Линь Яомянь долго запиналась, а взгляд Сун Хуайцзиня становился всё мрачнее. Если она не найдёт разумного объяснения, её плечо снова окажется покусанным.
— Мне кажется, этот браслет слишком дорогой. Я целыми днями бегаю по университету — вдруг потеряю?
Выражение лица Сун Хуайцзиня смягчилось, и он ответил:
— Потеряешь — купим новый.
Их мысли явно шли в совершенно разных направлениях.
Линь Яомянь честно призналась:
— Меня уже несколько раз спрашивали, где я купила этот браслет. А я обычно не ношу такие дорогие вещи…
В интернете популярна шутка о том, что если едешь на «Роллс-Ройсе», любая сумка кажется настоящей, а если в метро, то даже оригинал выглядит подделкой.
— Почему бы просто не сказать, что это подарок от парня? — спросил он.
Выбирая подарок, он продумал всё до мелочей. Сумочку дарить бессмысленно, потому что она её носить не станет. Одежда тоже не вариант, ведь нельзя же ходить в одном и том же каждый день. Косметика и средства для ухода бесполезны, так как парни всё равно не заметят.
Ему нужен был предмет, который бы постоянно находился при ней, своеобразный знак собственности, причём такой, чтобы при одном взгляде на него у других сразу пропадало всякое желание приближаться.
Поэтому Сун Хуайцзинь выбрал самый распространённый классический дизайн, но в исключительно редком цвете, чтобы, попробовав лучшее, она уже не стала смотреть на всякий ширпотреб.
С лёгкой угрозой в голосе он потребовал:
— Завтра же наденешь. Иначе решу, что тебе не нравится подарок, и буду покупать новые, пока не найдёшь тот, что по душе.
Зная его характер, Линь Яомянь предпочла не спорить и сдалась без боя:
— Ладно, ладно, завтра же достану его из шкатулки.
На самом деле браслет доставлял ей неудобства, так как мешал писать и печатать, вызывая странное ощущение инородного тела на запястье, поэтому приходилось каждый раз снимать его перед работой.
После нескольких совместных обсуждений Вэнь Мяодун заметила эту особенность и, узнав причину, одобрительно кивнула:
— Твой парень знает толк.
Линь Яомянь восприняла это как обычную шутку.
С приходом лета температура в Пекине взлетела до небес, словно на ракете, и жара постепенно захватывала город.
Перед самым окончанием семестра Кан Синьянь спросила Линь Яомянь, не хочет ли та остаться в новостном отделе на следующий год, так как по её мнению, Линь идеально подходила на роль руководителя, будучи ответственной и терпеливой.
Но Линь Яомянь вежливо отказалась, объяснив, что планирует завершить все основные предметы на третьем курсе, чтобы на четвёртом уехать по программе обмена, поскольку зарубежный опыт существенно улучшил бы её резюме.
Кан Синьянь ответила:
— Вот видишь, а ты сомневалась! На втором курсе тебе не хватало уверенности, а теперь у тебя и публикации, и стипендия.
В один особенно душный день Линь Яомянь и Юань Маньсян, уставшие от подготовки к экзаменам, решили сбегать за чем-нибудь холодным и сладким, но не успев определиться с выбором, они столкнулись с Е Цзяюань, которая зашла в общежитие за вещами.
За весь семестр она появлялась здесь считаные разы, только чтобы забрать необходимые вещи, но никогда не оставалась на ночь.
Вообще, администратор уже предупредила их, что Е Цзяюань выписалась из общежития, и вскоре на её место могут подселить кого-то другого.
Ожидаемый финал, но теперь это не имело значения.
Потеряв надежду на баоянь, семья Юань Маньсян решила отправить её на магистратуру в Англию, а девушка, не слишком сильная в английском, хотела выделить больше времени на подготовку к IELTS и планировала на третьем курсе снять квартиру у восточных ворот кампуса.
Если Юань Маньсян съедет, Линь Яомянь не хотела оставаться в комнате с новой соседкой, так как это было бы слишком уж хлопотно.
Второй курс ещё не закончился, но уже чувствовалось, как жизнь разводит их в разные стороны, и хрупкий баланс, сохранявшийся в комнате два года, наконец рухнул.
Е Цзяюань выглядела совершенно обычной. Она без сожалений выбросила оставшиеся мелочи в мусорное ведро и упаковала последние вещи в чемодан.
Распахнув дверь, она вдруг обернулась и с презрением бросила Линь Яомянь:
— Кстати, на той вечеринке, где был твой парень, вокруг него толпились девчонки, выпрашивая контакты. Просто к сведению.
Линь Яомянь остолбенела, а дверь захлопнулась с грохотом.
Юань Маньсян в тот момент возненавидела Е Цзяюань всей душой, и её чуть не хватил удар от возмущения.
— Да она специально! — зашипела она, развернувшись на стуле. — Даже уходя, не могла не гадость сказать!
Немного поостыв, Юань Маньсян взяла подругу за руку и предложила:
— Не слушай эту дуру. Пойдём за таро-десертом.
Линь Яомянь молча кивнула, накинула лёгкую куртку от солнца, и они вышли из общежития.
Полуденное солнце било прямо в лицо, вызывая раздражение и желание поскорее скрыться в тени.
Пока Юань Маньсян оживлённо объясняла продавцу, что именно они хотят, Линь Яомянь рассеянно наблюдала, как кроны деревьев отбрасывают на асфальт причудливые узоры.
Она знала, что Сун Хуайцзинь ходил на прощальную вечеринку, потому что он говорил, что несколько его друзей скоро уезжают за границей, но о девушках, просивших его контакты, он не упомянул ни слова.
Обновлено: 20.01.2026