И снова мы в пещере — но уже в другой… не знаю точно, кому она принадлежала и как именно я сюда добрался. И где это «сюда» находится, тоже не помню. Помню только, что брел по каким-то зарослям, потом увидел пещеру, затащил Хильду внутрь и свалился без сил… Через какое-то время я смог заставить себя встать и позаботиться о ее ранах. Точнее, серьезная рана там была только одна — сквозная дырка от копья в левом бедре. В пылу битвы Хильда сделала это ранение еще более страшным, выдернув копье из себя. Удивительно, как она смогла после этого продолжить бой и не истечь кровью в итоге.
К своему стыду, я мало разбираюсь в медицине, а даже если бы и разбирался — понятия не имею, в какой стороне от нашего нового убежища находится место, где мы перед нападением на гоплита спрятали мешок с бинтами и лекарствами. В итоге, все, что я смог сделать для Хильды — это кое-как промыть рану чистой водой и перевязать куском ткани, оторванным от рукава моей рубашки. Впервые в жизни мне приходилось работать со столь серьезным ранением, и впервые же я делал перевязку кому-то, кроме себя… Сестра пыталась меня чему-то научить, но в моей памяти отложился только один факт: антисанитария — это плохо. Так вот, я догадываюсь, что держать раненую в пещере, перевязав ее наспех выстиранным куском рубашки — это и есть та самая антисанитария. Но ничего поделать с этим я не могу... Остается надеяться, что у Героя Мужества есть какая-нибудь неизвестная способность, которая благополучно ее вылечит и убережет от заразы.
Покончив с перевязкой, я снова отрубился. Но даже в отключке мне нету покоя — счетчик печальных концовок второй день буксует на трех тысячах. Интересно, это продолжится до тех пор, пока Хильда не поправится? Или это предупреждение, что надо держаться подальше, когда она очнется? Или вообще никак с ней не связано? Если так продолжится, я сойду с ума. Мысли путаются и голова тяжелая — пусть мое тело и отдыхает, но разум не спал уже двадцать семь часов.
В конце концов я просто встал и пошел подышать свежим воздухом. Проверил расставленные накануне силки, побродил по окрестностям и решил искупаться в реке. Было очень раннее утро. Я надеялся, что прогулка по лесу и холодная вода хоть немного приведут меня в чувство — и заодно хотел проверить, не уменьшится ли число путей к гибели, если отойду подальше от Хильды. Не уменьшилось. Более того, оно постепенно росло, и к моменту, когда я залез в воду, на счетчике было уже 3550. Я все еще не могу определить конкретный источник опасности. Впервые в жизни мне кажется, что мои действия вообще ни на что не влияют. А может и правда так? Может, к планете приближается метеорит, и мы все умрем? Ну или не все… Один шанс на спасение у меня все еще есть. И я пойму, что именно это за шанс, как только увижу источник проблемы. А потом остается им воспользоваться — и надеяться, что после всего я все еще смогу смотреть в глаза людям.
Счетчик продолжал рваться к небесам. В конце концов я понял, что не могу даже плавать. Вылез из реки, оделся и поспешил обратно к Хильде. Когда я заходил в пещеру, путей к гибели было уже за четыре тысячи.
– Фудо-сан! - окликнули меня. - Фудо-сан, это ты?
Оказывается, пока меня не было, Хильда очнулась. Интересно, она подумала, что я бросил ее и сбежал? Кажется, я слышу в ее голосе испуг. Но наверное, мне просто кажется… так-то это мне здесь нужно пугаться.
– Хильда-сан, нам нужно уходить, - отозвался я, не заходя в проход, где лежала девушка. Раз она очнулась, значит снова существует угроза Львиного Рева, и я, наверное, снова не смогу к ней подойти. - Что-то приближается… Ты сможешь идти?
– Нет, - немедленный и хладнокровный ответ.
Так я и думал… Блин, даже мне будет стыдно бросить девушку, которая носила мне еду, пока я лежал с раненой ногой. Но оставаться на месте, пока мне накручивают по сто путей к гибели в минуту, я не могу…
– Поножи у нас? - вдруг спросила Хильда.
– Да, они здесь, - машинально ответил я.
– Оставь их мне и уходи.
– Черт, да пошла ты! - воскликнул я, выскакивая из-за поворота. - Могла хотя бы из вежливости притвориться, что рассчитываешь на меня! Кто тебя до сюда дотащил, по-твоему?
Упс… Я смог подойти к Хильде. И черты с границами поражения Львиного Рева я больше не вижу. Похоже, из-за постоянного давления надвигающейся угрозы мое чутье отказало. Хильда сидит и смотрит на меня с удивлением. Черт, у нее такие глаза, будто она сейчас расплачется…
– Ты идешь со мной! - рявкнул я, хватая ее за руку и рывком поднимая с пола.
Девушка завизжала от боли, схватившись за раненое бедро.
– Молчать, - я обхватил ее за плечи. - Ты Герой Мужества или как? Терпи.
– Сто баллов за обращение с ранеными… - простонала она.
– Если останемся здесь, умрем, - отозвался я, просовывая свободную руку через лямки лут-коробки. - Просто не наступай на эту ногу.
– Дай мне копье, я обопрусь…
– На меня обопрись. Копьем я буду отбиваться от той гадости, что за нами гонится.
– Ты, я посмотрю, уже и копье мое освоил, - сквозь слезы усмехнулась Хильда. - Хоронить меня готовишься?
– Возьми себя в руки. А то по всему Боске буду рассказывать, что видел Героя Мужества в слезах.
– Да ты все равно будешь рассказывать, что меня спас и на себе тащил…
– Да ладно там… Ты зато вон какого гоплита завалила.
– Прости насчет этого… я пока за ним гналась, поняла, что неправильно с ним дерусь. Нужно не пытаться его убить, а не позволять ему атаковать… Если бы я раньше додумалась, может нам и не пришлось бы придумывать весь этот план с беготней и прыжками в пропасть.
– Ну не знаю... Даже сбросив его в пропасть, мы еле-еле с ним сладили.
– Еле-еле? - переспросила Хильда. - Я не помню, чем все кончилось?
– Ты забила его насмерть доской.
– Позор… не подвиг, а кабацкая драка какая-то…
– Между прочим, это было первое в истории убийство гоплита одним героем. В честь этого события в будущем могут назвать святилище или железнодорожную станцию, на худой конец. Эстатион де Хильда де ла Таблон… Или ты предпочитаешь Ита то Хируда но Еки?
– Фудо-сан, хватит, мне больно смеяться…
Разговаривая так, мы кое-как доковыляли до выхода из пещеры.
– Кто за нами гонится, Фудо-сан? - вдруг поинтересовалась девушка.
– Точно не знаю. Но там был суккуб с импами-сборщиками, и им не понравилось, что у нас так много демонической экипировки… Обещали вернуться и наказать.
– Хм, - Хильда, видимо, весьма скептично отнеслась к угрозе со стороны суккуба. Ну да, тебе-то он разве что когтями лицо расцарапает… впрочем и я сам скорее опасаюсь, что суккуб вернется с подкреплением из парочки гоплитов, чем его самого. - И какие у нас прогнозы?
– Неутешительные, - отозвался я. - Шесть ты…
И тут число печальных концовок начало расти быстрее, чем я успевал замечать числа… впрочем, следить за счетчиком уже не было смысла, потому что источник угрозы стоял прямо перед нами. И это не демоны. Это лютый вепрь.
Раньше я обычно наблюдал их издалека, но теперь между нами было всего метров десять. Ну и зверюга! Под четыре метра в холке и длиной с трамвайный вагон. Изо рта растут даже не клыки, а натуральные бивни. Ни с каким большим вепрем его не спутаешь, потому что вместо щетины его тело покрывает зеленовато-серая чешуя — насколько я слышал, практически непробиваемая. Но у этого кабана в левом боку торчит меч аж по самую рукоятку. И похоже, что зверюга очень недовольна данным фактом, а виновниками своих страданий считает нас — иначе чего она нас подстерегала у самого выхода из пещеры? И не надо говорить, что мы заняли твою пещеру, ты туда даже не пролезешь!
– Фудо, - сказала Хильда, крепко сжимая мое плечо. - Я буду кричать.
– Держи крепче, иначе сбегу, - отозвался я, даже не пытаясь с ней спорить. Даже без своих бивней этот вепрь запросто растопчет нас в лепешку. Либо Львиный Рев его отгонит, либо нам конец.
Я набрал в легкие побольше воздуху, надеясь, что крик все-таки сможет защитить меня от хильдиной способности, но закричать не успел… потому что закричал сам кабан. С громоподобным ревом он сорвался с места и набросился на нас. Не будь один из нас Героем Трусости, сейчас бы разом двумя героями стало меньше… но я успел оттолкнуть Хильду в глубь пещеры и прыгнуть следом.
Мы упали на землю. Зверь ревел, тараня скалу башкой всего в паре метров от нас, но достать до нас не мог. Тут, правда, возникла проблема — одна буйнопомешанная изо всех сил порывалась подняться на ноги и начистить вепрю рыло. К счастью, движения давались ей с трудом, и мне удалось прижать ее к полу.
– Прекрати, - яростно зашипел на нее я. - Он тебя порвет.
– Это не гоплит! - не менее яростно зашипела Хильда. - Пять ударов моим мечом, и он без костей останется.
– Какие пять ударов, он после первого тебе руку вместе с мечом откусит!
В конце концов, наши монстры немного успокоились и какофония прекратилась. Кабан признал, что не сможет прорваться внутрь пещеры и остался у входа, сверля нас взглядом и злобно хрюкая. Хильда признала, что не сможет сбросить меня с себя и перестала барабанить по моей груди кулаками. Если окажется, что она мне ничего не сломала, я ее даже прощу.
– Я успокоилась, - сказала она. - Можешь слезть.
– Давай отойдем подальше, чтобы не злить его, - предложил я, потому как кабан снова заревел, стоило мне подняться на ноги.
– Эм… Фудо-сан… Ты не поможешь мне встать?
– Чего ж ты в драку рвешься, если даже стоять не можешь? - с упреком спросил я.
– Ну вот так вот… - Хильда выглядит крайне смущенной. Интересно, она всегда себя так ведет, когда раненая? Или кроме гоплитов ее даже ранить никому не удавалось? Верится с трудом, учитывая ее безбашенность.
Я поднял Хильду с пола и мы отошли вглубь пещеры, туда, где вепрь не мог нас видеть.
– Как думаешь… То, что он смог защититься от Львиного Рева — случайность или нет? - спросила девушка, со сдавленным стоном опускаясь на землю.
– Не случайность, - уверенно ответил я. - У могучих монстров есть чутье. Мне… одна знакомая рассказывала.
– Чутье чутьем, но как он узнал, что нужно именно реветь?
– А откуда демоны знают наши имена? Точно так же, как наши способности созданы для борьбы с монстрами, способности некоторых монстров созданы для борьбы с нами.
– Ты так думаешь? - Хильда не выглядела убежденной.
– Если хочешь, можешь попробовать крикнуть на него еще раз, - пожал плечами я. - Только дай я тебя веревкой привяжу, чтобы не пришлось снова унимать.
– Прости… - вздохнула девушка. - Моя способность создала много проблем.
Надо же, она признала это без всякого сарказма. Личностный рост налицо… Если к концу похода она еще и пообещает отказаться от транжирства и жить по средствам, я пожертвую собору в Боске пять, а может и десять флоринов.
– Нет, это я должен извиняться, - выдавил из себя я. Если я не признаюсь после ее искренних извинений, буду чувствовать себя нехорошим человеком. - Я не разобрался в ситуации. Мое чутье уже вторые сутки предупреждало меня об опасности, но я считал источником проблемы тебя и закрывал глаза на факты.
– Ничего страшного, - слабо улыбнулась Хильда. - Ты не так уж и ошибался — в конце концов, именно из-за меня мы ввязались в эту передрягу.
– Как раз наоборот. Ты ведь видела в кабане меч? Это тот же самый вепрь, который убил моего гоплита — он все-таки догнал меня в итоге. Упорный какой…
– Такого не может быть, Фудо-сан… Ни один зверь не станет преследовать человека так долго.
– Ты снова равняешь монстров с животными из нашего мира, - строго сказал я, почти забыв, что собирался повиниться, а не читать лекцию. - Это одна из предполагаемых способностей лютого вепря — до сих пор не было доказательств, но предполагалось, что он способен запоминать и находить любого, кто ранит его, спустя сколько угодно времени.
– Но ты же ему ничего не сделал, - возразила Хильда, - Меч в нем — Стигийского Гоплита, а не твой.
Я постучал ладонью по щиту.
– Думаю, он преследует не меня, а щит, на котором остался запах гоплита. Я должен был предвидеть такую возможность и оставить щит дома…
– Если бросим ему щит, думаешь, он от нас отстанет? - в голосе Хильды было не слишком много оптимизма.
– Навряд ли. От меня — уж точно нет.
Мы замолчали. Я пытался анализировать ситуацию, но все мои мысли занимали десять с лишним тысяч путей к гибели — всевозможные варианты моего разрывания, разгрызания и затаптывания проносились в моем сознании, не оставляя места ни для чего другого. Хильда предприняла несколько неуклюжих попыток поддержать меня, пару раз повторив «мы что-нибудь придумаем», и даже положив руку мне на плечо. Стоило отдать ей должное за старания, но она явно не была мастерицей в таких делах, и у меня даже не возникло желания что-то ей отвечать.
– У нас еще есть пути к спасению? - наконец, она спросила меня в лоб. Вот такая прямота ей куда больше к лицу. Теперь я в полной мере осознаю, что не просто заблокирован под землей без провизии и надежды на спасение, а заблокирован вместе с сильнейшим воином в мире. Конечно, она не полководец, и даже не солдат, способный точно исполнять приказы, но когда нужно просто сокрушить врага, ей нет равных. Эта мысль и помогла мне наконец вернуться к действительности.
– У меня есть. Один, - ответил я.
– Бросить меня и сбежать? - предположила девушка. Я пожал плечами. Зачем отвечать, если все и так очевидно?
– Если знаешь, как пройти мимо кабана и убежать — беги. Если он погонится за тобой, я тоже смогу уйти.
– Не уйти, а уползти, - мрачно поправил я. - Прямиком в гоблинское рабство.
– Ну и что? - Хильда сердито пожала плечами. - В рабстве люди тоже живут. Моя нога не будет раненой вечно. Когда она заживет, я вырвусь и убегу.
– Ну ладно, а если не будет никакого рабства? Никто тебя не подберет, и ты просто умрешь с голоду. Это не дорога в Бикем, а густой лес. Здесь шансы встретить рейнджеров минимальны.
– Если останусь здесь, то тоже умру. Что будешь делать?
– Подожду, пока ты умрешь, и потом сбегу, - мрачно усмехнулся я. - Хотя бы не помрешь в одиночестве.
Хильда хмыкнула — то ли сердито, то ли печально.
– Все ты врешь, - сказала она. - На самом деле ты просто не знаешь, как отсюда выбраться.
– Вариантов так много, что я не могу сразу просмотреть все, - признал я. - Но через какое-то время я найду нужный путь. У нас есть запасы воды, и дней пять мы протянем.
– Нет уж, - сурово промолвила Хильда. - Лежать и ждать смерти — это не по мне. Если у тебя нет других предложений, я выйду и погибну в бою. А пока кабан будет меня жрать, возьми мой фиал и убегай.
Она перевернулась на живот и поползла к выходу, опираясь на локти. С полминуты я наблюдал за ее стараниями, а потом подошел к ней, подхватил под мышки и вернул на место.
– Лежать, - сказал я, тоже делая суровое лицо. - Я не разрешаю. Побеги — моя специальность. Мне не нужны жертвы, чтобы делать то, в чем я профи.
– А мне не нужно твое разрешение. Свободный человек волен сам решить, когда и как ему умереть.
– Ну тогда ты не свободный человек, - я достал веревку — после всей этой эпопеи с оврагами и ущельями мои запасы были на исходе, но их хватит, чтобы связать одну упрямую девчонку. - Я беру тебя в плен.
– Полегче, Фудо. Может, нога у меня и дырявая, но с руками все в порядке — сейчас как дам — и прямо в Рай!
– Ой, да ничего ты без своего копья не можешь…
– Эй, Фудо, ты что, серьезно? А ну прекрати! Эй!
Я пытался скрутить раненую школьницу. Если я когда-нибудь вернусь в Японию, меня посадят… Ну или Хильду посадят за мое убийство. К счастью, привести свою угрозу в исполнение прямо сейчас она не способна. В сущности, мы оба сейчас далеко не в лучшей форме, так что в итоге у нас получилось лишь сделать злобные лица и схватить друг друга за запястья.
– Нафига это тебе? - прошипела Хильда, сжимая мою правую руку. Кажется, я слышу хруст костей… В то же время, я крепко держу ее правую кисть, чтобы не получить в нос, как в прошлый раз. - Ты же Герой Трусости — вот и беги.
– Ага, тот суккуб то же самое говорил… - пропыхтел я. Эта девушка просто зверски сильна, хотя скорее всего она еще и сдерживается. - Если бы я его послушал, ты бы сейчас уже жарилась в Аду на сковородке.
– Ну вот и позволь мне вернуть долг, отдав за тебя жизнь, - не унималась Хильда. - Это лучше чем жить с позором, будучи спасенной слабаком вроде тебя.
Ага, она пытается задеть меня, чтобы я обиделся и отпустил ее. Принимаешь меня за одного из своих одноклассников, девочка?
– Нет уж… - сказал я. - Слишком много героев уже умерло на моих глазах.
– Это сколько же, интересно? - поинтересовалась Хильда, не оставляя попыток вырваться.
– Двое. Тоже пошли на поводу у своих способностей, как и ты, - раздраженно ответил я. На самом деле я не хотел о них говорить, но, наблюдая за Хильдой, вспоминал их снова и снова. Никто другой из героев не был подвержен влиянию своей суперсилы настолько, насколько те двое и она.
Девушка разжала руку и взглянула на меня с непонятным выражением лица.
– Альберт Юс и Оскар-сан? - тихо уточнила она.
– Осаму-сан. - поправил я. Даже произносить его имя было больно, но раз эту непрошибаемую можно переубедить только так, то ничего не остается — будем говорить об Озаки. - Его звали Озаки Осаму. И в память о нем я не позволю твоей тупой способности убить тебя… по крайней мере, сегодня.
– Меня убьет не моя тупая способность, а кабан, - Хильда все еще спорила, но вырываться перестала. - Ему тоже не позволишь?
– Как-нибудь выкрутимся… - пожал плечами я. - Просто дай мне спокойно подумать.
– Каким он был? - вдруг спросила девушка. - Я почти не знала его, но слышала много хорошего.
Ее любопытство можно понять, хотя оно и совершенно не к месту. Озаки считали сильнейшим героем 6-го призыва, к тому же он начал совершать подвиги чуть ли не с первого дня, так что грезящие о геройское славе детишки, вроде Хильды, моей сестры и Мочидзуки-куна равнялись на него. Но право же, я не знаю, что ответить на вопрос о том, каким он был.
– Он был Героем, а не парнем с суперсилой, - после долгих размышлений сказал я. - Не как ты или я.
– Эй, а со мной-то что не так? - оскорбилась девушка. - Я помогаю людям.
– Чтобы заработать на квартиру и топовый шмот? - фыркнул я. - Озаки никогда бы не убил ради добычи.
– Даже демона?
– Даже демона, - подтвердил я.
– Но демоны — зло…
– Я тоже так думаю. Но справедливость — это не победа над злом, а отказ проигрывать ему.
– И как это понимать? - озадаченно спросила Хильда.
– Понятия не имею.
– Жалко, что с ним так получилось… - вздохнула девушка.
– А по-моему — все закономерно… Людям не нужен Герой, который будет бороться за справедливость. Им нужен парень с суперсилой, который будет за деньги охранять караваны. Озаки не подходил обществу, и общество убило его.
– Но он ведь убивал злодеев и спасал простых людей!!! Разве это не подходит обществу?
– Конечно нет. Озаки убивал злодеев, а люди хотели, чтобы он убивал тех, кто им не нравится… А Альберт был дураком и жертвой дурного воспитания, но смерти он не заслуживал. Поэтому Озаки и не смог убить его.
– Все равно нельзя называть смерть закономерной! - возмутилась Хильда. - Это цинично и гадко
– Это просто правда... - пожал плечами я. - Ну, может Озаки и сделал какой-то важный героический выбор между жизнью и справедливостью, но ты сейчас просто рвешься к смерти, как мотылек к огню. И когда кабан тебя разорвет, это будет именно закономерно.
– Ты упорно не замечаешь, что я пытаюсь не просто умереть, а дать тебе шанс убежать… Отдаю свою жизнь, чтобы спасти твою.
– И кому ты этим поможешь? Люди лишатся хорошего героя, чтобы у них остался тот, от кого нет никакой пользы. А спасусь ли я — это еще большой вопрос, у меня там десять тысяч путей к гибели… Если бы Озаки перешагнул через себя и убил Альберта, всем было бы лучше. А в итоге погибли они оба и никому не хорошо.
– И все же… Если бы Озаки-сан был сейчас здесь вместо меня, он бы спас тебя?
Вот же упрямая девчонка, никак не унимается!
– Если бы Озаки был здесь, я бы и сам спасся, - раздраженно ответил я. - С ним у меня всегда были сотни путей к спасению, а с тобой остался один.
– А ты уверен, что проблема во мне? - я подумал было, что Хильда сейчас начнет переводить стрелки, но она сказала нечто неожиданное. - Быть может это ты, а не я, попал под влияние своей способности? Ты привык что у тебя все время полно путей к спасению, но вот у меня он всегда был только один — одолеть врагов и победить! И этого достаточно.
– Было достаточно до сих пор, - поправил я.
– И сейчас тоже ничего другого не надо, - продолжала упрямиться Хильда. - Дай веревку — я тебе докажу.
– Собираешься связать кабана веревочкой?
– Не кабана, - она взяла меня за правую руку своей левой и принялась обматывать веревкой наши запястья.
– Пытаешься привязать меня к себе? - спросил я, недоуменно наблюдая за ее стараниями.
– Ага, - подтвердила она. - Вот. Теперь ты не можешь убежать. Пропал ли твой последний шанс на спасение?
Странно, но она права. Число путей к гибели доросло до пятнадцати тысяч шестисот двадцати четырех, но путь к спасению все еще оставался.
– Действительно… - неохотно признал я. - Он все еще здесь.
– Вот видишь, - лицо Хильды расплылось в самодовольной улыбке. - Значит этот путь не в том, чтобы бросить меня и сбежать… Ты сказал, что Озаки-сану следовало перешагнуть через себя и воспротивиться своей способности. Теперь сделай это сам и сражайся вместе со мной.
Ну вот, приплыли… Эх, и почему я только не сбежал, как только увидел эту женщину? Она даже мою способность использует, чтобы втянуть меня в свои безумные подвиги… И как крепко привязала-то! Даже не поймешь теперь, садистка она или мазохистка…
– Ладно… - вздохнул я. - Командуй, бесстрашный лидер.
– Подведи меня ближе к выходу, - распорядилась Хильда. - Я буду бить кабана копьем, оставаясь в пещере, а ты — держать меня, чтобы я не бросилась в рукопашную. Как насчет такого?
– Нуу, это даже не звучит, как двойное самоубийство… - похвалил я. - Но ты не думаешь, что кабан перекусит твое копье после первого же удара? Это ж полтора миллиона псу под хвост.
– Наши жизни ценнее полутора миллионов, Фудо-сан.
– Вау… Что ж ты не вспомнила об этом до того, как вести нас на самоубийственную миссию ради платы за квартиру?
– Нуу… возможно, я была неправа… - пробормотала девушка.
– Что-что? Скажи громче, - потребовал я.
– В будущем я постараюсь быть экономней и расплачиваться только наличными, - торжественно пообещала Хильда.
– Свершилось! - мне кажется, что сейчас небеса разверзнутся и я услышу пение ангелов. - Теперь я готов сразиться с кабаном и пожертвовать половину стоимости этого щита собору!
– Ну тогда пойдем.
Я вздохнул. Сказать легко, а встать и выйти против лютого вепря — сложно.
– Давай сначала водички попьем, - предложил я, откупоривая фляжку несвязанной рукой. - Не эль и доблесть не повысит, но хоть горло промочим.
– И мне оставь, - попросила Хильда. - Я свою, кажется, выронила.
Я выпил примерно половину содержимого фляжки и отдал остальное Хильде. Честно говоря, я все еще пытаюсь разглядеть тот самый последний путь к спасению, но моя бедная головушка перегружена пятнадцатью... нет, двенадцатью тысячами путей к гибели… Стоп! Их только что стало на три тысячи меньше?!
– Эй, Хильда-сан…
– М? - спросила девушка, отрываясь от фляжки, но все уже вернулось на место. Должно быть, мне просто показалось…
– Нет, ничего…
Героиня пожала плечами и продолжила пить. И тут плохих концовок снова стало двенадцать тысяч.
– Ооооой… - я приложил руку к лицу. Если бы не бессонница, я бы догадался гораздо раньше. - Как глупо-то… Ты не можешь кричать, когда ты пьешь.
– Никто не может этого, Фудо-сан… - просветила меня девушка.
– Вот именно. Развяжи нас… я нашел путь.
– Опять побег? - хмуро посмотрела на меня Хильда.
– Нет. Точнее, убегать будем не мы.
Освободившись от веревок, я стащил с себя броню заодно с рубашкой.
– Фудо-сан, что ты творишь?! - она все еще не понимает, и смотрит на меня, как на ненормального.
– У тебя есть вещи, без которых можно обойтись? Давай сюда.
– Ну ты мне объясни, что происходит-то… - потребовала девушка.
Я объяснил. Она почесала в затылке.
– Фудо-сан… Мне никогда бы не пришел в голову такой подлый метод. Получается, по идее я непобедима?
– Ну по идее — да. Если не даешь волю своей дури.
– Ну что сразу дурь-то… Ладно, отвернись. Я сниму кимоно.
– Ну ладно… - пожал плечами я. Я уже решил, что пожертвую еще и шлемом, но видимо, ждать от Хильды, что она отдаст хотя бы одну часть доспехов Алого Самурая - это перебор. Кимоно так кимоно.
У меня за спиной раздалось сначала раздраженное сопение, а затем смущенный голос Хильды.
– Фудо-сан… Поставь меня, пожалуйста на ноги, сними с меня доспехи, а потом надень их обратно.
Что ж, нет ничего удивительного, что она не смогла стащить с себя до-мару, сидя на полу. Я помог Хильде встать и избавиться от доспеха.
– Где ты берешь японскую одежду в этом мире? - поинтересовался я между делом.
– Мало того пялишься, еще и комментировать будешь? - сердито буркнула она. - Сама шью. Не носить же до-мару с шоссами!
– Мда, неисторично получится… - пробормотал я. Хотя если задуматься, то девушка, носящая мужское кимоно и доспехи — тоже не особо исторично. Лично я одеваюсь так, чтобы не выделяться. У нас в Боске самая распространенная одежда — это штаны и рубашки, довольно похожие на современную одежду европейского стиля, но гораздо более свободные. Подпояшешься ремнем или даже веревкой — и выглядишь как простой, но приличный парень. Хотя я все же немного завидую Хильде, которая имеет возможность даже в этом мире одеваться, как японка…
Я взял свою рубашку и хильдино кимоно и обернул их вокруг Гномьего Рогатого Шлема со Спиленными Рогами (надеюсь, я смогу найти ему недорогую и удобную замену). Получился не очень большой, но все же весьма приличный шарик, который я затянул хильдиным оби.
– Да уж, маловат он для такого кабанчика… - подвел итог я. - Надо будет сделать все очень быстро.
Хильда, которая теперь стояла, опираясь на копье, задумалась о чем-то и ничего не ответила.
– Хильда-сан? - окликнул ее я. - Ты готова?
– Хироко, - вдруг сказала она. - Хошино Хироко — так меня звали в Японии... Можешь называть меня так, когда больше никто не слышит.
– Значит, Хошино-сан?
– Просто Хироко. Уже слишком поздно начинать звать меня по фамилии.
– Ну, я делал это, потому что в этом мире у нас одинаковая фамилия. Теперь, когда я знаю твою настоящую…
– Отставить фамилию. Просто Хироко. И без суффикса. Ты видел меня без одежды, в конце концов.
– Так только спину ведь… - попытался оправдаться я.
– Тебе мало, что ли? - сурово зыркнула на меня Хироко, о которой я еще равно думаю, как о Хильде. - Пойдем уже.
– Понял… - вздохнул я, подставляя ей плечо. - Пойдем... Хироко.
Девушка хихикнула, довольная. Как-то не вовремя она все это затеяла, да? Мы побрели к выходу из пещеры. До нас донеслось злобное хрюканье и какие-то еще звуки. Похоже, вепрь уже почуял наше приближение и чуть ли не прыгает там от нетерпения. Они с Хильдой, то есть Хироко, не родственники случаем? Может кабан — вообще Герой Мужества одного из предыдущих призывов?
– Сам ударишь или мне? - спросила Хильда, протягивая мне копье. Да у меня ж руки трясутся, и я вообще не мастер точных ударов! Из лука-то обычно можно пару раз промахнуться, пока не пристреляешься, но сейчас попытка у нас всего одна… И все же я взял копье.
– Ты лучше готовься. Надо вовремя крикнуть.
– Угу… Давай все же привяжемся веревкой, - предложила девушка. - Не хватало, чтоб ты сбежал в решающий момент.
– Не хватало, чтоб ты снова бросилась в погоню и свалилась в какое-нибудь ущелье, - парировал я. - Вяжи, но только за пояс.
– За пояс, так за пояс, - пожала плечами Хильда. - За руки как-то романтичнее было…
Она несколько раз обмоталась веревкой и протянула другой конец мне. В надежности этой веревки можно не сомневаться — даже Герой Трусости может спуститься по ней в пропасть, а это явный показатель качества. Другое дело, что сегодня этот Герой Трусости смог привязать себя веревкой к самой неугомонной и проблемной героине в истории шести призывов… Наверное, когда к смерти ведут пятнадцать тысяч путей, примерно все уже одинаково опасно.
Мы шагнули навстречу кабану и он встретил нас громоподобным ревом.
– Давай, Фудо-сан, чего стоишь?!
– Прикидываю… - отозвался я, хотя рассчитывать тут можно было только на то, что мудрое копье поймет мои намерения и само подкорректирует удар. Покрепче сжав древко одной рукой и плечо Хильды — другой, я направил оружие в глотку вепрю…
Как я и предсказывал, кабан сжал челюсти, чтобы перекусить копье. Фига с два лютый монстр позволит убить себя ударом в рот… Но я уже успел укоротить копье и вытащить его из захлопывающейся пасти, оставляя нашу «посылку» внутри. Все. Теперь от меня ничего не зависит. Можно зажмуриться и заорать.
Вепрь вновь щелкнул зубами, и даже сквозь свой крик я услышал хруст разрываемого его клыками шлема… А затем все звуки перекрыл Львиный Рев. Прекратилось все — даже счетчик исчез из моего подсознания и остался только чудовищный вопль. И темнота.
Казалось, любому, кто раскрыл секрет Львиного Рева, должно быть не сложно защититься от него. Но это самообман. При использовании этой жуткой способности ничего не зависит от действий потенциальных жертв — лишь от мастерства того, кто кричит. Потому что время, когда он будет кричать, выбирает он сам. Ты не станешь одновременно кричать и пить или кричать и жевать. Даже кричать и плеваться одновременно не получится… Копьем я забросил в пасть вепрю кулек из одежды и шлема, и в тот момент, когда он попытался разобраться с этим «угощением», у Хильды появился шанс.
По идее, теперь я должен был крепко держать нашу героиню, чтобы не дать ей броситься за вепрем в погоню, но я вырубился от испуга и не помню даже, как Хильда закончила орать… В конце концов, я услышал, что она зовет меня. Похоже, я лежал на полу пещеры, и она лежала рядом.
– Фудо-сан, ты живой?
– Еще не знаю… - простонал я, не открывая глаз. - У нас что-нибудь получилось?
– Да. До момента, когда ты упал в обморок, все выглядело весьма героически.
– Ну и пофигу. Я нагеройствовался на год вперед…
– А я, похоже, сломала пару ребер, пока кричала...
– Поверь, я оценил твое выступление из самого первого ряда… О, счетчик вернулся. Всего тысяча триста путей к гибели и целых сорок два пути к спасению. Чувствую, как ко мне возвращается жизнь!
– Самое время, - усмехнулась Хильда. - Кабанчик еще не скоро сможет ко мне приблизиться, но нам все равно стоит убраться отсюда.
– Ты имеешь в виду — уползти… Или мне снова нести тебя на руках?
– А почему бы и нет? Я заслужила. Это была первая единоличная победа героя над лютым вепрем!
– Единоличная, значит, да? - фыркнул я.
– Нууу… Может быть, тебя стоит и посчитать где-нибудь за половинку героя…
Тут я дал ей подзатыльник. Я — Герой Трусости. Мне можно.
Обновлено: 07.04.2026