Том 4 Глава 46 — Рассказ. Любовь генерала Джейн 2

## Любовь генерала Джейн (Продолжение) Следующая неделя в бухгалтерии "КосмоКорпа" прошла для Джейн Доу в тумане цифр и мечтаний. Она щелкала калькулятором, сводила балансы, но ее мысли витали далеко от дебетов и кредитов. В блокноте, аккуратно прикрытом отчетом о квартальных расходах, расцветали эскизы: схематичные роботы с луками и стрелами в форме сердечек, сложные диаграммы траекторий полета, расчеты мощности силовых полей для гигантской голограммы. Грохот, получив новый план под кодовым названием "Операция: Купидонов Натиск", лишь глухо застонал, отчего на его каменной щеке образовалась новая трещина. *«Генерал,»* — пробурчал он по секретной связи, пока Джейн на совещании делала вид, что внимательно слушает про оптимизацию налогов, — *«Роботы-амуры? Серьезно? И этот... финальный аккорд? Голосовой модуль с песней? Вы уверены, что Феникс оценит серенаду в стиле диско от механической армии посреди перестрелки с Бандитами Болот?»* Джейн, не отрываясь от экрана презентации, незаметно нацарапала на салфетке: *«Абсолютно уверена, Грохот! Музыка – универсальный язык любви! И это будет эпично! Запускаем сегодня, ровно в 17:30, на набережной, когда он будет патрулировать сектор. И не забудь про конфетти – золотое, на этот раз!»* Грохот издал звук, похожий на обвал небольшой скалы. *«Эпично. Конфетти. Золотое. Понял.»* --- Набережная Нью-Веронии блистала в лучах заходящего солнца. Джонатан – Феникс – парил над водой, его плазменные крылья оставляли за собой мерцающий шлейф. Он только что нейтрализовал группу хулиганов, пытавшихся угнать плавучий ресторан с помощью гигантской магнито-рыбы (один из менее удачных экспериментов местных злодеев-изобретателей). Разрядив последнего "рыбака" легким шоком, Феникс обернулся, удовлетворенно выпрямив плечи. Именно в этот момент небо над набережной потемнело. Не от грозовых туч, а от роя стремительных металлических силуэтов. Сотни компактных дронов, стилизованных под пухлых херувимов с блестящими крыльями и миниатюрными арбалетами, вынырнули из-за небоскребов. Они сформировали в воздухе гигантское, мерцающее энергией сердце. На груди у каждого робота-амура загорелась надпись: "ДЖЕЙН <3 ФЕНИКС". Феникс замер, его брови поползли вверх. *«О, великие звёзды...»* — пробормотал он. *«Опять ЭТО?»* И тут началось. Роботы синхронно натянули тетивы. Вместо стрел из луков вырвались снопы искр, которые в воздухе складывались в сияющие, пульсирующие сердца. Они мягко летели в сторону Феникса, не причиняя вреда, но норовя прилипнуть к его броне или запутаться в перьях его крыльев. Одновременно из динамиков роботов грянул оглушительный микс диско-битов и синтезаторного перебора: *«Фе-ни-кс! О-го-нь сердца мое-е-го!* *Джейн зо-ве-ет тебя любовью свое-е-ей!»* Музыка была настолько громкой и навязчивой, что вибрировали витрины кафе на набережной. Прохожие, сначала перепуганные, теперь застыли в изумлении, некоторые начали притоптывать. Феникс, облепленный светящимися сердцами, выглядел так, будто попал в самый центр космической дискотеки для подростков. Его уверенность дала трещину, сменившись чистым, беспомощным смущением и раздражением. *«Хватит!»* — рявкнул он, пытаясь стряхнуть с себя налипшие сердечки. Плазма его крыльев вспыхнула ярче, готовясь испарить надоедливых купидонов. *«Прекратите этот идиотский концерт! И кто, в конце концов, эта Джейн?!»* В этот момент из-за угла здания выскочила Джейн Доу. Она была в своем офисном платье, с растрепанными от "паники" волосами и держала... гигантский кекс в форме сердца, украшенный золотой глазурью и миниатюрной фигуркой Феникса из мастики. Она сделала вид, что споткнулась о тротуарную плитку (спланированная неловкость!), и кекс полетел прямиком в сторону героя. *«Осторожно, мистер Феникс!»* — закричала она, прикрывая рот рукой в наигранном ужасе. *«Этот... этот ужасный рой! Они чуть не сбили меня с ног! Я... я испекла это для коллеги...»* Феникс, рефлекторно поймавший летящий кекс (суперскорость!), оказался в сюрреалистичной позе: в одной руке – гигантское сердце-кекс, все еще облепленный светящимися сердечками с дронов, под оглушительный аккомпанемент любовного диско. Он посмотрел на кекс, потом на Джейн, и в его глазах мелькнуло слабое подобие узнавания, смешанное с глубочайшим недоумением. *«Вы...»* — он прищурился, пытаясь вспомнить. *«Бухгалтерия. Пятый этаж. Кофе с арахисовым сиропом... Мисс Доу?»* Джейн едва не подпрыгнула от восторга. *«Да! Да, это я, Джейн Доу!»* — ее сердце бешено колотилось. *«Мисс Доу,»* — Феникс медленно опустился на тротуар, все еще держа кекс, как неудобную трофейную вазу. Музыка роботов достигла кульминации. *«Скажите честно. Эти...»* — он кивнул в сторону поющих дронов, один из которых пытался прицепиться светящимся сердечком к его шлему, — *«...это не ваших рук дело?»* Джейн покраснела до корней волос. *«Я? О, нет-нет-нет!»* — она замахала руками, изображая крайнее смущение. *«Я просто... испекла кекс! И шла домой! А эти... эти ужасные машины! Наверное, опять какой-нибудь сумасшедший злодей... с плохим вкусом в музыке!»* Феникс вздохнул, звук потонул в завываниях синтезатора. Он посмотрел на кекс, потом на Джейн, потом снова на кекс. Его взгляд стал подозрительным, аналитическим. *«Странные злодеи в этом городе. Сердечки, диско, кексы...»* — он отломил кусочек мастичного Феникса и задумчиво положил в рот. *«...Вкусно, кстати. Спасибо. И... будьте осторожнее, мисс Доу. Кажется, вы каким-то мистическим образом оказываетесь в эпицентре самых... нелепых атак.»* Прежде чем Джейн успела что-то ответить, в небе появился сигнал бедствия – где-то на другом конце города роботы-мусоровозы вышли из-под контроля. Феникс поморщился. *«Мой выход. Этих поющих гаджетов...»* — он махнул рукой в сторону дронов, — *«...пусть разбирается служба утилизации особых отходов.»* Его крылья вспыхнули, и он взмыл вверх, унося с собой гигантский кекс и несколько намертво прилипших к его спине светящихся сердечек. Один золотистый лепесток конфетти медленно опустился Джейн прямо на нос. Она стояла, глядя ему вслед, смесь разочарования и безумной надежды щемящим комком застряла в горле. Он взял кекс! Он съел кусочек! Он *почти* заподозрил! Грохот, наблюдавший за фиаско из фургона "Службы утилизации" (пришлось импровизировать), включил связь: *«Генерал?»* — в его голосе звучала каменная усталость. *«Отчет о миссии. Роботы-амуры деактивированы службой героев. Тридцать семь единиц повреждены при задержании... танцующими пенсионерами. Голограмма не сработала – перепутали кабель питания с антенной кофемашины. Золотое конфетти... забило канализацию на набережной. Оценка ущерба... астрономическая. И... Феникс улетел. С кексом.»* Джейн коснулась лепестка конфетти на носу, потом подняла с тротуара крошечный, искрящийся наконечник "стрелы" от одного из дронов. Она улыбнулась сквозь подступившие слезы. *«Он взял мой кекс, Грохот,»* — прошептала она в микрофон, спрятанный в воротничке. *«И он назвал мое имя. Дважды. Это... прогресс.»* Вернувшись в свою крошечную квартирку, Джейн поставила на полку рядом с кофейным стаканчиком золотистый наконечник стрелы и крошечный кусочек мастики, упавший с кекса. Генерал Тень, чья воля могла останавливать войны и сдвигать горы, с трепетом прикасалась к этим ничтожным трофеям. За окном, на небоскребе, рекламный экран показывал репортаж: Феникс героически тушил взбунтовавшихся мусоровозов, при этом со спины ему торчало несколько упрямо светящихся розовых сердечек, а золотистые блестки конфетти переливались в свете прожекторов. Джейн засмеялась, и смех ее звучал одновременно радостно и горько. «Гигантская поющая голограмма не сработала...» — размышляла она вслух, глядя на экран. «Роботы-амуры – частичный успех, но нужна доработка... Может... живая скульптура из лавы в центре города? В его образе? С табличкой "Люблю тебя, Джейн"?» Она задумчиво потерла подбородок. «Или... нет. Что-то более... изящное. Что-то, что заставит его *увидеть* меня. Не бухгалтершу. Не помеху. Меня.» Она вздохнула, сжимая в руке золотой наконечник стрелы. Любовная война генерала Джейн только начиналась, и ее следующим оружием могло стать что угодно – от извержения вулкана, рисующего в небе признание, до армии говорящих голубей-почтальонов с сонетами. В мире, где управление погодой было рутиной, а превращение в желе – поводом для шутки, ее абсурдная, всепоглощающая любовь оставалась самой непостижимой и могучей силой во Вселенной.