Глава 24 — Глава 15: Это только начало

За 129 лет до поражения Короля Демонов На следующее утро, а точнее, ближе к обеду, Блау вышел из дома. Его раненая рука была перевязана и всё ещё немного болела, но уже почти зажила. Он пошёл на небольшой деревенский рынок за мясом и овощами, в основном за мясом, так как кладовая в доме пустела после стольких дней без пополнения запасов. Он вошёл в саму деревню, принимая приветствия от людей и отвечая на них как положено, как его и учили. — Здравствуйте, мистер Блау-у-у!! — громкий крик стал единственным предупреждением, прежде чем маленькая фигурка устремилась прямо к нему. Демону пришлось отступить в сторону, чтобы маленький человек не врезался ему в ноги. — Добрый день, Сильви, — сказал Блау, глядя на девочку сверху вниз. Она едва не упала, когда он отошёл в сторону и она не смогла вовремя остановиться, но затем посмотрела на него и улыбнулась ещё шире. Она одарила его странным взглядом прищуренных глаз и улыбкой, что немного смутило демона. — Почему ты так на меня смотришь? — О-о-о~ Ничего особенного. Хе-хе-хе~ — хихикнула она, развернулась и побежала обратно к матери, но про себя подумала: «Мистер Блау назвал меня по имени!». — Сильви! Не срывайся так с места! — пожурила её мать, но без особой строгости в голосе, уже начиная привыкать к выходкам дочери. — И вам доброго дня, мистер Блау. — Добрый день, — ответил он и направился к лавке мясника, разглядывая большие куски сырого мяса. Сильви семенила за ним с той же широкой улыбкой на лице, но затем заметила повязку на его руке. Улыбка сползла с её лица, она с беспокойством посмотрела на него. — Мистер Блау… Что случилось с вашей рукой? Вы ранены? — тихо спросила она, волнуясь за него. Вопрос произвёл обратный эффект. Волосы демона едва не встали дыбом, он насторожился, глядя на девочку и отдёргивая раненую руку подальше от неё. — Это тебя не касается. Я поранился, только потому что сделал глупость, вот и всё, — напряжённо сказал он и пошёл быстрее, оставив её позади. Девочка стояла и смотрела, как демон уходит. Она не хотела, чтобы он снова пострадал, она хотела помочь, но была ещё слишком маленькой и не знала, что делать. Может, она сделала что-то не так? Сильви развернулась и вернулась к матери. — Сильви?! Что случилось? Я думала, ты пойдёшь с мистером Блау? — её мать немного удивилась, когда дочь внезапно потянула её за платье. — Мамочка… Мне кажется, я сказала мистеру Блау что-то плохое, и-и я не знаю, что делать! — всхлипнула она. — О, всё в порядке. Шшш… Не плачь. Пойдём домой и успокоимся, хорошо? — Эмма успокаивающе погладила её по голове. Тем временем Блау быстро набрал еды на неделю, а затем поспешно скрылся в своём доме. Упоминание о его травме испортило ему настроение. «Это глупо, всё это глупо, бессмысленно! Зачем я вообще это с собой делаю?!» — он стиснул клыки и чуть ли не швырнул еду в кладовую. Он достал недочитанную вчерашнюю книгу и свой меч. Собравшись с духом и схватив клинок здоровой рукой, он начал читать. — В одной деревне жили старик и старуха… *** Прошла неделя с тех пор, как Блау начал свой новый тренировочный режим: когда одна рука была ранена, он тренировал другую, когда раны затягивались, он возвращался к прежнему. Это повторялось снова и снова, и перевязанные руки стали для него нормой. Он зашипел от боли, даже дойдя до того, что размахивал мечом за домом, пока его руки ещё не зажили. Он повторял знакомые движения, истекая кровью, и полагал, что это можно было бы назвать по крайней мере интенсивной тренировкой. Не раз демон ловил себя на том, что застревает в круговороте вопросов: зачем он причиняет себе вред, в чём смысл всего этого, ему следует уйти, больше нет смысла здесь оставаться, но что тогда он будет делать в армии, он не хотел, чтобы с ним снова обращались как с мусором, это было лучше, чем калечить себя из-за чего-то бессмысленного, вроде понимания человеческих эмоций, люди были такими глупыми и нелогичными, но почему они так поступают, что такое горе, что такое радость, что такое злоба, что такое доверие, что такое сострадание, как они это чувствуют? Как бы его ни расстраивало то, что он не мог удовлетворить своё любопытство, он не мог заставить себя покинуть маленькую деревню. Его уши уловили звук маленьких ножек, приближающихся к нему. Это был маленький человек, Сильви, она несла корзинку и шла к дому. «Я не видел её целых 7 дней, а теперь она почему-то возвращается. Почему? У неё ко мне какое-то дело или она просто принесла один из тех «подарков», которые любят раздавать люди? Может, спросить её…!» — он быстро оборвал свои мысли, прежде чем погрузиться в очередной виток бесконечных вопросов без реальных ответов. — Эм… Мистер Блау… — она нервно переминалась с ноги на ногу с грустным выражением на лице. — В чём дело? — он вложил меч в ножны и подошёл к ней, не показывая боли от ран. — Я-я так виновата, мистер Блау. Я расстроила вас на прошлой неделе и пришла извиниться. Мама даже дала мне несколько пирожков с мясом, чтобы я отдала вам в знак извинения, — она подняла корзинку. Он моргнул, сбитый с толку тем, как она пришла к такому выводу. Его любопытство становилось всё сильнее. Вскоре он сдался. — Я не понимаю. Как ты решила, что несёшь за что-то ответственность? — он поднял свои перевязанные руки. — Я сам несу ответственность за травмы, причинённые моими действиями. — А, это! Я чувствую себя виноватой, и поэтому хочу извиниться. Знаешь, как мы разговаривали в моём тайном месте, и ты сказал мне, что не понимаешь эмоций и прочих человеческих штук, и я не знаю, что ты думаешь, но я спросила только потому, что волнуюсь за тебя, но я расстроила тебя, спросив, и не знала, что делать, так что — подарок в знак извинения! Ты ведь любишь мясное, да? — она подняла корзинку. — Да, я люблю мясо. Блау сел на мягкую траву, и Сильви последовала его примеру, сев немного поодаль, чтобы не вторгаться в его личное пространство, и пододвинула корзинку к нему. Он уже научился принимать подарки от людей, когда им по какой-то причине хотелось ему что-то дать, поэтому он открыл корзинку и достал 3 пирожка с мясом, завёрнутые в ткань. Он экспериментально понюхал угощение и начал есть. — Ну! Вкусно? Мама делает лучшие пирожки во всей деревне! — улыбнулась Сильви. — Да. Вкусно, — он уже почти доел первый пирожок. Демон закончил и уже собирался съесть второй, когда краем глаза заметил, что маленький человек смотрит на оставшиеся в его руках пирожки, как голодный лютоволк на оленя. Он остановился и немного подумал. — Ты… хочешь пирожок? — он склонил голову набок. — Э-э?! Н-нет, они для тебя… — отказалась она, но её быстро отвлекла еда. — Вот. Возьми, — он уронил последний пирожок из свёртка ей в руки. — Можешь взять, но ты должна ответить на мои вопросы. — А-ах! Хорошо, я отвечу! Большое спасибо! — она просияла и практически вдохнула пирожок. — В прошлый раз ты объяснила некоторые из этих эмоций, которые вы, люди, чувствуете. Мне нужно больше информации и у меня больше вопросов. Я недавно ходил к учителю, но не добился такого прогресса, как хотелось бы. Так что я снова хочу воспользоваться твоими знаниями, — он серьёзно посмотрел на неё. — Э? Что это? — большие слова немного сбили её с толку. — Я не поняла. — Я хочу обсудить с тобой человеческие эмоции, как в прошлый раз. — О, так ты хошь, чтобы я объяснила чувства! Поняла! — она подмигнула. — Так о чём ты хошь спросить? — Ранее ты упомянула эмоцию «вина», что ты «чувствовала себя виноватой», хотя для этого не было очевидной причины. Можешь объяснить логику этого? — Ну-у-у, видишь ли, чувствовать себя виноватой — это… И они провели так следующие несколько часов — демон задавал вопросы, а маленькая девочка изо всех сил старалась на них ответить. В какой-то момент они оба запутались, пытаясь понять, как некоторые эмоции были похожи, но ощущались по-разному и имели разные слова для описания. В конце концов, Сильви пришлось уйти, когда прозвенел полуденный колокол часовни. — Мне пора, мистер Блау. Надеюсь, увидимся завтра. Я буду помогать папе с животными. Если хочешь, я могу научить тебя, как заботиться о цыплятах, а когда я стану старше, я покажу тебе, как ухаживать за овцами, папа не разрешает мне ходить к ним одной, потому что я ещё слишком маленькая. О, может, я смогу научить тебя ещё чему-нибудь про эмоции! — Понятно, я обдумаю условия твоего предложения, — он встал и отряхнул штаны. — Хорошо! Тогда договорились! Увидимся! — она помахала и побежала домой, забыв корзинку. === На следующий день === Блау решил принять приглашение Сильви, он также принёс с собой корзинку, так что Эмма была очень рада и угостила его свежим сыром, который они сделали на этой неделе. Ему понравилась текстура, такая непохожая на твёрдый, белый сыр, который использовала и ела бабуля Мэри, этот был мягче, тягучее и имел характерный запах. Может, ему стоит начать выполнять больше просьб с доски в деревне или помогать людям, казалось, так они были более склонны давать ему хорошие вещи. Он также последовал за Сильви, когда она показывала ему, как выросли цыплята, как их кормить и забирать яйца из курятника, не будучи заклёванным, хотя с этим у него проблем не было, его аура всё ещё была аурой хищника, так что животные держались на расстоянии. — Ме-е-е~ — крик овцы привлёк его внимание. Он посмотрел на пастбище и увидел Эрика, отца Сильви, который пытался скрутить овцу и засунуть ей что-то в рот, но животное сбросило его и даже лягнуло по голени, заставив мужчину закричать и запрыгать от боли. — Что он делает? — спросил он Сильви, когда та уронила яйцо в корзину, которую он держал. — О, папа пытается дать Хлопке лекарство. Она немного приболела, так что мы стараемся держать её в помещении большую часть времени и давать ей лекарство. Видишь, он пропитал хлеб лекарством и скатал его в шарик, чтобы накормить её. Я знаю, что овцам нельзя давать хлеб, но это лучше, чем если ей станет хуже и она умрёт. Она очень милая и разрешает мне её гладить. Мне будет очень грустно, если с ней что-то случится. — Почему тебе будет грустно? Этих овец выращивают, чтобы есть и использовать для одежды. Почему тебе грустно из-за чего-то, что неразумно и даже не человекоподобно? — он посмотрел на неё сверху вниз. — Потому что я люблю Хлопку! Она часть семьи, все овцы — часть семьи! Они дают нам шерсть, молоко, из которого мы делаем сыр, и мясо. Я люблю их всех и грущу, когда одну или нескольких приходится отдавать женщине-мяснику, НО у меня есть те, кого я люблю больше, например, Хлопка и Лохмач! Хлопка такая умная и нежная, она разрешает мне её гладить и обнимать. Лохмач, с другой стороны, любит биться головой обо всё, что захочет, и пытается есть даже то, что нельзя, например, кирпичи (может, из-за всех этих ударов головой), но он знает, что я маленькая, и никогда не пробовал так со мной, он тоже подходит ко мне, чтобы я его почесала. Мы заботимся о них, и даже если они не могут нас понять или говорить с нами, я верю, что они тоже о нас заботятся. — ГАХ! Ёб… — кричит Эрик, когда копыто приземляется ему на ногу. — Не выражайся! — кричит Эмма, чтобы остановить мужа от ругани перед их дочерью. Блау наблюдает за стадом и видит лишь группу блеющих животных, убегающих от человека, они ничем не отличались для него от диких зверей, на которых он охотится ради еды. Они, очевидно, полезны, но он всё ещё не мог понять, о чём говорила Сильви. Похоже, людям нравилось привязываться к животным и давать им имена. Неужели они делали поспешные выводы о животных так же, как и о нём? Видели и выдумывали? Был ли он в их глазах таким же? Эта мысль его оскорбила. Он покачал головой — он, очевидно, был намного лучше и умнее обычного зверя. Они даже говорить не умели, а он мог говорить на нескольких языках и даже писать, читать и считать! === Омаке ===(Филлер типа) За 7 лет до поражения Короля Демонов Был тёплый и солнечный день, на самом деле, чем ближе к полудню, тем становилось жарче. Химмель, Фрирен, Айзен и Хайтер отдыхали на скамейке в тени дерева. Их приключение в Энде и одержимость Химмеля отклоняться от пути втянули их в сопровождение старика к его дочери, жившей в городе, где они сейчас находились. Старик стал слишком стар, чтобы жить один, поэтому он подумывал продать свой дом и переехать к дочери и её семье, так что он проделал весь этот путь, чтобы поговорить с ней. Он даже щедро заплатил за их услуги, а его дочь была так добра, что угостила каждого из них фирменным блюдом своей лавки — обедами с собой! Она дала каждому по хлебной миске, наполненной жареным мясом и овощами, и всё это было полито её особым «секретным соусом». Отряд был очень благодарен за награду и бесплатный обед, в конце концов, их средства были сильно ограничены из-за алкоголизма Хайтера, случайных импульсивных покупок магических предметов Фрирен и больших аппетитов двух воинов. — Ах, пахнет чудесно, — замечает Хайтер, нюхая содержимое хлебной миски. — Это отлично пошло бы с каким-нибудь ликёром. Если бы он только у меня был… — Хайтер! Ещё даже не полдень, а ты уже думаешь о выпивке! Хотя бы подожди, пока мы найдём гостиницу и поужинаем! — восклицает Химмель, беря свою порцию. — Верно. Ты слишком много пьёшь, и это вредно для твоего здоровья, — Айзен проводит пальцами по бороде. — Я тоже не хочу снова спать на улице, если ты облюёшь администратора гостиницы, — вставляет Фрирен и начинает наслаждаться своим обедом. — Да ладно! Это случилось всего один раз! Сжальтесь надо мной, — Хайтер откусывает. — О! На вкус даже лучше, чем я ожидал! — Хм… Это правда — очень вкусно! — радостно восклицает Химмель и снова нюхает еду, прежде чем откусить ещё один большой кусок. — Я чувствую… перец, чеснок, немного мёда и… горчицу! — Ого, впечатляет. Я угадал только перец и чеснок, — Айзен смотрит на своего лидера. — Хе-хе, — смеётся Химмель, довольный похвалой. — Мяу~ Все четверо смотрят вниз и видят грязного уличного кота, который подошёл к ним и начал мяукать и делать милые глазки, выпрашивая еду. — Котик, — Фрирен перестаёт есть и опускает еду, чтобы посмотреть на милого кота. — Осторожнее, коты могут быть противными, — предупреждает Химмель, настороженно наблюдая за кошачьим и защищая свою еду. — Да ладно, Химмель, чего ты так нервничаешь из-за котика. Посмотри на него! — смеётся Хайтер, когда кот начинает выпрашивать ещё усерднее. — Бедняга, должно быть, очень голоден. Вот, ешь, — Айзен, как всегда добрая душа, бросил коту немного своего мяса. — Мя-я-я~ — тот быстро начал есть мясо. Химмель всё ещё настороженно наблюдал за котом, вспоминая особенно неприятный опыт с дьяволом в обличье кошачьего по имени насекомого. Он всегда их опасался, поэтому, когда увидел хитрый взгляд, который кот бросил в их сторону, пока ел, он начал быстрее уплетать свою еду. Остальные трое лишь странно на него посмотрели. Вскоре кот закончил с небольшим угощением и начал кататься по земле, привлекая к себе ещё больше внимания. — Мррряууу~ — он внезапно вскочил и бросился бежать. Прежде чем эльфийка, дварф или человек из отряда успели что-то заметить, с дерева спрыгнул другой кот, схватил временно забытую Фрирен хлебную миску в пасть и унёсся вслед за первым котом. — Чт... — Фрирен была в шоке. «А я-то думал, они просто безмозглые существа, которые не умеют думать. О, как же я ошибался! Хитрые маленькие ублюдки», — думает про себя Химмель и смеётся.