Едва Сюй Цин ступил на улицу Цзинся, как почувствовал аромат, от которого все поры на его теле раскрылись от удовольствия.
Мимо лавки с благовониями и свечами доносился чистый аромат плодов коричного дерева и особый запах животного жира от воска.
У лавки с ритуальными бумажными изделиями витал тот самый, сводящий с ума запах, словно на могиле только что сожгли поминальные деньги.
Чуть дальше, в гробовой лавке, хоть и не было ничего съедобного, но свежий аромат нелакированного дерева действовал на него так же, как мягкая постель на уставшего после ночной смены человека.
Так и хотелось ворваться внутрь, найти самый прочный гроб и проспать в нём несколько дней…
Идя по улице похоронных принадлежностей, Сюй Цин чувствовал, как у него на душе скребут кошки. В голове проносились картины, как он с хрустом жуёт свечи, вдыхает аромат благовоний и, насытившись, засыпает в гробу.
Силой воли он подавил эти сумбурные мысли. Очнувшись, он обнаружил, что уже стоит перед лавкой, купленной Лю Юдао.
Вход в лавку состоял из шести съёмных досок. В зависимости от надобности, можно было снять любое их количество.
Например, в плохую погоду, в сильный ветер или снегопад, можно было снять всего одну доску. А в ясный, солнечный день — убрать все и распахнуть двери для посетителей.
Сюй Цин поднял голову и посмотрел на вывеску с чёрными иероглифами на ней. Краска была свежей, видно, что лавку открыли недавно.
Благодаря знанию «Книги Писаний», он без труда прочитал два иероглифа: «Похоронное бюро».
Так называемые «угуны» в древности занимались переноской тел, их одеванием, переноской гробов, рытьём могил, перезахоронением и проведением похоронных ритуалов.
— Наконец-то!
Сюй Цин достал сумку, снятую с Лю Юдао, порылся в ней и нашёл в потайном кармане ключ от лавки.
Отперев замок и сняв одну доску, он, благодаря своему ночному зрению, легко разглядел обстановку внутри.
Прилавок, два гроба из тёмного дерева у западной стены, на полках у восточной стены — инструменты для омовения тел и различные баночки с косметикой для покойников.
В юго-восточном углу стоял алтарь с поминальными табличками.
Сюй Цин подошёл ближе и увидел, что это алтарь в честь учителя Лю Юдао.
Осмотрев лавку, Сюй Цин прошёл в небольшой дворик за ней.
Сейчас он был похож на покупателя, осматривающего дом: он заглянул в каждый угол, оценил фэн-шуй и даже открыл решётку в простом туалете во дворе, чтобы заглянуть внутрь.
Осмотр его полностью удовлетворил.
Конь без ночного корма не жиреет, человек без лёгких денег не богатеет.
Кто бы мог подумать, что всего за одну ночь он получит то, на что погонщику трупов пришлось бы работать всю жизнь.
Но чтобы достойно унаследовать это состояние, ему нужно было продумать все детали.
Теперь он владел не только искусством погона трупов, но и разбирался в переносе останков, погребении и выборе могил не хуже любого другого погонщика.
С такими навыками он мог представиться учеником Лю Юдао и законно унаследовать его дело.
Вернувшись в лавку, Сюй Цин, у которого уже созрел план, нашёл две вещи.
Одну — кисть и чернильницу для ведения счетов на прилавке, другую — пустую поминальную табличку на полке.
Говорят, дьявол кроется в деталях. Раз уж он решил играть роль ученика Лю Юдао, то нужно было делать это по-настояшему.
Лю Юдао мёртв, и он, как ученик, должен был установить поминальную табличку в его честь. Иначе, если кто-нибудь спросит и захочет почтить его память, а у так называемого ученика даже таблички нет, это вызовет подозрения.
Сюй Цин, продумывавший всё до мелочей, взял кисть, чернила и табличку и подошёл к алтарю.
На алтаре уже стояла одна табличка с надписью, сделанной рукой Лю Юдао: «В память о почтенном учителе Ян Циине». Справа было написано: «Направлен бессмертными, заслуги совершенны», а в левом нижнем углу: «Недостойный ученик Лю Юдао со слезами установил».
Сюй Цин, подражая ему, взял кисть, обмакнул её в чернила и рядом с табличкой учителя установил новую.
В центре он написал: «В память об учителе Лю Юдао», справа: «Заслуги учителя будут жить вечно, путь учеников будет безграничен».
И в левом нижнем углу: «Непокорный ученик из рода Сюй с болью в сердце установил».
Сделав это, Сюй Цин взял три ароматические палочки, не удержался и несколько раз вдохнул их аромат, словно пробуя на вкус, а затем воскурил их в честь мастера Лю.
Только что зажжённая свеча рядом вдруг затрепетала, и тени в комнате заплясали.
Сюй Цин поднял бровь и заметил, что дверь во двор не закрыта, и оттуда дует ветер.
Но он отчётливо помнил, что закрыл её, прежде чем подойти к алтарю. Насколько же сильным должен быть ветер, чтобы её распахнуть?
Поразмыслив, Сюй Цин, словно что-то почувствовав, вдруг заговорил сам с собой:
— Лю Юдао, о, Лю Юдао, я не виню тебя за то, что ты превратил меня в цзянши. В конце концов, без тебя я бы давно превратился в прах. Теперь ты умер насильственной смертью, а я не только не смеюсь над тобой, но и продолжаю твоё дело, чтобы наследие твоего учителя не прервалось.
— По правде говоря, ты должен быть мне благодарен. Когда-нибудь, когда секта Тяньсинь, погубившая тебя, будет уничтожена, я, может, ещё и воскурю в твою честь благовония, чтобы сообщить радостную весть. Разве не прекрасно?
Странное дело, но как только Сюй Цин закончил говорить, ветер во дворе стих, а свеча, готовая вот-вот погаснуть, снова разгорелась ярким пламенем.
Кто знает, был ли это просто озорной ночной ветерок, или же неупокоенная душа…
Дождавшись пятой стражи, Сюй Цин, всё ещё бодрый, взял остро наточенный нож и, глядя в медное зеркало, начал сбривать с лица мелкие волоски.
Это были трупные волосы. Если их не убрать, то как бы хорошо он ни скрывал свою ауру, его всё равно могли бы разоблачить.
Сбрив волосы, он взял с полки кучу баночек с косметикой для покойников и, как девица перед зеркалом, начал пробовать разные оттенки.
К рассвету в зеркале отразился худой «молодой господин с почечной недостаточностью».
Сюй Цин внимательно осмотрел себя. Кроме болезненной бледности, ничего необычного в его внешности не было.
За окном запели утренние птицы, и на улице становилось всё больше голосов торговцев.
В Линьхэ наступил новый день.
Сюй Цин, одетый в длинную синюю одежду на толстой подкладке, прежде чем открыть дверь, некоторое время наблюдал через щель за редкими прохожими.
Посмотрев с полчашки чая, он выпрямился, стряхнул с рукавов несуществующую пыль и поправил воротник.
Наконец, он сжал гортань, пару раз кашлянул, проверяя голос.
Убедившись, что всё в порядке, Сюй Цин снял одну доску с двери и впервые открыто вышел из лавки.
Было ещё рано, на улице было мало людей. Дверь соседней лавки с погребальной одеждой была закрыта, а вот каменотёсная мастерская напротив уже работала вовсю: грузчики таскали мешки с известью и грузили их на повозку.
У Сюй Цина уже был готов сценарий на случай, если кто-нибудь подойдёт расспросить его, и он был уверен, что сможет ответить на все вопросы.
К сожалению, всё пошло не по плану.
Он довольно долго слонялся у двери, но никто к нему не подошёл, не говоря уже о том, чтобы поздороваться.
Хотя всё пошло не так, как он ожидал, он был этому только рад.
«Ну и пусть не подходят!»
Подумав так, Сюй Цин, всё это время бывший в напряжении, наконец расслабился.
Идя по улице, вымощенной булыжником, и глядя на снующих туда-сюда торговцев и пешеходов, он наслаждался этим ощущением возвращения в мир живых.
Пройдя через улицу Цзинся и выйдя на более оживлённую рыночную площадь, он смотрел на стариков, старух и молодых невесток, которые с самого утра пришли за покупками и, присев на корточки, выбирали овощи. Сюй Цин с упоением вдыхал этот густой аромат человеческой жизни.
Линьхэ располагался рядом с рекой Белых Песков, и благодаря развитому водному транспорту был важным транспортным узлом за пределами города Цзиньмэнь.
Так что, хоть Линьхэ и был всего лишь кварталом, он мало в чём уступал самому Цзиньмэню!
Проходя мимо лотка с яйцами, Сюй Цин вдруг почувствовал аппетит. Он достал несколько медных монет, купил несколько сырых яиц, проделал в одном из них дырочку и, посасывая содержимое, пошёл дальше.
Мясник на чисто вымытой каменной плите разделывал свиные потроха. Рядом в тазу дымилась ещё тёплая свиная кровь!
— С-с-с… — Сюй Цин резко вдохнул, и яйцо в его руке тут же показалось невкусным!
— Молодой человек, чего желаете? Всё свежее, только что зарезал!
Мясник достал промасленную тряпку, вытер об неё руки и посмотрел на бледного юношу, остановившегося у его прилавка.
— Почём свинина?
— Постная — восемнадцать вэней за цзинь, с жирком — двадцать два.
В те времена людям не хватало жира, поэтому жирное мясо стоило дороже постного. Если кто-то просил мясо с жирком, а ты отрезал ему слишком много постного, то мог ещё и нагоняй получить!
— А рулька?
— Рульку заказал управляющий из Павильона Весеннего Ветра, скоро повезу. Если хотите, приходите завтра.
— Хорошо! Тогда дайте мне несколько цзиней свиной крови. Я видел, как другие готовят её на пару, говорят, очень вкусно…
Мясник, недолго думая, взял кусок промасленной ткани и налил туда четыре-пять цзиней уже подсоленной свиной крови.
— Это же просто жидкость, не буду взвешивать. Давай на глаз, скажем, восемь вэней!
Сюй Цин отсчитал восемь монет и с кровью в руках покинул рынок.
Раньше он никогда не ел ни паровую, ни жареную свиную кровь, но сегодня ему очень захотелось попробовать.
Сырую кровь он, скорее всего, пить бы не стал. Хотя соблазн был велик, человечность, жившая в нём, всё же хотела, чтобы он был как можно больше похож на нормального человека.
Проходя мимо лавки с косметикой, Сюй Цин купил много румян и пудры. Для него сейчас это были стратегически важные вещи.
Даже став цзянши, нужно было ухаживать за кожей, чтобы лучше вписаться в мир живых.
А остатки можно было положить на полку в лавке и использовать, когда появится заказ на гримирование покойников.
Так, гуляя и делая покупки, Сюй Цин, когда собрался возвращаться, уже нёс в руках полные сумки.
«М-да, если так и дальше транжирить, то скоро все сбережения Лю Юдао закончатся!»
Ведь старик большую часть денег потратил на покупку дома и лавки, а оставалось у него не так уж и много!
Вернувшись на улицу Цзинся, Сюй Цин направился к своему похоронному бюро. На полпути он увидел, что у входа стоит человек и, съёжившись, топчется на месте, выдыхая пар.
«Может, он хочет зайти ко мне в лавку?»
С этим вопросом Сюй Цин подошёл ближе.
— Эй, ты кто такой? Где мастер Лю?
Увидев, что Сюй Цин достал ключ и открывает дверь, мёрзнущий человек тут же начал его расспрашивать.
Сюй Цин усмехнулся. Он всю ночь готовил сценарий, и вот наконец настал его час!
Он поднял печальное, поникшее лицо и хриплым, низким голосом спросил:
— Вы ищете моего учителя?
— Ты его ученик?
Сюй Цин кивнул.
— Вот и отлично! Быстро позови своего учителя! То, о чём мы договорились с господином Лю позавчера, нужно сделать сегодня, нельзя откладывать!
Сюй Цин долго молчал. Когда собеседник уже собрался спросить снова, он наконец сказал:
— Мой учитель вчера, к несчастью, скончался. Боюсь, сегодня ваше дело не получится сделать.
Слуга из поместья Лю явно опешил и машинально выпалил:
— Как так? Позавчера мастер Лю был жив-здоров, а сегодня его уже нет?
«…»
Сюй Цин бросил взгляд на болтливого слугу и сказал:
— У человека своя судьба. Вчера мы с учителем Лю ходили по делам в приют деревни Лю и, к несчастью, наткнулись на стражников, преследовавших еретиков. Если бы я не убежал, боюсь, сегодня вы бы и меня не увидели.
В его словах было семь долей правды и три — лжи. Даже если кто-то и начнёт расследование, то ничего не узнает.
Слуга не стал расспрашивать дальше, а лишь обеспокоенно сказал:
— Мастер Лю умер, а что же делать с похоронами нашего господина? Ваш учитель ведь взял задаток!
Сюй Цин не раздумывая ответил:
— Учителя нет, теперь я здесь главный. Сколько он взял, столько я вам и верну.
— Дело не в деньгах! Мой молодой господин сказал, что сегодня во что бы то ни стало нужно провести похороны! Если мы пропустим благоприятный день, то никакие деньги не помогут!
Сюй Цин удивился:
— Что за вздор ты несёшь? Я сегодня утром смотрел календарь. Сегодня благоприятный день для свадьбы и переезда, и неблагоприятный — для земляных работ и разрушения дома. Какой же это благоприятный день для похорон?
— Какая разница, благоприятный он или нет! Обо всём договорились твой учитель, моя госпожа и молодой господин, так что ошибки быть не может! — слуга от нетерпения топнул ногой, а затем вдруг сказал: — Точно! Ты же ученик старого мастера, значит, тоже умеешь всё это делать?
— Разумеется. Что умел учитель, то и я, его ученик, умею не хуже.
У Сюй Цина мелькнула мысль: это дело — отличный шанс укрепить его статус «выдающегося ученика» мастера Лю!
— Тогда так: задаток можешь не возвращать. Пойдёшь со мной, сделаешь это важное дело, а что касается остальной платы, если всё сделаешь хорошо, то не обидим!
Взявшись за незаконченное дело Лю Юдао, Сюй Цин вернулся в лавку, по памяти нашёл в «Книге похоронных ритуалов» всё необходимое для похорон и вместе со слугой отправился в поместье Лю.
Говорят, в поместье Лю недавно случилось большое несчастье.
Несколько дней назад господин Лю вместе с женой, сыном и управляющим отправился в новую баню в Линьхэ, чтобы смыть с себя грязь. Но в самой бане господин Лю при загадочных обстоятельствах скончался.
Сын и управляющий, видевшие всё своими глазами, в один голос утверждали, что в бассейне появился призрак, который и утащил господина Лю под воду, где тот и утонул!
Позже местная управа провела расследование и выяснила, что призрака видел не только сын господина Лю, но и другие посетители бани.
Правда, их показания разнились: кто-то говорил, что это был якша с синим лицом и клыками, кто-то — что это водяная обезьяна из реки за кварталом пробралась в бассейн по подземным каналам.
В общем, после того дня в ту баню больше никто не ходил!
Сюй Цин не знал о причине смерти господина Лю и не слышал странных слухов о бане.
Он знал только, что сегодня у него первый заказ с тех пор, как он стал хозяином похоронного бюро, и он должен выполнить его на высшем уровне!
Придя в поместье Лю, Сюй Цин ещё не вошёл в траурный зал, как увидел в толпе знакомое лицо!
Перед тяжёлым гробом из наньму стояла молодая женщина в траурной одежде, с прелестным личиком, тонкой талией и белоснежной кожей, и с кем-то спорила.
Да это же та самая девица из весёлого квартала, Су Хунсю, за которой так ухлёстывал несчастный книжник!
Сюй Цин, до этого чувствовавший себя скованно, вдруг развеселился.
Я Вечен
Трон Арканы
Лютый Татуировщик
Мой Белаз
Обновлено: 03.02.2026