Глава 15 — Глава 15

15 Неделя пролетела быстро. Она запомнилась лишь мышечной болью и привыканием к новому дому. Если не считать мучений в тренировках и скупых слез от нагрузок, ничего особенного за эту неделю не произошло. Тренировки заканчивались ровно в 18:00, но сил уже не оставалось ни на что. Кое-как поужинав, я падал в кресло-мешок и убивал время, листая новости в смартфоне. Каждый раз я искал статьи о «Чёрных Барсуках». Долго читать не получалось — сон сваливал меня моментально. И все же я кое-что узнал о своем начальнике-соседе и его организации. Верховный Главнокомандующий Ли Е Хён. Реальный возраст — 78 лет. Биологический — 25. Герой, переживший две войны. Человек, который во время Первой войны в одиночку убил тварь 10-го уровня. Благодаря этому подвигу он пришел к власти и с тех пор никому ее не отдавал. Его критиковали за слишком долгое правление, называли диктатором, но он руководил организацией без крупных скандалов. Общество видело в нем икону «Чёрных Барсуков». Даже на экране Е Хён выглядел поразительно бледным и красивым. В сети его называли по-разному: герой смутного времени, красавчик, вампир. Сколько бы я ни искал, статей меньше не становилось. Колонки о том, что барсуки лишили людей права на естественную смерть. Критика, что как бы талантлив он ни был, Е Хён — всего лишь диктатор. Городские легенды, что он на самом деле держит под контролем всё Центральное Ядро. Возможно, из-за скандальной известности, личную информацию о нем найти было трудно. Наставник велел спрашивать, если что-то интересно, но тема казалась слишком деликатной. К тому же, судя по всему, Юн и Е Хён были близки, так что я не осмелился лезть с расспросами. «Может, спросить потом у Рикардо?» Сомневаюсь, что он ответит дружелюбно. [ Чёрные Барсуки вернули территории спустя 5 лет. Ожидается рост поставок редкоземельных металлов... ] [ Е Хён. Удерживает пост Верховного Главнокомандующего без происшествий ] [ Бессмертные Чёрные Барсуки. Необходимое зло для общества? ] [ Рост числа незаконных омолаживающих процедур, позиция Барсуков? ] [ В 3-й зоне замечена тварь, ликвидирована без жертв ] [ Чёрный Барсук ценой жизни спас 3-летнего ребенка, погиб в 42 года ] «Должно быть, это выматывает». К такому выводу я пришел после шести дней рутины. Организация «Чёрные Барсуки» вызывала у людей и критику, и восхищение. Очевидно, что возглавлять такую структуру — адский труд. Юн не преувеличивал, говоря, что влияние Барсуков огромно. Мое странное трудоустройство... парашютное назначение, так это называется? Как бы то ни было, попав сюда через заднюю дверь, я твердо решил: никто не должен об этом узнать. Последствия будут катастрофическими. «Е Хёну тоже достанется от прессы. Нужно быть предельно осторожным». Так или иначе, время шло. Тренировки, немного телефона, сон. *** Шел дождь. Он лил уже два дня подряд. Шум дождя слабо проникал в дом. Воздух пах прохладной сыростью. Переживая из-за завтрашней самопрезентации, я лежал в кресле-мешке и слушал дождь. Что я вообще могу о себе рассказать, если ничего не помню? Я пожаловался наставнику после тренировки, но Юн и бровью не повел. Вдруг отложат?.. БАХ—! В дверь что-то с силой ударило. Казалось, кто-то врезался в дерево. Вздрогнув, я открыл дверь, и внутрь ворвался ветер с дождем. А там, чуть поодаль, стояла Чхве Ами. — Чхве Ами! Я повысил голос, пытаясь перекричать шум ливня. — Что ты тут делаешь?! — Мой зонтик улетел! Крикнула в ответ Ами, подбегая к хижине. Похоже, ее зонт прилетел ветром и врезался в мою дверь. Я отступил, и действительно — зеленый зонт прилип к открытой двери, как присоска. Ветер прижал его намертво. Маленький барсук подбежал к своему зонту. — Мой зонтик! — Я возьму. Заходи! Что за ливень... — Аргх! Чхве Ами схватилась за голову и вбежала в прихожую. БАХ—! Она захлопнула дверь, втаскивая зонт следом. Ветер, дождь и холод тут же отступили. Шум ливня стал глуше. В хижине снова повисла прохладная тишина. Чхве Ами посмотрела на меня снизу вверх, сжимая мокрые волосы обеими руками. — Спасибо. — Ты промокла насквозь. Подожди. Принесу полотенце. — Ты и правда умеешь контролировать силу. Сказала она что-то, чего я не совсем понял. Ее круглые глаза смотрели прямо на меня. Решив не задавать лишних вопросов, я сходил в ванную за сухим полотенцем. Ами приняла пушистую ткань обеими руками. Стоя в прихожей, она начала вытирать волосы. — Проходи внутрь. — Нет, я же мокрая. — Вот именно поэтому и заходи. Я одолжу тебе сухую одежду. — Мой дом прямо напротив, так что не страшно. И то верно. Напротив хижины стоял дом, где жили Е Хён, Чхве Юн и Чхве Ами. Пока я сидел взаперти, Ами иногда заглядывала узнать, не нужна ли помощь. Она действительно очень добрая. Я принес Ами куртку. Она посмотрела на меня с улыбкой. Улыбаясь, она выглядела такой озорной. Вытирая кончики волос, она сказала: — Говорят, идет тайфун. — Ага. Дождь не прекращается. Кажется, только усиливается... — Это не природный тайфун. Что? Ами увидела мое озадаченное лицо и звонко рассмеялась, как ребенок. — Это тварь, меняющая климат. Я подозревала что-то неладное с самого начала, но теперь ученые штаба подтвердили. Она движется сюда. — ...Бывают и такие твари? И почему именно сюда? Маленькое окно на кухне задребезжало от ветра. Шум дождя и дребезжание стекла наполнили полумрак хижины. — Ага. Твари бывают разные. Мы просто называем «тварью» всё, что лезет из порталов. Поэтому они такие разные. Помнишь ту, с которой мы столкнулись в прошлый раз? Бывают и такие странные, а бывают похожие на бабочку — она сейчас, вероятно, в глазу тайфуна. — Бабочка? — Ага. Выглядит как огромная бабочка. — ...И как ловить такую махину? — Обычно мы их не ловим. Поймать сложно, а ущерб не такой уж и страшный. Надо будет поискать информацию о тварях на следующей неделе, вяло подумал я, слушая Ами. Изначально я хотел почитать про Первую и Вторую войны, но изучение тварей теперь казалось важнее. Ами сложила полотенце вдвое. — Но в этот раз, думаю, придется ее ловить. — Она идет сюда? — Ага. Ну да. Раз уж Верховный Главнокомандующий живет через дорогу, нельзя позволить твари добраться сюда. Я забрал у Ами сложенное полотенце. Отказался, когда она предложила постирать его и вернуть. Ами смотрела на меня, пока я клал мокрое полотенце на обувницу. — Ты когда-нибудь случайно ломал вещи дома? Что за вопрос? Я растерянно посмотрел на нее сверху вниз. — Эм... нет. — Впечатляет. Контролировать силу непросто. Ами указала на дверь, которую я только что с силой захлопнул. — Особенно в таких ситуациях, когда спешишь — люди часто не рассчитывают силу. Не только новички, даже барсуки с пятилетним стажем косячат. Нужно лет десять после имплантации, чтобы почти перестать ошибаться. — Разве? Я об этом не задумывался... — Ага. Так сказал оппа. Юн? Глаза полезли на лоб. Юн за всю неделю не сказал мне ни одного хорошего слова. Только пилил меня по поводу стрельбы. Ами хитро улыбнулась. — Он сказал, что ты определенно тот, у кого аугментированное тело прижилось идеально, и кто не ошибается с силой. Что ты управляешься с ним так, будто носишь его лет двадцать. — Спасибо. Это, должно быть, комплимент? — Это хорошо! Хотя оппа просто констатировал факт. Ну да, он не из тех, кто сыплет комплиментами. Пока я вспоминал неделю с наставником, снизу раздался голос Ами: — Разве это не удивительно? Что? Я? Др-р-р—! Громкий звук привлек наше внимание. Окно задрожало. И сквозь шум ливня пробился слабый звук мотора. Лицо Ами просияло. — Это оппа Е Хён! Верховный Главнокомандующий? — Вернулся из поездки! Ну, он же говорил, что постарается прийти на твою презентацию. Пожалуйста, не надо. Зачем самому главному человеку в организации смотреть на самопрезентацию жалкого новичка? Человеку, известному на весь мир? Который, как сказала Ами, настолько занят, что даже живя с ним, его редко видишь? Ами взялась за ручку двери и посмотрела на меня. — Спасибо, что поймал зонт и дал полотенце. Я побежала. — А, конечно! Осторожнее. Там ливень... — Тут рядом. Если откроешь дверь, опять зальет. Сиди внутри. — Нет, я тоже хочу поздороваться с Командующим. Я потянулся через плечо Ами к ручке двери. Ами поблагодарила и перехватила зеленый зонт. Я открыл дверь, как только она его раскрыла. Ветер и дождь ворвались внутрь. Капли застучали по полу прихожей. Запах непогоды и стена воды ограничивали видимость. Через дорогу, у их дома, стояла черная машина. — Оппа Е Хён! Ами побежала к мужчине в черном костюме, выходящему из машины. — Вернулся? Е Хён раскрыл черный зонт. Бледный мужчина улыбнулся приближающейся Ами. Он одарил ее мягкой улыбкой и что-то тихо сказал. Я упустил момент, чтобы поздороваться, и просто смотрел на них. Совсем как на экране. Хорошо, что я узнал о нем больше, но чем больше я знал, тем некомфортнее мне становилось... Е Хён встретился со мной взглядом. И мне он тоже мягко улыбнулся. Его большие глаза сощурились. Я глубоко поклонился. Все равно из-за шума дождя он бы меня не услышал. Е Хён жестом показал мне закрыть дверь. Кивнув и закрывая дверь, я прочитал по губам, что он сказал. «До завтра». Ох. Давление было таким, что ужин чуть не попросился наружу. Проводив взглядом Хильде, Е Хён и Ами развернулись. Когда входная дверь закрылась, шум дождя стих. Е Хён сложил зонт, прислонил его к обувнице и разулся. Ами тоже сложила свой зеленый зонт и сняла промокшую обувь. Пока они мешкали в прихожей, из глубины дома вышел Юн. — Вернулись. — Ага. Коротко ответил Е Хён, улыбаясь Юну. Затем легонько положил руку на плечо Ами. — Ами, иди мойся первой. — Я пойду в ванную наверху, так что всё ок! — Ты чего такая мокрая? — Тайфун унес зонтик. Юн лишь фыркнул на беззаботный ответ сестры. Ами проигнорировала грубость брата. Сняла мокрые носки и босиком шагнула в гостиную. Поморщившись, глянула на мокрые носки и застонала. Стоя рядом, Е Хён стряхнул капли дождя с плеч. Взгляд Юна обратился к Е Хёну. — Разве ты не должен был вернуться завтра? — Ага. Но завтра официальная презентация Хильде, так что я приехал на день раньше. — Ради этого? Юн приподнял бровь. Е Хён снял черный пиджак и слабо улыбнулся. — Убью двух зайцев одним выстрелом. Да и поездка закончилась быстрее, чем ожидал... Как Хильде? Твой первый «зам по наставничеству», так? — Тот человек, что выпал из портала первым. Ответ Юна был холоден. Ами посмотрела на Юна снизу вверх, сжимая мокрые носки. Ее темные круглые глаза следили за сухим взглядом брата. Е Хён посмотрел на Юна с нечитаемым выражением и сказал: — Не ошибаешься, но сначала я бы хотел услышать твою объективную оценку. — Если его правильно огранить, он гарантированно превзойдет уровень среднего барсука. У него определенно талант к атлетике. Концентрация приличная, страха почти нет. Настойчивый. — Сплошные похвалы. Ами, наблюдавшая за братом с бесстрастным лицом, расплылась в улыбке. Она сияла так, будто хвалили ее саму. — Здорово! Я боялась, он не адаптируется, он такой хороший парень! — Откуда ты знаешь, хороший ли он? Ты его много видела? — Он хороший. На сухой вопрос Юна Е Хён ответил мягко, но твердо. Он ослабил темно-синий галстук бледной рукой. — Юн. Хильде по натуре добрый парень, так что даже если вы не поладите, относись к нему хорошо. Ты ведь любишь хороших людей. — Тебе стоит знать, что он за парень. Просто посмотри на этот тайфун. Юн закатил глаза, сунув руку в карман. Его взгляд скользнул к окну и вернулся обратно. В повисшей тишине Юн произнес: — Это он притягивает тварь. Низкий голос мужчины эхом отдался в просторном доме. — Странно, что ты ведешь себя так, будто всё нормально, зная это. Е Хён молча встретил взгляд Юна. Дождь барабанил в окна. Он и не думал прекращаться. Леденящая тишина окутала дом. Тишина ожидания ответа начальника. Е Хён, глядя на Юна непроницаемым взглядом, опустил веки. Верховный Главнокомандующий нарушил молчание хрипловатым голосом: — Возможно, позже я пожалею о своем выборе. Брат и сестра промолчали в ответ на это тихое бормотание. Е Хён, погруженный в мысли и глядящий в пол, через мгновение поднял голову. Мужчина прикрыл глаза с мягким выражением лица, отличным от того, что он носил на публике. — Спать хочу. Спал всего три часа. — Иди мойся и спи. Давай одежду и галстук. Ами, ты тоже иди мойся. — Поняла. Троица разошлась. Двое, пришедшие с улицы, направились в ванные, а Юн пошел в свою комнату с одеждой Е Хёна, перекинутой через руку. Проведя с Е Хёном много времени, они знали: иногда неведение — благо. Что у него есть причины не объяснять. Что, давя на него, ответов не добьешься — а правда может втянуть в неприятности. Брат и сестра проглотили свои подозрения. *** День Икс. Я направился в аудиторию на свою самопрезентацию.