— Самая вкусная свинина – та, что с хрустящей корочкой.
Философия помощника менеджера Панды была безупречна.
Я взял кусочек приготовленного им мяса, чуть макнул в соль и отправил в рот.
Раздался сочный хруст.
Когда коренные зубы впились в грудинку, жир тут же хлынул, заполняя рот.
Гармония мяса и жира ударила прямо в мозг.
— Вкусно.
Слова сорвались с губ сами собой.
— А наш Гваник–то знает толк, – отозвался Панда на мою искреннюю реакцию.
Я смешал коктейли и раздал сокомандникам.
На корпоративе было тихо.
Все собравшиеся были носителями бессмертной крови.
Даже тихий шепот здесь слышали все.
Из–за этого корпоратив напоминал не шумное застолье, а скорее коллективную молитву.
Глоть.
Один глоток пивного коктейля поверх сочного мяса.
«Кха, вот он – тот самый вкус».
Увидев это, тимлидер пробормотал себе под нос «блять» и тоже опрокинул стопку.
Тук.
Моя наставница коснулась моего плеча.
Я смешал ей «бомбу».
Затем смешал и себе.
Тимлидер, увидев это, снова выпил.
— Будешь сашими из лакедры? — Спросил сидевший рядом Панда.
— Отлично.
На столе была не только свиная грудинка.
Я устроился на работу в конце лета, прошла осень, и вот уже декабрь – год на исходе. А значит, сейчас самый сезон для лакедры. Наш господин директор позаботился, чтобы на столах было и сашими из нее, и из другой рыбы.
— Пожалуйста, сюда!
Панда поднял руку, подзывая одного из сотрудников в дальнем конце зала.
Вскоре на нашем столе появилось блюдо с сашими, нарезанным ломтиками толщиной в фалангу пальца.
Я взял палочками два кусочка лакедры, положил их на лист салата, добавил немного пасты макчан и ломтик чеснока, а затем завернул все это и съел.
Жирность рыбы смешалась с пастой макчан, устроив во рту настоящую чечетку.
Еда и выпивка.
Для Бессмертных обостренные чувства – и благословение, и проклятие.
Изощренный вкус делает большинство Бессмертных гурманами. Поэтому они терпеть не могут безвкусную еду и готовы душу продать за изысканное блюдо.
По этой причине столовая для Бессмертных была настолько хороша, что с ней не смогли бы потягаться даже все лучшие рестораны округи, объединись они в команду Мстителей.
И сегодня весь персонал этой столовой выложился на полную ради нашего корпоратива.
Даже соус ссамчжан был идеален.
Все приготовлено вручную.
А если добавить к этому мой «коктейль-бомбу» идеальных пропорций…
Это и есть вкус рая на земле.
— Недотёпа, пей в меру, – сказал тимлидер, осушая свой стакан.
«Сколько я там выпил, что он уже призывает остановиться?»
— Да, – ответил я.
— Ты выпил восемь стаканов, недотёпа.
«Уже столько?»
«Но почему я в полном порядке?»
Я еще никогда столько не пил.
Мать говорила, что если кровь Оборотня унаследована правильно, тело отвергает любые яды.
Следовательно, Оборотень не может опьянеть от алкоголя, который слабее яда.
Они могут совершать ошибки, опьяненные инстинктами, но состояние невменяемости из–за алкоголя для них исключено.
Однако во время инструктажа я уже испытал на себе действие наркотика.
Я думал, это из–за того, что я полукровка.
А теперь, выходит, алкоголь меня не берет.
Я не чувствовал ни малейшего опьянения.
Ощущение было, будто я пью какой–то горьковатый напиток, идеально сочетающийся с мясом и лакедрой.
Хотя нет, настроение, кажется, все–таки улучшилось.
Какой вообще смысл пить, если совсем не пьянеешь?
— Нажрешься и накосячишь – убью, – сказал тимлидер.
Я что–то невнятно промычал в ответ и продолжил пить.
Тимлидер, выпив еще три–четыре стопки, остановился.
— Еще стаканчик.
Моя наставница, очарованная идеальным коктейлем от бармена в моем лице, выпила еще несколько, а затем откинулась на спинку стула, закрыла глаза и пробормотала:
— Всех убью.
«Тьфу ты, напугала. Кого это „всех“?»
Я вздрогнул и посмотрел на наставницу.
— Это у нее привычка такая, когда напьется, – сказал Панда, не отрываясь от жарки мяса.
— Она всегда так, когда выпьет?
— То, что она говорит – это просто бормотание во сне. Ее пьяная привычка – засыпать. Когда придет время уходить, проснется, так что не трогай.
Сказав это, Панда за раз проглотил пять кусков сашими.
«Аппетит у него что надо».
Судя по тому, что алкоголь он пил лишь для того, чтобы запить еду, большим любителем выпивки он не был.
Панда положил мясо на тарелку тимлидера и спросил:
— Тимлидер, как думаете, я в следующем году смогу найти себе девушку?
— Я тебе что, гадалка?
«Значит, он не только ко мне такой язвительный».
— Не могли бы вы просто сказать что–нибудь хорошее?
— Да встречайся с кем попало.
— Как–то без души вы отвечаете.
— А ты чего ожидал?
Хрум–хрум.
На этот раз жарилась свиная шея.
Я закинул в рот сразу три куска и принялся жевать – это тоже было божественно.
Не знаю, где они его достали, но качество мяса было превосходным.
Панда и дальше продолжал задавать дурацкие вопросы.
Садиться ли на диету?
Идти ли в следующем году на свидание вслепую?
Покупать ли акции?
И почему у него вечно столько терзаний?
Тем временем к нашему столу подошел тимлидер 2-й группы внешней безопасности.
— Давай по одной.
— Не буду.
Он без обиняков предложил выпить, но, услышав отказ Тимлидера Сибаля, хладнокровно налил только себе и выпил.
Тимлидер 2-й группы, попробовав мой коктейль, нахмурился, а потом сказал:
— Вкусно.
«Почему этот тип, даже когда хвалит, хмурится?»
Я продолжал пить, и вскоре легкое опьянение все же настигло меня.
«Щеки горят».
Но похмелья, по крайней мере, не будет.
В лексиконе Бессмертных нет слова «похмелье».
Алкоголь, а точнее этанол, – это разновидность токсина. Попадая из желудка в печень, он классифицируется как яд и выводится. Наш организм расщепляет этанол до ацетальдегида, а другой фермент превращает ацетальдегид в уксусную кислоту.
Эта уксусная кислота затем выводится из организма.
Например, с мочой или потом.
Если процесс выведения проходит гладко, похмелья не бывает.
Если же ацетальдегид задерживается в теле – это и есть похмелье.
Тело Бессмертного расщепляет все это очень быстро.
Так что они могут наслаждаться опьянением, но не страдают от последствий.
Тело, которому позавидовали бы все выпивохи мира.
«Чему только не учил меня этот репетитор…»
Этому я научился не в компании, а у своего репетитора–отшельника.
— Первое и главное – досконально знать свое тело.
Репетитор постоянно это повторял.
Легкое опьянение заставило сердце колотиться. Выпитый «напиток для взрослых» согрел кровь.
Шум в столовой стал громче, чем вначале.
Народу собралось много, и стоило всем, охмелев, начать переговариваться, как зал превратился в базарную площадь.
Возможно, из–за притупленных алкоголем нервов все болтали счастливо и без претензий.
— Да нет же, придурок.
— В этом году все будет иначе. «Близнецы» станут чемпионами!
Некоторые, охмелев, делились несбыточными мечтами.
Здесь тоже живут обычные люди.
Бессмертные тоже говорят о профессиональном бейсболе.
— Если бы не ты тогда, я бы стал кормом для псов, да?
— Прекрати уже об этом. Мне и самому надоело.
Другие вспоминали былые стычки с Инвейдерами.
Я внимательно вслушивался в их разговоры, но стоило отвлечься, как все сливалось в неразборчивый гул.
«Это и есть белый шум?»
Я рассеянно прислушивался к гомону, и под стук собственного сердца мысли начали цепляться одна за другую.
И тут я встретился взглядом с тимлидером.
— Недотёпа, глаза опусти.
Мне вдруг стало любопытно.
Насколько я изменился с нашей первой стычки?
Я уставился на него, и он начал ухмыляться.
3-я команда, «гадкие утята», выжила лишь по одной причине.
Благодаря непревзойденным навыкам ее тимлидера.
Ту–дум.
Удары сердца отдавались в ушах.
Я спросил себя.
Насколько я нынешний отличаюсь от того себя, что безрассудно бросился на него в первый раз?
«Хочу проверить».
Желание и инстинкт, словно двуглавый змей, разожгли мою кровь.
Горячая кровь, бешено бьющееся сердце и выпитый по неосторожности коктейль развязали мне язык.
Слова, что сорвались с моих губ, шокировали даже меня самого, но тимлидер и бровью не повел.
— Не хотите серьезно со мной сразиться? Без регалий.
Если не сосредотачиваться, услышать, что говорит сосед, было уже трудно.
В зале стало настолько шумно.
Для Бессмертных даже шум уровня библиотеки – это уже шумовое загрязнение.
Так что никто не мог услышать моих слов.
Кроме сидевшего рядом Панды.
— Ты пьян? — Спросил он.
— Э–э, нет.
«Не думаю, что я настолько пьян».
«Что плохого в том, чтобы прямо говорить о своих желаниях?»
Когда я ответил, уголки губ тимлидера поползли вверх.
— Через пять минут в тренировочном зале.
Во взгляде промелькнуло предвкушение, словно он увидел новую забавную игрушку, но тут же исчезло.
Он сразу же встал и вышел.
— Ты с ума сошел? — Снова спросил Панда.
— Нет. Мой разум ясен.
Доказательством тому – мой не заплетающийся язык.
Я не сумасшедший. Это точно. И не пьян.
По крайней мере, не в стельку.
Я вдруг понял, что такое количество выпивки не способно затуманить мой разум.
Мне просто хотелось убедиться.
В первый раз наш поединок с тимлидером закончился парой ударов.
А что будет сейчас?
Я продержался дольше, потому что стал сильнее, или тимлидер просто поддавался?
Какое место я занимаю сейчас?
В детстве я видел, как он в одиночку стоял против сотен Инвейдеров.
А что насчет меня?
Я стремился стать таким же, но правильно ли я иду по этому пути?
На уровне, где меня всего лишь обгладывает стая Слепых псов?
Конечно, тогда я не мог использовать силу Оборотня.
Я скрывал себя. Это вошло в привычку.
Но что изменится, если я использую все свои силы?
Передо мной был сильнейший из всех Бессмертных, кого я когда–либо видел. Я хотел испытать себя в бою с ним.
— Я скоро вернусь.
— …У тебя что–то вроде инстинкта борьбы? — Спросил Панда, стряхивая жир с щипцов для мяса, которыми он только что орудовал.
«А, эм. Пожалуй, да».
Поразмыслив, я понял, что так оно и есть.
— Да, – бодро ответил я и встал.
Похоже, импульсы и инстинкты моей крови Оборотня склоняются именно в эту сторону.
Дорога к тимлидеру была донельзя радостной.
Столовая находилась на первом этаже, а тренировочный зал – на минус первом.
Я открыл дверь аварийного выхода и сбежал по лестнице.
Добравшись до зала, я увидел тимлидера. Он стоял, прислонившись к стене и глядя в экран смартфона.
В темноте свет экрана освещал его лицо.
«А он красив».
— Включить свет? — Спросил тимлидер.
— Не нужно.
Не знаю, за что мне выпала такая удача.
Кажется, я в полной мере унаследовал кровь и отца, и матери.
Отец был Бессмертным, так что для меня такая темнота – не помеха.
Тимлидер убрал телефон и положил его рядом.
— Прошлый спарринг был скучноват, не так ли?
«Тогда я вам и в подметки не годился».
— Нападай.
После слов тимлидера я оттолкнулся от пола.
Подошва моих повседневных туфель с силой терлась о пол, выталкивая мое тело вперед.
Лицо тимлидера мгновенно приблизилось.
Я выбросил левый кулак.
ХЛОП!
Воздух взорвался со звуком.
Тимлидер уклонился от моего короткого джеба, и его присутствие исчезло.
Зрение Бессмертного, пронзающее тьму, потеряло противника.
Чувства его тоже не улавливали.
Отвод глаз. Я сталкивался с этой техникой не раз и не два.
Я обострил все чувства.
«Концентрация», которой я научился во время операции с Чон Гинамом.
Расширенное восприятие искало противника.
Я отставил правую ногу назад и хлестнул левой, словно кнутом.
Чирк.
Мой лоу–кик лишь задел край его одежды.
Я продолжил комбинацию.
Джеб, прямой, хук.
Все, чему я научился с детства и что освоил до сих пор, обрушилось на тимлидера.
Тимлидер уворачивался.
Он отклонял и изгибал голову. В тот же миг я почувствовал недоброе и сам откинул голову назад.
Чирк.
«Черт побери».
Кулак тимлидера уже метил мне в подбородок.
Уклонившись от апперкота, я потерял равновесие.
Я завалился назад, оттолкнулся от пола и нанес сальто–удар.
ФУХ!
Удар полумесяцем тоже прошел мимо.
Я снова приземлился, принимая стойку, но тимлидер не атаковал.
Я искал его во тьме.
Нет.
Сзади. Я рефлекторно использовал силу Оборотня. Тело по моей воле взорвалось чудовищной мощью.
Я ударил локтем назад.
Плоть в обмен на плоть.
БАМ! ХРУСТЬ.
В голове будто молния ударила.
Получив удар в спину, я покатился по полу. Но мой локоть тоже ощутил отдачу.
Левая рука тимлидера должна быть сломана.
Я это почувствовал. Нужно было восстановить позу.
Затем разорвать дистанцию и…
Мысль не успела завершиться.
— Это была оплошность.
Голос тимлидера раздался у самого уха.
«Когда он успел?»
Он был прямо рядом. Я рефлекторно вскинул колено, но он легко ушел от атаки.
Я уперся опорной ногой, удерживая равновесие.
Тимлидер нанес удар здоровой правой рукой.
Я вытянул левую руку и перехватил его.
И тут же с другой стороны прилетела новая атака.
«Блядь, это же левая рука, сломанная рука!»
Раздумья были недолгими.
Я ударил тимлидера головой в лоб.
БАМ! ДЗИНЬ!
Я ударил лбом, но мощнейший удар ощутил затылком.
В голове снова сверкнула молния, и перед глазами все потемнело.
Меня накрыла тьма.
Нокаут.
Теряя сознание, я думал лишь об одном.
«Почему каждый раз, когда я дерусь с тимлидером, я отключаюсь?»
— Фух, вот же ублюдок.
Глядя на лежащего без сознания Гваника, Чжунбон вправил себе сломанную руку.
Нахлынула мучительная боль. Даже для древнего Бессмертного боль не исчезала.
Наоборот, чувства становились лишь тоньше и острее, но никак не слабее.
Это был процесс, позволяющий ступить на землю за гранью предела.
— Тимлидер. Он тоже использует «это»?
… спросил Донхун, который успел спуститься, широко раскрыв глаза.
Чжунбон, мысленно прокрутив бой, ответил:
— Нет.
— Но как тогда у вас сломалась рука?
Сломать руку тимлидеру Ли Джунбону, обладая силой обычного Бессмертного. Донхун попытался представить, возможно ли такое.
Немыслимо.
— После тебя он первый.
— Мой случай был другим.
Да, другим.
«И откуда только взялся этот монстр?» – подумал Чжунбон.
— Отнеси этого ублюдка в любую свободную комнату в здании и брось там, – сказал Чжунбон.
Так Гваник впервые в жизни не вернулся домой ночевать.
Обновлено: 20.01.2026