подбадривала себя:
«Отлично, всё идет по плану. Теперь можно приступать к настоящему сбору информации!»
«Алкоголь! Точно! Даже сама госпожа Йоруичи теряет бдительность, когда выпьет. Надо заставить доктора Сенджу выпить!»
«Я смогу! Я идеально выполню задание госпожи Йоруичи...»
Вскоре принесли жареное мясо и саке. Под неуклюжим руководством Фон Шаолин беседа завязалась. Макото играл роль простодушного новичка в Сейрейтее просто безупречно.
Особенно после того, как он, поддавшись на уговоры девушки, «позволил себе» пару чарок саке. Его сдержанность улетучилась, и он стал гораздо разговорчивее.
Атмосфера за столиком становилась всё более теплой и дружеской. Они делились забавными историями из прошлого.
— Г-госпожа Фон, знаете... Когда я жил в Руконгае и видел, как беспомощно умирают люди, я поклялся стать...
Не дав ему закончить, Фон Шаолин, которая сама прилежно прикладывалась к чарке, перебила его заплетающимся языком. Взгляд её затуманился.
— Доктор Сенджу... не надо так официально. Зовите меня просто Шаолин.
Макото запнулся. Его «пьяный» взгляд на мгновение стал острым и оценивающим.
«Она... что, правда напилась?»
Весь интерес к продолжению спектакля улетучился. Какой смысл вешать лапшу на уши пьяной в стельку девице? Сколько информации она запомнит в таком состоянии?
Это всё равно что метать бисер перед... слепым. Пустая трата времени. Лучше бы пошел тренироваться. Тренироваться, тренироваться и ещё раз тренироваться...
— Г-госпожа Фон... вы пьяны, — намекнул он, нарочито растягивая слова.
— Я... я не пьяна... Ик!..
Фон Шаолин причмокнула губами и посмотрела на него расфокусированным взглядом:
— Ты... кроме госпожи Йоруичи... никто не был со мной так добр... Доктор Сенджу... мне сегодня так весело... Ты... ты мой друг?
Друг?
Услышав это, Макото лишь с тоской подумал о своей зарплате.
«У осы жало в хвосте, а самое ядовитое — в сердце женщины».
«Ты набралась, а страдать должен мой кошелек?»
У Макото возникло стойкое ощущение, что его развели как лоха — пригласили «просто поужинать», а в итоге заставили платить по счету.
Но не мог же он прилюдно лезть к пьяной девушке за пазуху в поисках кошелька?
Вздохнув, Макото расплатился и, подхватив обмякшую Фон Шаолин под руку, повел её к выходу, намереваясь доставить в казармы Второго отряда.
Своего жилья у него не было, а тащить её в поместье капитана Уноханы было... крайне неразумно и неуместно!
Макото, конечно, джентльмен с чистой совестью, но он опасался, как бы эта ситуация не превратилась в кровавую бойню на почве ревности, где главной жертвой станет он сам.
Однако стоило ему, поддерживая Фон Шаолин, выйти из ресторана, как он застыл соляным столбом.
Прямо перед ним стояла целая процессия: Аоки Чиёко, Аоки Риса, весь Пятый спасательный отряд в полном составе... А во главе — с неизменной, ласковой, как весеннее солнышко, улыбкой — капитан Унохана Рецу.
??!!
Макото оцепенел.
Аоки Риса в шоке уставилась на Макото, потом перевела взгляд на Фон Шаолин, которая повисла на нем, прижимаясь всем телом, и спросила:
— М-Макото-кун... почему ты здесь? И... кто она такая?
Аоки Чиёко подняла глаза к небу, оценивая время, и с подозрением в голосе заметила:
— Макото-кун, кажется, смена только-только закончилась?
Что же касается Уноханы Рецу... Она продолжала улыбаться той самой доброй улыбкой, в которой не было ни капли удивления или гнева.
Но от этой улыбки у Макото душа ушла в пятки.
Жуткий Фармацевт
Американский Коп
Глобальный Лорд
Обновлено: 02.02.2026