Глава 69 — Глава 69. Пусть друг умрет, а я останусь..

Ли Цзинхун ушёл, не оборачиваясь. Эффектно и небрежно. Он оставил за спиной лишь ошеломлённую Сяо Цинъянь, из глаз которой беззвучно покатились слёзы. Она никогда не была слабой, но сейчас совладать с собой не получалось. Ни один человек за всю её жизнь не относился к ней так хорошо, как Ли Балян. И уж тем более никто и никогда не помогал ей так, как он. — Он отказался уходить? — раздался тихий и мягкий голос. Рядом незаметно появилась Сяо Цзыюнь. Сяо Цинъянь с силой сжала губы и кивнула. — Этот болван... Он что, возомнил себя спасителем мира? Да кто он такой? С чем он пойдёт против семьи Лу? Он что, решил умереть вместе с семьёй Сяо? — Эх... — Сяо Цзыюнь со сложным чувством взглянула на распахнутые двери виллы, и сердце её дрогнуло. — Тётушка, я жалею... Я жалею, что вообще его встретила, — прошептала Сяо Цинъянь, и слёзы хлынули из её глаз, словно прорвавшаяся плотина. *** Войдя в дом, Ли Цзинхун увидел Чжан Линъюня, который сидел на диване и о чём-то напряжённо размышлял, нахмурив брови. Ли Цзинхун подошёл и с комфортом развалился рядом, закинув ногу на ногу. — Слушай, ты ведь на стройке пашешь. Тебя самого не утомляет целыми днями в костюме расхаживать? — с интересом спросил он, разглядывая пару свежих отпечатков ботинка на пиджаке Чжан Линъюня. — В этом-то ты и не разбираешься, братец, — усмехнулся тот. — Да, работка у нас не самая престижная, но держать марку — дело первой необходимости. — Потому что никогда не знаешь, когда тебе на пути встретится удача или знатный покровитель, — с совершенно серьёзным лицом добавил Чжан Линъюнь. — Ждёшь, пока какая-нибудь слепая богачка на тебя клюнет, подцепит, и ты из грязи в князи выбьешься? — с усмешкой протянул Ли Цзинхун. — В нашем мире смеются над бедностью, а не над проституцией. Продать себя за лучшую долю — не стыдно, — с важным видом заявил Чжан Линъюнь. — Лишь бы платили хорошо, а я и стальную балку в узел завяжу. Ли Цзинхун невольно рассмеялся. Этот Чжан Линъюнь и впрямь был забавным малым. Из тех, кто мог пробудить в нём, Ли Цзинхуне, искренний интерес. А таких людей во всей Поднебесной можно было по пальцам пересчитать. Сменив тон, Ли Цзинхун спросил: — А ты чего не ушёл? Я был уверен, что ты уже давно смылся через чёрный ход. И знаешь, я бы тебя не винил. В конце концов, у каждого в жизни своя роль. Он достал сигареты и бросил одну Чжан Линъюню. Последние слова были сказаны от чистого сердца. Чжан Линъюнь никогда не был из тех, кто готов поставить на кон собственную голову ради туманного будущего. Как он сам выражался, «умный под шаткой стеной не стоит», а работать головой куда престижнее, чем махать кулаками. Чжан Линъюнь затянулся так, что от дыма сощурились глаза. — Думаю, твоя жизнь всяко подороже моей будет. Если кому и помирать, то тебе первому. Раз уж ты не боишься, то и у меня нет причин для страха. Услышав это, Ли Цзинхун снова усмехнулся и смерил его взглядом. — Ставишь на кон свою собачью жизнь в надежде, что я — великий мастер, скрывающийся от мира? Крупная ставка, не находишь? — Я тут долго думал, но так и не смог представить, какие у тебя могут быть козыри, — задумчиво произнёс Чжан Линъюнь. — Будь ты человеком, которому тесно на вершине мира, ты бы не опустился до таскания кирпичей на стройке. — А если ошибёшься в ставке, будут проблемы. Один проигрыш — и прощайся с жизнью, — поддразнил его Ли Цзинхун. — Не волнуйся, Балян. Как только ситуация выйдет из-под контроля, я исповедую один принцип: главное — вовремя сделать ноги, — полушутя ответил Чжан Линъюнь. — И тогда не вини брата за свинство. Пусть друг умрёт, а я останусь. Ли Цзинхун не рассердился, а наоборот, рассмеялся. — И то верно. Кто-то же должен выжить, чтобы собрать трупы, так ведь? — Можешь не сомневаться, братец, я тебе найду мастера по фэншую, чтобы отыскал для тебя лучшее местечко с видом на горы, — хохотнул Чжан Линъюнь. — Иди к чёрту! Мне ещё жизнь пригодится, на неё большие планы, — смеясь, отругал его Ли Цзинхун. Он бросил недокуренную сигарету, откинулся на спинку дивана, закрыл глаза и мгновенно уснул. Улыбка сошла с лица Чжан Линъюня. Он снова нахмурился, в уме прокручивая все возможные сценарии дальнейших событий. *** На следующий день небо затянули хмурые тучи, влажный воздух стал плотным и тяжёлым, создавая гнетущее ощущение. Словно сама природа предвещала беду. Когда Ли Цзинхун проснулся, в траурном зале всё ещё играла похоронная музыка. Члены семьи Сяо не спали всю ночь, все были подавлены и сломлены. Казалось, каждый чувствовал неотвратимое приближение катастрофы. — На самом деле, тебе не о чем жалеть и не из-за чего чувствовать себя виноватым, если ты бросишь семью Сяо, — тихо подошла к нему Сяо Цзыюнь. — Уходи сейчас, ещё не поздно. Ли Цзинхун повернул голову и посмотрел на неё. — Поздно. С этими словами его взгляд устремился вдаль. Сяо Цзыюнь вздрогнула и проследила за его взглядом. Длинная вереница машин на высокой скорости приближалась к вилле. Кортеж остановился у ворот. Из автомобилей высыпали десятки крепких мужчин в чёрных костюмах. Из головной машины в их окружении вышел элегантный молодой человек. Глаза Ли Цзинхуна опасно сузились, а лицо стало мрачнее тучи. Лу Сяотянь. Явился лично. Хоть Ли Цзинхун и ожидал этого, в решающий момент его сердце всё равно тяжело ухнуло. — Какая трогательная картина! Надо же, не думал, что в семье Сяо собрались такие почтительные детишки, — протянул Лу Сяотянь, остановившись у входа в траурный зал. — Раз вы так убиваетесь по ней, может, составите Чжан Инмэй компанию на том свете? Как вам идейка? Вся семья Сяо ощетинилась, словно перед лицом смертельного врага. На их лицах читались гнев и страх. Даже не зная Лу Сяотяня в лицо, по одной этой процессии было ясно — гости пожаловали не с добром. — Ты кто такой? Из семьи Лу? — ледяным тоном спросила Сяо Цинъянь. Заметив её, Лу Сяотянь на мгновение замер, поражённый красотой девушки, и его глаза загорелись. — Не ожидал, что в семье Сяо найдётся такая первоклассная штучка. Я решил, что оставлю тебя в живых. В качестве питомца. Он улыбнулся, как ему казалось, неотразимо. — Ах да, позвольте представиться. Меня зовут Лу Сяотянь. Полагаю, вы все обо мне наслышаны. При этих словах лица всех членов семьи Сяо вмиг стали белыми как полотно. Лу Сяотянь! Как они могли его не знать? Первый наследник семьи Лу, старший сын самого Лу Тяньсяна! Конец. Раз он пришёл лично, им всем конец. Никто их не спасёт. Сердца людей наполнились скорбью и полным отчаянием. — Лу Сяотянь, наши семьи никогда не враждовали. За что вы так с нами? — в голосе Сяо Цинъянь звенел лёд. — Зачем прибегать к таким подлым и низким методам, чтобы уничтожить нас всех до единого? Лу Сяотянь холодно усмехнулся. — Такая ничтожная семейка, как ваша, разумеется, не имела чести враждовать с домом Лу. А вот Сяо Поцзюнь — совсем другое дело. Винить вы можете только его. Он выбрал не ту сторону и совершил фатальную ошибку. Кое-кто не желает, чтобы семья Сяо продолжала существовать, так что я тут бессилен. Слова эти прозвучали с нескрываемым презрением. Члены семьи Сяо были потрясены. Только сейчас они узнали истинную причину своих несчастий. Оказалось, что все беды, обрушившиеся на них, были вызваны действиями Сяо Поцзюня. — Сяо Поцзюнь давно покинул семью! Если у вас есть к нему претензии, так и ищите его! При чём тут мы? — в ярости выкрикнул Сяо Юаньфэн. — Не волнуйтесь, Сяо Поцзюню не уйти. Скорее всего, он уже мёртв. А значит, и в существовании вашей семьи больше нет никакого смысла, — произнёс Лу Сяотянь так, будто был всевышним божеством, вершащим их судьбу. Сяо Поцзюнь... мёртв? Услышав эту страшную новость, Сяо Цинъянь пошатнулась и едва не рухнула без чувств. Но чья-то рука подхватила её, не давая упасть. — Он сказал, что тот мёртв, и ты поверила? — раздался спокойный голос Ли Цзинхуна. — Слишком много чести для него.