Том 2 Глава 33 — Глава 29. Алтарь Судьбы

Глава 29. Алтарь Судьбы Видя, как первородные законы превращаются в ничто, у братьев внутри всё сжалось. Только что на их глазах уничтожили то, что всеми силами пыталось их защитить, а чистейшая, примитивная воля законов напоминала им скорее ещё одного ребёнка. И вот так вот просто, всего за одно мгновение, всё это было уничтожено. – Что такое, ты недоволен чем-то? Может быть, они были тебе дороги? В моих глазах они не более чем звёздная пыль, вставшая на моём пути, – произнёс Юн Вей, насмехаясь над беспомощностью Шэна. Он всем своим видом излучал силу и демонстрировал, что без неё человек – ничто. Шэн снова ничего не ответил. Он чётко понимал, что не может ничего сделать, а значит, и говорить бессмысленно. – Снова не отвечаешь? Ты умнее, чем я думал. Что ж, это не имеет значения. Иди за мной. Но услышав командный тон отца, Шэн не поспешил сдвинуться с места. Может, он и не мог противостоять ему силой, но это не значит, что он склонится. Его гордость просто не позволяла ему сделать то, что приказывал этот человек. – Хм! – но Юн Вей не был из тех, кто ждал. Он использовал немного силы – и уже через секунду оба оказались возле алтаря. Как бы Шэн ни противился, он прекрасно понимал: от него ничего не зависит, и ему придётся принять любой исход этого события. – Что ж, юный Шэн, начнём, – как только Август произнёс эти слова, алтарь за его спиной начал меняться. Статуя, что ранее не подавала признаков жизни, вдруг ожила. Она отсоединилась от алтаря, обрела свободу движений, а её глаза загорелись белым пламенем. Взгляд её обратился к самому Юн Шэну. Но и это было не всё. Сам алтарь начал преображаться. От основания к вершине начали загораться белым пламенем руны. Глядя на происходящее, Шэн понял: пройдёт всего пара минут – и весь алтарь будет охвачен огнём. Это ощущение вызывало в нём всё большее беспокойство. – Юный Шэн, ты знаешь, что это за алтарь? – обратился к нему Август, дожидаясь завершения трансформации. – Нет, откуда мне знать... – Это Алтарь Звезды Судьбы. Он является ещё одним божественным инструментом нашего Храма. Но в отличие от Бассейна Веры, он носит иной характер, – даже такому существу, как Август, было неловко говорить об этом алтаре. – И каково же отличие? – настороженно спросил Шэн. Он понимал: от происходящего зависит его судьба. Внутри он уже начал представлять самый худший исход – свою смерть. Хоть он и находился в родном клане, но, глядя на всех присутствующих, он верил, что подобное возможно. – Отличие... Хм, предназначение бассейна тебе известно. А вот алтарь создан для того, чтобы забирать судьбу у одних и даровать её другим... «Чего? Они хотят отобрать мою судьбу? Значит, эта богиня решила забрать мою силу, мой талант, моё будущее? Какого чёрта?» – на этом моменте Шэн действительно начал паниковать. Если до этого мысли о смерти казались чем-то далеким, то теперь всё обретало реальность. И хотя он надеялся на мягкий исход, осознание, что его могут лишить всего, что он имел, оказалось не менее страшным, чем сама смерть. – Постойте! Как так? Почему великое духовное божество решило отобрать судьбу у жалкого смертного? – Ну, в действительности я сам не совсем понимаю воли богини... но нам ли судить о воле Всевышних, – Августу самому было неприятно озвучивать эту участь. Он сожалел, что Небо теряет такое чудо. • • • – Ох, это ожидание заставляет нервничать даже такого старика, как я, – сказал мужчина преклонного возраста с длинными зелёными волосами. Его звали Повелителем Ветров, он был Предком Клана Бури. – Так ли важен этот день? Это всего лишь миг в бесконечной истории нашей Вселенной, – отозвался мужчина с томным, безжизненным голосом. Это был Повелитель Времени – существо, чей разум был измотан бесконечными играми с потоком времени. Он давно потерял интерес к реальности. – А мне вот действительно неприятно видеть, как нечто подобное совершается с юным созданием. Юн Линг, разве тебе нечего сказать? Я слышала, вы в близких отношениях, – вмешалась Повелительница Пламени, женщина красивая, как феникс, со светоносной аурой, от которой веяло теплом. – Хм... воля богов – это закон. Мне нечего сказать, – отозвался Линг, не отрывая взгляда от Шэна и Вэя. – Грустно видеть друга в такой печали... Мне тебя искренне жаль. Ты великий человек, но даже мечтам такого существа, как ты, иногда приходится уступать, – сказал Повелитель Пространства. Он всегда уважал Линга и знал, как тот желал воспитать наследника, превосходящего любого смертного. И когда у него появился такой шанс... – Хм... а что на счёт наших гостей из храмов и обществ? Что-то вы сегодня молчаливы. Неуютно среди простых смертных? – язвительно произнёс Ян Йи. Он, как Повелитель Тьмы, обычно молчал, но сегодня уже не впервые нарушал тишину. – Ян Йи, ты всё такой же дерзкий, как и в день нашей первой встречи. Кажется, кроме силы у тебя ничего и нет. Ни достоинства, ни благородства, – ответила женщина с разноцветными волосами – Ка Далия из Храма Жизни и Смерти. Признанная самая прекрасная из Трансцендентов, она носила ореол святости и поражала не только внешностью, но и внутренней светлостью. – А чего ты, собственно, от нас ждёшь, Повелитель Тьмы? Чтобы мы сожалели о судьбе какого-то мальчишки? Чтобы нам было жаль? Чего ты добиваешься, человек? – сказал грубый голос. Это был крупный, явно не человек, представитель Храма Бога Дракона. – Ты всё ещё дуешься из-за того случая, драконыш? После этих слов атмосфера похолодела. Их вражда тянулась уже миллиарды лет. Никто из них не мог одержать верх – и потому никто не желал отступать. – Да ладно вам, не стоит ссориться. Когда ещё соберёмся таким составом? Такая редкость – видеть вас всех вместе... Разве не так, Линг? – в напряжённую атмосферу ворвался лёгкий и мягкий голос. Он принадлежал прекрасной деве, сидящей ближе всех к Юн Лингу. Это была Инаэль, Повелительница Фантомной Реальности, представительница Общества Бога Мира. В её характере не было высокомерия древних чудовищ. Она всегда была мягкой, искренней, доброй. Даже Ян Йи не осмеливался отвечать ей грубостью, – Если не ради меня, то хотя бы ради Линга... пожалуйста, умерьте пыл. • • • Пока древние существа вели беседы, Юн Вэй постепенно приходил в себя. Ранее, перед лицом отца, он впал в оцепенение. Под давлением Юн Вея он не мог пошевелиться, только наблюдать, как Шэн встаёт перед ним щитом. Ему было стыдно – до боли стыдно – перед братом и самим собой. Он даже не попытался пошевелиться. «Я жалок... Прости меня, Шэн. Я подвёл тебя...» – чувство вины разъедало душу Вэя. Он вспомнил свои обещания: встать рядом с братом против любого, кто бы ни пришёл – с Небес или Земли. Но теперь к вине примешалось нечто ещё. «Жди меня, Шэн. Теперь я не подведу». Его взгляд обратился к сияющему Алтарю, который вот-вот должен был начать обряд. • • • – Я что, должен превратиться в простого смертного? Это не то, что должно было случиться, – прошептал Шэн, сжимая кулаки от ярости и бессилия. – Ох, мой юный друг... Кажется, ты не совсем правильно меня понял. Алтарь Судьбы не просто забирает судьбу у человека. Ради чистоты и порядка Имени Небес, особь, подвергшаяся обряду судьбы... будет сожжена, – на этих словах в голосе Августа сквозила вина, – Дитя... ты сгоришь в белом пламени Судьбы. Послесловие: «Глава разворачивает трагический момент — переход от юношеской веры в справедливость к осознанию абсолютного бессилия перед волей тех, кто стоит за пределами даже клановой иерархии. Юн Шэн, стоящий перед Алтарём Судьбы, символизирует каждый великий потенциал, который может быть принесён в жертву не потому, что он плох или недостоин, а потому что кому-то «выше» так нужно.»