Глава 21 — Глава 21. У этого господина точно есть своя шахта!

Глава 21. У этого господина точно есть своя шахта! Три миллиона Небесных Кристаллов легли на счет. Фан Юнь не стал мелочиться и спустил всё на новых клонов. Плюс 600 бойцов! Общее число достигло ошеломляющей цифры — 985! — Мощь! — выдохнул Фан Юнь, глядя на стройные ряды черных фигур в системном пространстве. Его распирало от амбиций. — Кто меня остановит?! С этой системой я стану непобедимым! Самый богатый бессмертный в мире? Легко! Мечта «выкопать целую шахту за день» становилась всё реальнее. Поскольку фантазия на внешность временно иссякла, Фан Юнь оставил новичков без редакции. Они выглядели как антропоморфные тени. Впрочем, приглядевшись к одной из теней, он хмыкнул. — А силуэт-то знакомый... вылитый я. Тени не могли принимать плотский облик, как Цзянь У, но копать и культивировать им это не мешало. Работа была распределена мгновенно: 484 клона — в забой (плюс один на страже), 500 — в медитацию! Сила и богатство рука об руку! Пятьсот клонов в медитации давали ускорение в 250 раз! Даже если сам Фан Юнь просто ковырял в носу, его сила росла, как на дрожжах. Спустя четыре дня Фан Юнь, сидевший в позе лотоса, резко распахнул глаза. Вокруг него вспыхнуло мягкое сияние. Глухо хлопнуло где-то внутри, и первый Небесный Узел раскрылся! — Ох, хорошо! — простонал он от удовольствия. Мир словно стал ближе, понятнее. Связь с окружающей реальностью усилилась. — Так вот ты какое, открытие Узла... Это был первый шаг к постижению великих законов мироздания. Сила тоже подросла, хоть и ненамного. Чтобы прорваться на вторую ступень Истинного Бессмертного, нужно открыть двенадцать таких Узлов. Но! Четыре дня на один Узел! Это была чудовищная, немыслимая скорость! Если бы кто-то узнал, его бы сочли монстром или божеством. Даже гении великих сект курят в сторонке. — А-ха-ха! — Фан Юнь не сдержал радостного смеха. А когда он глянул на запасы руды, настроение взлетело в стратосферу. 190 тысяч Кристаллов Эссенции! В пересчете — почти два миллиона Небесных Кристаллов! И это за четыре дня! Мысленный приказ улетел в Город Серебряной Луны. Фан Юй номер один встал и снова направился в Гильдию Десяти Тысяч Сокровищ. ...... Когда Сюй Цянь увидел Фан Юя, его лицо превратилось в сияющий блин. — Господин! Рад видеть вас снова! Малыш Сюй готов служить! Желаете что-то приобрести? Прошло всего четыре дня, и управляющий был уверен, что клиент пришел тратить, а не зарабатывать. Но Фан Юй молча протянул мешок. — Обмен. Сюй Цянь заглянул внутрь и поперхнулся воздухом. Опять?! Такое количество?! «Боги всемогущие, у этого господина дома точно есть личная шахта! Иначе откуда?!» Он с благоговением и черной завистью смотрел на клиента. Как же хорошо быть богатым! Нужны деньги — пошел, зачерпнул ведро кристаллов, и живи припеваючи. Каприз, а не жизнь! Фан Юй нахмурился, заметив заминку. — М? — Ох, простите, господин! Сейчас, всё будет в лучшем виде! — засуетился Сюй Цянь. Через минуту сделка была закрыта. Фан Юнь получил свои 1,9 миллиона. В шахте он уже потирал руки, готовясь разменять тысячу клонов и открыть четвертую стадию системы, как вдруг в голове раздался тревожный голос клона-эльфа, стоящего на шухере. «Хозяин, двое направляются к нам. Они зашли в твою штольню». — Хм? — Фан Юнь нахмурился. Он тут же отозвал всех копателей в инвентарь. Через несколько секунд перед ним возникли двое. — Ты Фан Юнь? Из бригады Оливии? — грубо спросил один из них, с крючковатым носом. — Нет, вы ошиблись, — равнодушно бросил Фан Юнь. Гости опешили. — Ошиблись? — Нам же сказали, что Фан Юнь пошел именно в этот туннель... — Да и рожа похожа! Они достали свиток с портретом, сравнили с оригиналом и побагровели. — Ах ты щенок! Решил нас за нос водить?! — Ну допустим, и что? — Фан Юнь даже не встал. Перед ним стояли двое Истинных Бессмертных первой ступени. Смехотворно. С его «Рождением и Угасанием Плоти» он мог голыми руками ломать артефакты. Ему даже клоны не нужны, чтобы раскатать этих двоих тонким слоем по полу. А ведь внутри него еще сотни бойцов ждут команды «фас»... Дай Тун и Цао Тай ошалели от такой наглости. Какой-то новичок, без году неделя бессмертный, смеет дерзить им? Им, ветеранам, открывшим по три Небесных Узла?! — А-ха-ха! — Цао Тай истерически хохотнул. — Пацан, я хотел просто забрать твоё барахло и сломать одну ногу. Но теперь ты у меня месяц кровью ссать будешь! Цао Тай, скалясь в ухмылке, шагнул вперед... *БАМ!* Его тело, словно пушечное ядро, вылетело назад и с тошнотворным хрустом впечаталось в стену. Дай Тун застыл с открытым ртом. — Ты... ты ударил первым?! — взвизгнул он, приходя в ярость. — Смерти ищешь?! В следующую секунду второе ядро отправилось в полет. — Пф, думали, я всё тот же слабак, что пришел сюда месяц назад? — Фан Юнь брезгливо отряхнул руки. — Клоуны... Он не искал проблем, но и бегать от них не собирался. Если к тебе пришли ломать ноги... что ж, подставлять вторую щеку — это не путь культивации. Это путь терпилы. ......... За поворотом туннеля, в стене, образовав собой живописный барельеф, висели Дай Тун и Цао Тай. Изо ртов у них пузырилась кровавая пена. — Ты же... говорил... он только вознесся... — просипел Цао Тай, выплевывая кусок зуба. — Я... сам... не знаю... — простонал Дай Тун, глядя в пустоту остекленевшим взглядом. — Пойдем... добавим ему? Дай Тун посмотрел на напарника как на идиота. — Я пас. Сам иди... Кое-как выкарабкавшись из стены, они, поддерживая друг друга, позорно бежали. Едва их шаги стихли, в глубине шахты снова раздался веселый звон добычи. ......... — Два дебила! — ревел Чжао Янь, брызгая слюной. — Вас двое! Он один! Он новичок! А вы?! — Пошли вон! Уроды! Дай Тун и Цао Тай, понурив головы, поплелись прочь. Возражать было опасно. Чжао Янь нахмурился, барабаня пальцами по столу. — Неужели этот Фан Юнь так силен? Мысли перескочили на Оливию, и губы скривились в презрительной ухмылке. — Глупая баба. Сама отказалась от счастья. Могла бы греть постель Сяо Уцзи, а вместо этого копается в грязи, защищая этих червей... Будь я бабой, я бы Сяо Уцзи пятки лизал... У Сяо Уцзи был предок — Золотой Бессмертный! Это власть, это сила! Чжао Янь сладко помечтал о том, как бы он подмазался к элите, а затем рявкнул в сторону двери: — Ши Синь! Ко мне!