Том 4 Глава 33 — Глава I: Возвращение ворона

Том IV. Глава I: Возвращение ворона Поместье Блэков окутывал утренний туман, и лишь тёмные крыши вырисовывались в белёсой дымке, словно вырезанные из угля. Кассий стоял на каменных ступенях, прислонившись к резной балюстраде. На ветвях старого дуба тихо шелестели вороны, как всегда настороженно, но по-своему приветливо следя за ним. Он провёл пальцем по чёрным перилам, словно прощаясь. Сегодня он возвращался в Хогвартс. Сегодня, как он уже понимал из разговоров за закрытыми дверями, начнётся нечто большее. — Ты всё-таки идёшь туда… — раздался голос Беллатрис за его спиной. Кассий не обернулся сразу — он уже знал, как она выглядит: чёрные локоны беспорядочно рассыпались по плечам, а глаза блестели чем-то тревожным. — Как будто у меня есть выбор, — ответил он наконец, и только теперь посмотрел на неё. Она стояла босиком на холодных плитах, закутавшись в лёгкий чёрный плащ. В её взгляде было всё — и гордость, и злость, и что-то похожее на печаль. — Ты готов? — спросила она. Кассий молчал. — Пока нет, — ответил он, — но об этом никто не должен узнать. Она улыбнулась и подошла ближе. — Мой Ворон, — прошептала она, нежно касаясь его щеки, — если он вернётся… если Лорд вернётся, ты станешь либо его правой рукой, либо тем, кто вырвет ему сердце. Но ты не имеешь права быть слабым. Кассий ничего не ответил. Он лишь коротко кивнул и стал спускаться по ступеням, стараясь запомнить каждый звук её голоса, каждый трепетный порыв ветра. **** Турнир по квиддичу был не просто спортивным событием — это было торжество силы, волшебства и показной роскоши. Кассий Блэк стоял на вершине холма, возвышаясь над полем, и наблюдал, как внизу разворачиваются разноцветные шатры, мерцают огни заклинаний и кричат торговцы, предлагая всё, от миниатюрных мётел до огненных драконов в клетках. Беллатриса шла чуть позади него, её мантия развевалась, а тёмные глаза холодно скользили по толпе. — Я думала, ты не приедешь, — наконец сказала она, когда они подошли к их шатру. — Я тоже так думал, — тихо ответил он. — Всё ещё хмурый, — она слегка усмехнулась. — Молодец. Он лишь кивнул и засунул руки в карманы. Шатёр Блэков был тёмно-зелёным, с чёрными лентами и серебряным гербом. Внутри мягко светили магические фонари, пахло смолой и специями. Дафна уже сидела на диване, скрестив ноги, и сердилась на него за то, что он появился без неё. — Ты всегда так любезен, — сказала она, едва заметив его. — И тебе добрый вечер, — сухо ответил он и прошёл к окну. На поле сошлись в битве ирландские и болгарские маги. Болельщики неистово кричали, воздух звенел от заклинаний и взрывов хлопушек. Беллатриса сидела рядом с Кассием, наклонившись вперёд и едва слышно что-то шептала. — Ты чувствуешь? — спросила она, не отрывая взгляда от неба. — Что именно? — Как воздух дрожит, — её голос был почти нежным. — Здесь есть те, кто сильнее, чем кажется. Будь внимателен. Он посмотрел. И действительно, кое-где на трибунах мелькали тени, слишком тёмные, чтобы быть случайными. Когда все уже возвращались в шатры, небо внезапно вспыхнуло зелёным. Появилась тёмная метка. Беллатриса лишь усмехнулась. — Вот и началось. — Ты довольна? — спросил он холодно. — Нет, — ответила она тихо. — Но это всё равно должно было произойти. Снаружи раздавались крики, мелькали огни, в воздухе пахло гарью и страхом. Кассий вышел из шатра, проскользнул между бегущими людьми и заметил нескольких тёмных магов, сеющих хаос. Он достал палочку. — Expulso. — Incarcerous. — Silencio. Его движения были стремительными и точными, словно танец. Даже Беллатриса на мгновение замерла, наблюдая за ним из тени. Когда он вернулся, она уже стояла у входа в шатёр. — С каждым разом ты становишься всё лучше, — сказала она. — Да, — ответил он, не глядя на неё. — Однажды ты победишь их всех, Кассий, — тихо добавила она. — И я дождусь этого. Он сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, и прошептал: — Я уничтожу его. Всех вас. *** Хогвартс всегда встречал учеников ароматом дождя. Несмотря на то, что ещё стояли летние дни, трава на полях была зелёной, а лес гудел от тёплого ветра, в воздухе уже ощущалась осень — холодная, колючая, с запахом прелых листьев. Кассий Блэк стоял в тени старого дуба на краю перрона, наблюдая, как дым паровоза рассеивается между маггловскими фонарями. Ветер трепал полы его чёрной мантии и перебирал чёрные пряди, но он не двигался. Он стоял неподвижно, словно статуя, держа у ноги небольшой сундук и клетку с вороном — тем самым, который за лето стал почти его тенью. — Если будешь так стоять, поезд уедет без тебя, — лениво бросила Дафна, проходя мимо. На её губах играла насмешка, а в глазах читалось лёгкое презрение, но он уловил: она всё-таки ждала его. — Не дождётся, — коротко ответил он и поднял клетку. Поезд был полон шёпотов и запаха тыквенного пирога. В коридоре кто-то случайно толкнул его плечом, но Кассий даже не обернулся. В купе он сел у окна и молча наблюдал за мелькающими за окном холмами и полями. Дафна, скрестив руки на груди, устроилась напротив, выставив ноги так, чтобы случайно задеть его ботинок. — Ты собираешься что-нибудь сказать? — наконец, спросила она. Кассий слегка приподнял бровь. — Например? — Например, как ты провёл лето. С Беллатрис. Что она тебе там шептала на ухо? — Ты бы всё равно не поняла. Дафна усмехнулась, но в её глазах промелькнула ревность. — Ну, конечно. Кто ж меня допустит к великим тайнам рода Блэк? — Ну? — спросила она спустя минут десять. Он посмотрел на неё — медленно, без улыбки. — Что? — Чем ты занимался всё лето? — её голос звучал как укор. — И почему на письма почти не отвечал? Кассий отвёл взгляд в окно. — Учился, — наконец сказал он. — Чему? — уточнила она. — Всему. Дафна фыркнула. — Ты неисправим. — Да. — Он всё ещё смотрел на своё отражение в стекле, но видел там только тёмное пятно. Чуть позже в их купе заглянули Гарри, Рон и Гермиона. — Ой, простите, мы думали, что здесь свободно, — пробормотала Гермиона, встретив холодный взгляд Кассия. — Свободно, — отозвался он сухо. Дафна вскинула бровь. — Нет, — поправила она, резко захлопнув дверь перед носом Поттера. — О чем все перешептываются? — спросил Кассий после паузы. — Ты же не слышал? — Дафна чуть улыбнулась. — В этом году Турнир Трёх Волшебников. — Слышал, — отрезал он. — И что? — А то, что это… опасно. — Для них, — сказал он. — Не для меня. Когда поезд остановился на станции Хогсмид, на платформе уже стояли профессора в тёплых плащах. Среди них Кассий впервые заметил нового — высокого, с металлическим глазом, который вращался в глазнице как безумный. — Грюм, — пробормотала Дафна, следуя за ним к карете. — Аврор. Кассий задержал на нём взгляд, когда проходил мимо. И Грюм, как он заметил, задержал взгляд на нём. Долгий. Пронзительный. Словно он уже что-то знал. Большой зал был украшен сотнями свечей и сиял, словно праздничный зал. Новички, дрожа, ждали своего распределения. Кассий занял своё обычное место за столом Слизерина и поставил клетку с вороном рядом с собой. Птица угрюмо клацнула клювом, но не издала ни звука. Когда Дамблдор объявил о Турнире, зал загудел. Гости из Бобатона и Дурмстранга вошли под шёпот и восхищённые взгляды. И вот она — Флёр Делакур. Её взгляд случайно скользнул по Кассию, задержавшись на мгновение. В её глазах мелькнуло что-то вроде удивления. Кассий спокойно посмотрел на неё и медленно отвернулся. Дафна, сидевшая рядом, лишь хмыкнула. — Что? — спросил он без выражения. — Она посмотрела на тебя так, будто ты выиграл Турнир ещё до того, как он начался, — ответила Дафна с холодной насмешкой. После ужина Кассий остался в зале дольше других. Его глаза были прикованы к Чаше Огня, чьё синее пламя отбрасывало странные тени на стены. Он чувствовал, как от неё исходит что-то знакомое. Словно она уже выбрала его. Чаша Огня, стоящая на пьедестале, издавала треск, отбрасывая на стены мраморного зала длинные, причудливые тени. Пламя внутри неё разгоралось с каждой секундой, становясь всё ярче и ярче. Его голубой свет был почти холодным и колючим, но в то же время от него исходило загадочное, завораживающее тепло. Толпа зрителей замерла в ожидании. Трое чемпионов уже стояли в стороне: высокий и привлекательный Виктор Крам, сияющая Флёр Делакур и напряженный, но решительный Седрик Диггори. Они бросали друг на друга настороженные взгляды, словно птицы, неожиданно оказавшиеся в одной клетке. Дамблдор, с серьёзным, но доброжелательным выражением лица, уже готовился завершить церемонию. Но в этот момент Чаша словно ожила. Пламя в ней вспыхнуло багровым светом и вдруг выстрелило искрами. — О-о, — раздался удивленный шепот из толпы. Из пламени, как из жерла вулкана, вылетел ещё один клочок пергамента и мягко опустился прямо в руки Дамблдора. Дамблдор нахмурился. — …Ещё один? — тихо пробормотал он. На мгновение воцарилась тишина. Зал затаил дыхание. Дамблдор развернул бумагу. И он произнес с явной уверенностью, так что каждый в зале услышал: — Кассий Блэк. Волна шёпота пробежала по толпе, превращаясь в гул. — Кассий Блэк? — Но как? — Ему же всего четырнадцать… — Это же обман! Кассий стоял неподвижно, ощущая на себе сотни взглядов, словно ледяные иглы. Внутри него царила тишина, почти глухота, как будто он наблюдал за происходящим из-за толстого стекла. Он сжал кулаки и шагнул вперёд. Шум усилился. Кто-то ахнул, кто-то рассмеялся, кто-то зашипел сквозь зубы. Он шёл, не обращая внимания на все эти реакции. Шёл и видел, как Дафна сжала руки под столом с такой силой, что костяшки побелели. Как Малфой вытянулся и смотрел на него с едва заметной завистью. Как Флёр чуть приподняла подбородок и прищурилась. Как Гарри, нахмурившись, следил за ним с каким-то непонятным выражением на лице. Его шаги отдавались эхом по каменному полу, и казалось, что весь замок дышит вместе с ним. Позднее, когда в Большом зале раздался гул, и пламя Чаши выбросило пятый пергамент, наступила оглушительная тишина. Дамблдор поднял свиток, и по залу пронесся шепот: — Не может быть… — Ещё один? — Кто?! — Гарри Поттер. Турнир начался. ************************** — Входите, мистер Блэк, — пригласил Дамблдор, когда за чемпионами закрылась дверь в зал. Там уже стояли трое — Седрик, Флёр и Крам — каждый в своём углу, с настороженностью наблюдая за новичком. — Это какая-то ошибка, — первой заговорила Флёр. Её мелодичный голос звучал резко и уверенно. — Не может быть пятерых. Седрик слегка пожал плечами, но на его лице читалось согласие. Кассий остановился в центре зала и взглянул на Чашу. Пламя снова успокоилось и тихо потрескивало. — Думаю, Чаша уже всё решила, — произнёс он. Дамблдор окинул его долгим взглядом, в котором смешались любопытство, тревога и… что-то ещё. — Вы действительно не бросали своё имя в Чашу? — спросил он мягко, но с лёгкой строгостью. — Нет, сэр, — ответил Кассий уверенно. И тут из темноты шагнул новый человек. Деревянная нога застучала по каменному полу, а волчий глаз завращался, осматривая всё вокруг. — Ну-ну, — произнес он хрипло. — Так это ты. Малец с фамилией и видом, как у взрослого… Вот теперь будет интересно. Это был Грюм. Он подошёл к Кассию почти вплотную, склонил голову набок и произнёс: — Ты же понимаешь, что кто-то этого хотел, не так ли? Ты, парень, в чьей-то игре. Кассий не отступил. — Я умею играть, — сказал он. Грюм расхохотался так, что остальные вздрогнули. — Вот это мне нравится! Дамблдор кашлянул: — Завтра начнутся подготовительные сборы. Надеюсь, вы отдохнете, мистер Блэк. Вам понадобятся силы. ************************** В гостиной Слизерина царила тишина, нарушаемая лишь треском огня в камине. Зелёные лампы отбрасывали на стены причудливые тени, похожие на змей. Все расступились, освобождая место у окна, где стояло кресло. Только Дафна подошла к нему, когда остальные уже разошлись. — Ты… — начала она, но он посмотрел на неё так пристально и решительно, что она замолчала. — Я не выбирал этого, — произнёс он тихо. — Но я останусь. Она медленно кивнула и села рядом. Её рука слегка коснулась его пальцев — быстро, почти незаметно. ************************* В ночь после объявления его имени стояла удивительная тишина. Пока в школе царило волнение и недоверие, в спальне Слизерина было напряженно тихо. Никто не говорил с Кассием — в нём было слишком много силы, отстраненности и... опасности. Даже Малфой, обычно язвительный и резкий, прошёл мимо молча, лишь на мгновение задержав на нем взгляд. Кассий сидел на кровати, глядя на свою раскрытую ладонь. Маленький след, тёмное пятно от магии Чаши, все еще тлел на его коже, словно живое пламя. ************************** Утром после этого события Хогвартс наполнился шумом. — Он не мог подбросить свое имя! — кричал кто-то в коридоре. — Ему всего четырнадцать! — Это подстава! — Нет, это… это Блэк! Кассий шёл сквозь толпу, словно не слыша ничего вокруг. Ученики всех факультетов смотрели на него. Даже те, кто раньше избегал его или боялся, теперь не могли отвести взгляд. Но он не искал внимания. Он знал: если Чаша выбрала его — значит, это не просто так. В Большом зале его ожидали Дамблдор, Макгонагалл и новый преподаватель — Грюм. Грюм криво усмехнулся. *** Вернувшись в спальню, Кассий увидел, как в клетке свернулась калачиком ворона. Она приоткрыла один глаз, щелкнула клювом и пошевелилась, словно хотела что-то сказать. Но вместо этого с потолка мягко спустилась сова с письмом. Пергамент был чёрным, а печать — серебряной. Он сразу узнал её почерк. «Ты сделал шаг. Ты принял вызов. Я знала, что ты не подведешь кровь Блэков. Турнир — это лишь поверхность. Под ней скрывается тьма. И она будет искать тебя. Покажи им, кто ты есть. — B.» Он не улыбнулся, но его рука сжалась крепче. Она знала. И, вероятно, давно ожидала этого. Позднее той же ночью Он вышел на башню, где не было ни фонарей, ни звёзд. Лишь ветер нарушал тишину. Пролетела тень, и он расправил плечи. Трансфигурация нарастала в нём, как пульс. И вскоре над Хогвартсом вновь пролетел ворон — чёрный, с тремя когтями и сверкающими в темноте глазами. Его крылья оставляли за собой едва заметный след тьмы. Он парил над лесом, над озером, над самой Чашей Огня, возвышающейся в мраморном зале. Он не знал, что в этот момент его заметили на территории замка. Не профессор. Не ученик. А тот, кто не принадлежал этому времени. *** Утро. — Ты знаешь, что не должен участвовать. Грюм окликнул его, когда он уже собирался покинуть библиотеку. Кассий поднял голову. — Я не отказываюсь. — Я это уже понял, — прошипел Грюм, прищурив свой единственный настоящий глаз. — Но ты не глуп. И ты знаешь, что кто-то упомянул твоё имя. Кто-то хочет увидеть, как ты… сломаешься. — Или как я выиграю, — спокойно ответил Кассий. Грюм усмехнулся. — Ты похож на Беллатрису. Такой же упрямый. Но ты умнее. Может быть, вы с ней слишком близки. — Это моя семья. — Ты знал, что Волдеморт жив? — внезапно спросил Грюм. — Что он снова набирает силу? Кассий на мгновение задержал дыхание. — Я знал. — И он повернулся, собираясь уйти. *** Ужин был насыщенным. Гости из Шармбатона смотрели на него с любопытством. Особенно Флёр. Он ловил её взгляд, но ничего не чувствовал. Только лёгкое раздражение. Рядом сидела Дафна, и хотя она молчала, её руки были крепко сжаты на коленях. — Ты не должен был соглашаться, — тихо сказала она, когда студенты начали расходиться. — Я не соглашался. Но я и не убегаю. — Ты всегда один, — сказала она тихо. — Даже когда я рядом. Он не ответил, но в его глазах промелькнуло сожаление. Это было только начало. Турнир был лишь поводом. Он понимал, что впереди его ждёт нечто большее. **** Он медленно возвращался в спальню, когда услышал за спиной: — Мистер Блэк. Это был Грюм. Он стоял, опираясь на посох, и смотрел на него жёлтым и синим глазами. — Держи голову холодной, мальчишка. Турнир — это не цирк. Здесь погибают. — Знаю, — ответил Кассий. — Но тебе нравится риск, да? — усмехнулся Грюм. — Вижу в тебе что-то… такое, чего боялись бы даже Пожиратели. Кассий ухмыльнулся краем рта. — Именно это мне и нужно. Пока он возвращался в спальню, откуда-то из глубины замка вновь донеслось карканье ворона. Казалось, сама Тьма напоминала о себе. Пока остальные спали, он сидел за столом в углу и рассматривал свою ладонь. На коже, там, где коснулся пергамент, тлела крошечная серебристая отметина — как лунная клятва. Он вынул чернильницу и пергамент, написал всего три слова и привязал к ноге вороне, сидевшей на подоконнике: «Я готов. — К.» Ворона молча расправила крылья и исчезла в ночи. Он поднялся, подошёл к окну, и в тёмном стекле мелькнула его собственная тень — но не совсем его. С крыльями. С глазами ворона. С чем-то, что дышало в глубине и ждало своего часа.