Глава 20 — Глава 20: Уэко Мундо

В привычном тренировочном пространстве он снова и снова размахивал занпакто, не позволяя себе ни малейшей передышки. Я чувствовала, как он наращивает духовную силу, доводит её до предела, отпускает, а затем вновь собирает. Этот цикл повторялся бесчисленное количество раз. Он не остановится. Он не остановится… пока не превзойдёт банкай. — Прекрати уже!! Я не выдержала. Я закричала ему прямо в душу. Не сдержав себя, сорвалась, потому что больше не могла смотреть, как он калечит себя ради недостижимого. — Тэнко-тян… Я всё ещё не могу сдаться, — с трудом прошептал он. Я… я — Тэнко, его занпакто. Его меч. Его партнёр. Я схватила его за ворот, вытащила из собственных обломков в этом истерзанном духовном мире и закричала ему прямо в лицо: — Ради чего ты вгоняешь себя в это состояние?! Ты уже сломлен, Хагикадзе! Твоё тело — на грани! Ещё немного, и ты умрёшь!!! Это не было просто предупреждение. Это была мольба. Крик души. Но он… он даже не ответил. Молчал. Смотрел сквозь меня. Сквозь боль. Сквозь всё. — Что тобой движет…?! Я хотела снова на него накинуться, сказать, что он дурак, что я не хочу терять его, что всё это бессмысленно, но… когда я посмотрела ему в глаза — замолчала. Это были не глаза человека, потерявшего себя. Не были они и холодными. Нет. Они… были глазами человека, принявшего свою судьбу. — И что с того? — произнёс он с твёрдостью в голосе. Он уже всё решил. — Я должен стать сильнее, — сказал он. — Даже если мне придётся тысячу раз балансировать на грани смерти. Он всё ещё корил себя. Он не мог простить того, как Айзен — чудовище в обличии синигами — уничтожил его без шанса, без возможности даже дотянуться до него. Он, Хагикадзе, не смог даже поцарапать врага. Он был силён. Но Айзен был вне досягаемости. Это не было потерей уверенности. Это было признание. Осознание. Подтверждение той правды, от которой он пытался отвернуться. Если бы первым ему противостоял Ичимару… может, он бы не сломался так. Может, не пошёл бы по этому пути. Но… я знала, он всё равно бы дошёл до этой грани. Потому что он — такой. — Пока я не стану достойным тебя, Тэнко-тян… я не сдамся, — прошептал он. И снова его духовная сила вырвалась наружу. Снова началась эта жестокая, изнуряющая тренировка, в которой даже он — он, привыкший к боли, — закричал. Я… я больше ничего не могла сделать. Я только молилась. Стояла рядом, глядя на него, и молилась. — Ты… правда… Но он не слышал меня. — Ты… всё ещё человек…? Или уже… нечто совсем другое? Потому что его душа… его суть… уже становилась чем-то, чего я больше не могла распознать как синигами.   ***   Передо мной раскинулась пустыня. Пустая, мёртвая, однообразная. Хоть убей — ничего, кроме одного белого здания. Для кого-то это могло быть просто скучно… для меня — смертельно одиноко. «Если Айзен здесь… пусть капитан с ним разбирается». Для меня это было первое за долгое время задание. Я, лейтенант четвёртого отряда, уже и не помню, когда в последний раз выходил на миссию. Четвёртому отряду вообще редко поручают задания — мы же в основном занимаемся тылом, лечением. «Пустые… помню их только по теории. Черепа, да? Надеюсь, этого хватит…» Я несусь по пескам. Один. Можно выдохнуть. Позволить себе пару слов вслух. — Так вот он какой… Уэко Мундо. Ничего. Совсем ничего. Вначале я даже немного волновался. Первое настоящее задание. Был азарт. Интерес. Но чем дольше я брёл среди песков, тем больше убеждался: здесь нечего ловить. Всё во мне начинало остывать. — Надо найти раненых… хотя, говорят, тут и пустые нападают… Моя задача — лечить. Те, кто шёл вперёд, могли быть ранены. Да, это мое первое задание на передовой, но я всё ещё медик. Я не воин. Изначально мы шли группой, но капитан Унохана разрешила мне отойти. Сказала, что с мелкими пустыми я справлюсь. Думаю, в глубине души она мне доверяет. Или… просто знает, что я выживу. И вот, когда я бежал, вглядываясь в горизонт в поисках раненых и стараясь не нарваться на врага, я вдруг почувствовал это. Чужую духовную силу. Это не синигами. Я остановился. Рукоять меча — под рукой. Вдох. Готовность. И тут… — Подожди! Ты из друзей Ичиго?! Передо мной возник… странный тип. Пустой? Маска у него была… будто смесь муравья с жуком-оленем. Бело-фиолетовое тело, и… да, это определённо были сопли. И, что удивительно — я оживился. Серьёзно. Это ведь мой первый настоящий контакт с пустым. «Так ты… вот какой. Пустой… Хм. А где черепа? Он же почти человек… И говорит как человек… Эволюция? Или это новые стандарты?» Я чуть не принял это за местную разновидность. Уже начал смиряться с тем, что времена меняются… но тут понял — он волнуется. Реально паникует. — Ты ведь синигами! Если ты с ним, помоги Ичиго! — Кто?.. А, временный синигами. Лицо помню… имя… смутно. Я тогда вспомнил, кто был отправлен сюда. Куроцучи и Нему из двенадцатого, Кенпачи и Бьякуя из одиннадцатого и шестого соответственно, капитан Унохана, я — как её лейтенант, Исане и Ханатаро. Восемь человек. Наша цель — спасти Иноуэ Орихиме. Мы — поддержка. Мы — лечение. — Всё плохо! Если придётся сражаться с Улькиоррой, это конец! Даже я, возможно, сильный, и Урю – не справимся! Пожалуйста, помоги! — …Помочь? Честно — я задумался и услышал только последние слова. Но этого хватило. Я услышал главное. Моя задача — лечить. Я не могу вернуться с пустыми руками. Мне потом Унохана скажет, что подвёл. А ещё… я не смогу смотреть в глаза другим из отряда. Меня охватила тревога. Надо найти. Надо помочь. Сейчас. — Где он? Там? Вон туда? — Наверху! Он указал в небо. — В воздухе, значит… Дерутся в воздухе… Хм… Я посмотрел в сторону ближайшей постройки. До неба — далеко. Слишком. Я задумался. А он уставился на меня. — Но ты ведь не умеешь летать, верно? Эй, ты чего… приседаешь? Разминка. Всего лишь разминка. — Поднимись на ту башню, а потом с крыши — прыжок! Думаю, может сработать! Он спешно начал придумывать план. Забавно. Но я его уже не слушал. — Отойди. Это будет опасно. — Э? Эй, подожди… Песооооок!! Взрыв. Моя духовная энергия вырвалась наружу. Всё вокруг закрутилось. Песок поднялся вихрем и ударил в лицо этому пустому — Пеше, как он себя позже назвал. — Пф-ф! Что ты творишь! Даже между нами так нельзя… а? Он посмотрел — а меня уже нет. Я исчез. Следов не осталось. Ничего. И тогда он понял. — Не может быть… Да. Я прыгнул. И… я долетел. До самого купола.