Проводив госпожу Чэнь, Сюй Чжинань снова осталась одна. В салоне воцарилась тишина. Погода в последнее время стояла душная и влажная: если делать крупные татуировки, заживление проходило тяжело. К тому же сессия, конец семестра, клиентов стало заметно меньше, чем в другое время года.
Сюй Чжинань: [Какое еще «дать консультацию»?]
Брат Цинъе: [Вечером заберу тебя из университета?]
Сюй Чжинань сидела за столом в тихом салоне, подперев щеки ладонями, и уставилась на телефон перед собой, слегка нахмурившись. Растерянно, даже немного мученически. Если речь шла о профильных предметах — это одно, но «Новая история Китая»… Она сама слушала эти лекции вполуха. Так что «консультировать» кого-то в этом — сплошной позор.
Подумав немного, она набрала:
[Через пару дней, ладно? Я сначала разберусь с материалом, так как сама пока не повторяла.]
Когда сообщение дошло, Линь Цинъе находился в компании Chuan Qi Entertainment. Он усмехнулся, убрал телефон и поднял взгляд на сидящего напротив Ван Ци. Ван Ци — продюсер с «Penguin Video» *, сейчас занимался подготовкой нового шоу — конкурса певцов. Ему нужны были и известные исполнители, и новые лица.
П.п.: это завуалированное название платформы Tencent Video (腾讯视频) — одной из крупнейших стриминговых платформ Китая, так, как логотипом данной платформы является пингвин.
Линь Цинъе оказался идеальным кандидатом: свеж, но с именем и фан-базой. С тех пор, как он получил «Golden Melody Award», вокруг него не стихал интерес, а его коммерческая привлекательность только росла.
— Девушка, да? — с усмешкой спросил Ван Ци, глядя на него.
— Дядя Ван, — лениво протянул Линь Цинъе, — не начинайте допрос.
Их семьи давно знали друг друга, поэтому он мог позволить себе говорить с ним неформально.
Ван Ци рассмеялся, ткнул его пальцем в плечо:
— Эх, ты! С тобой, как всегда, ничего не поделаешь. Но если уж собираешься в шоу-бизнес, научись вовремя разбираться со своими делами. Заранее все продумай.
— Угу, — коротко отозвался Линь Цинъе. Понял ли он хоть что-то из сказанного — было неясно.
— Команда уже готовит промо к шоу. Если есть время, не против прямо сейчас записать демо? Мы выложим отрывок, чтобы подогреть интерес.
Линь Цинъе подписал контракт и поднялся:
— Хорошо.
***
В студии звукозаписи команда выбрала его знаковую песню — «Акация».
Ван Ци, надев наушники, сел рядом с оператором.
— Готов?
Линь Цинъе показал жест «ОК». Выглядел он, как всегда, спокойно, без малейшего признака волнения, словно это не первая официальная запись, а просто репетиция.
Инженер вывел звук, заиграли первые аккорды. В закрытом помещении музыка заполнила все вокруг. Линь Цинъе слегка поднял подбородок, придвинулся к микрофону, полуприкрыв глаза.
— Между мною и миром —
ты пропасть, ты топь,
ты бездна, что тянет на дно.
Ты — решетка, ты — стена,
ты — знак на щите,
что навеки отпечатан в нем.
Ты — девочка, свет,
а я — уродливый зверь,
ползу в темноте,
где сплетается ночь и весна.
И вдруг — вспышка зари,
ты берешь ружье,
а я становлюсь твоей жертвой,
твоей тенью, твоим грехом…
Голос юноши звучал низко, чисто, почти небрежно, но в нем было что-то, что цепляло, заставляло слушать. Ван Ци, глядя на него через стекло, наконец понял, почему даже случайные видео с его выступлениями в барах уже столько лет собирали толпы поклонников. Некоторые люди просто рождены для света софитов.
***
Когда Сюй Чжинань вышла из салона, уже смеркалось. Поужинав в столовой, она вернулась в общежитие. Преподаватель по «Новой истории Китая» недавно дал список ключевых тем и вопросов, которые могут попасться на экзамене, но ответов не предоставил. В комнате никого не было. Сюй Чжинань открыла ноутбук, нашла в учебнике нужные разделы и начала печатать ответы.
— А-Нань, солнышко! — раздался звонкий голос у двери. Жуань Юаньюань, на каблуках и с серебристым чемоданчиком, вошла в комнату. Она часто уезжала домой на выходные и возвращалась к воскресенью.
Сюй Чжинань повернулась.
— Ты уже вернулась?
Юаньюань подошла ближе, заглянула в экран.
— Чем занимаешься?
— А… — Сюй Чжинань слегка смутилась. — Скоро экзамен по истории, вот повторяю.
— Ты серьезно?! По таким предметам ты еще и конспекты делаешь?
— Да не особо. Просто делать нечего, вот и решила записать, — улыбнулась она.
— Собираешься потом распечатать?
— Угу.
— Тогда сделаешь и мне копию, ладно?
— Хорошо, — кивнула Сюй Чжинань, продолжая печатать.
В комнате они жили вчетвером. Чжао Цянь и Цзян Юэ не ладили с Юаньюань. Хорошо, что их сейчас не было, иначе разговор наверняка закончился бы ссорой.
Пока Юаньюань раскладывала вещи, она вдруг спросила:
— Кстати, А-Нань, говорят, ты будешь ведущей на выпускной церемонии у четвертого курса?
— Да, но нас там будет несколько. Остальные — с факультета радиовещания.
— А программа уже готова?
— Пока нет.
Юаньюань лукаво улыбнулась, прищурив глаза.
— Когда будет, покажешь?
Это не было секретом, поэтому Сюй Чжинань без колебаний согласилась:
— Конечно.
Но тут она вдруг вспомнила, как вчера Чжао Цянь между делом упомянула о ее планах, и, немного помедлив, спросила:
— Ты ведь в этот день собираешься признаться Линь Цинъе, да?
— Ого, — Юаньюань приподняла брови, — а ты осведомленная, смотрю.
Сюй Чжинань замялась. Хотела что-то сказать, может, отговорить, но так и не нашла слов и просто промолчала.
***
Знакомство Сюй Чжинань и Линь Цинъе, можно было назвать мелодрамой. Это случилось еще на первом курсе, когда она только поступила и уже стала самой обсуждаемой девушкой университета. После поступления она присоединилась к художественному клубу.
Однажды на выходных члены клуба решили пойти в бар. Там подавали напитки, похожие на безобидные коктейли, но до невозможного крепкие. Сюй Чжинань, не зная меры, незаметно для себя перебрала. Щеки вспыхнули, голова кружилась. Она пошла в туалет, чтобы умыться. Но, выйдя оттуда, наткнулась на мужчину, который преградил ей путь, продолжая говорить какие-то грязные вещи. Алкоголь бил в голову, ноги подкашивались, она держалась за стену, сердце стучало глухо и быстро.
И вдруг за спиной прозвучал голос:
— Эй.
То была их первая встреча.
Линь Цинъе стоял, облокотившись на стену, с сигаретой в зубах. Холодный, дерзкий, с ленивой ухмылкой — будто сам воздух вокруг него был другим.
Мужчина, приставший к ней, явно узнал его — мгновенно напрягся.
— Что, — буркнул он, — тебе чего?
Линь Цинъе стряхнул пепел, уголки губ чуть приподнялись.
— Она — со мной.
Сюй Чжинань понимала, что он сказал это, чтобы просто отогнать того типа, но все равно застыла.
Она потом не раз думала — правильно ли было их знакомство. С одной стороны, да, ведь после этого все между ними началось. А с другой — если бы не та ночь, они, может быть, и вовсе никогда бы не пересеклись.
Обновлено: 03.02.2026