**Глава 145. Мужской удел — саван из флага! С улыбкой в чертоги смерти! «Чжиюань» ещё может стрелять**
Над бескрайней гладью Жёлтого моря бушевала стихия. Крейсер «Чжиюань», зажатый в тиски штормовых волн и вражеского огня, содрогался всем своим стальным телом.
Линь Цзюэ сидел на залитой пеной палубе, прижимая к себе обмякшее тело Макгиффена. Слёзы, смешиваясь с морской солью и пороховой гарью, бежали по его щекам, и он не мог, не хотел их останавливать.
Этого не должно было случиться. Он ведь уже видел смерть. Он прошёл через Цзиньлин... Он видел горы трупов и реки крови, видел, как доблестные воины гибли за родину в час великой нужды, видел благородство женщин, чья верность была глубже любого чувства... Остров Байлучжоу в кольце вод... Веер с цветами персика, запятнанный брызгами крови.
Но почему же сейчас сердце разрывалось от такой невыносимой боли?
Внезапно его пронзило осознание. В подлинной истории Макгиффен не погиб. В той реальности он получил тяжёлые ранения в битве при Ялу, но выжил. Он вернулся в родные края, с ног до головы замотанный в бинты, но живой. Его дед увидел Флаг с Жёлтым Драконом, который внук привёз с далёкого Востока. И прежде чем боль от старых ран толкнула его к самоубийству, он, должно быть, успел отведать маминого яблочного пирога.
«Это я... это я изменил историю. И из-за этого он встретил свой конец здесь, в пучине Цзяу?» — взгляд Линь Цзюэ затуманился от горького сомнения.
Но в этот миг над палубой пронёсся надрывный, хриплый крик Дэн Юнчана:
— Огонь! Продолжать огонь!
— Немецкие снаряды «Крупп» закончились? Плевать! Палите из бортовых орудий! — Адмирал буквально захлебывался в ярости. — Приготовить сухопутные пушки на палубе... Вражеские «демонические лисы» приближаются!
Дэн Юнчан командовал, не оборачиваясь, стремясь убедиться, что сухопутные орудия — их последний козырь — целы и готовы к бою. И тут его взгляд упал на Линь Цзюэ, баюкающего тело американца. Он замер на мгновение, а затем быстрым шагом направился к ним.
Линь Цзюэ с трудом разомкнул пересохшие губы:
— Господин Дэн... Макгиффен... он мёртв!
Дэн Юнчан остановился рядом. Он лишь коротко бросил «угу» и сразу принялся осматривать стоящую рядом тяжёлую пушку «Армстронг».
— Цела! — выдохнул он. — Осколки её не задели. Осталось четыре снаряда. У скорострелок этих тварей калибр мелковат. Чтобы нанести нам реальный урон, они полезут на рожон, используя свою скорость, чтобы подойти вплотную. Вот тогда-то мы и угостим их из тяжёлого калибра...
Линь Цзюэ смотрел на него, не веря своим глазам. Лицо адмирала было исчерчено багровыми прожилками лопнувших сосудов, глаза горели лихорадочным блеском.
— Господин Дэн, Макгиффен погиб! Понимаете? Он не должен был умереть в этой битве!
Дэн Юнчан резко обернулся. Его голос звучал как удар бича:
— Как только начинается война, любой офицер или матрос нашего флота становится добычей моря. Командир корабля или сам Адмирал Дин — неважно! Смерть здесь не выбирает чинов. Кто такой Макгиффен? Иностранец? Человек из Амерники? Нет! Прежде всего он был воином нашего флота! Нашим боевым товарищем! Пасть в бою за правое дело — это честь. Чего ради цепляться за жизнь?
Он шагнул ближе, и Линь Цзюэ почувствовал исходящий от него жар ярости:
— Если бы на его месте разорвало меня, весь экипаж «Чжиюань» обязан был продолжить стрельбу! Господин Линь, вы сами говорили мне: флот бьётся не за императора или вдовствующую императрицу Великой Ся. Мы бьёмся за народ, за наших братьев, за собственное достоинство и за самих себя. Так к чему эти слезы?
— Мужской удел — служить в армии и вернуться домой в саване. Не нужно почестей и наград, мы с улыбкой сойдём в чертоги смерти, — Дэн Юнчан с силой хлопнул по стволу орудия. — Некогда рассуждать! Бей их! «Чжиюань» ещё не утонул! А пока мы на плаву — мы будем сражаться.
Он ещё раз ласково, почти нежно коснулся пушки, а затем, не оборачиваясь, бросился на бак.
— Сигнальщик, флаги на мачту! Всем кораблям — приготовить сухопутные орудия! Огонь! Мы проигрывали слишком часто! На этот раз мы скорее сдохнем, чем признаем поражение!
Линь Цзюэ перевёл взгляд с безжизненного лица Макгиффена на удаляющуюся спину Дэн Юнчана. Вокруг гремели взрывы. Корабли Бэйянского флота казались жалкими щепками в этом огненном аду. Но, к удивлению Линь Цзюэ, «Янвэй» и «Чаоюн» всё ещё держались. Это были старые деревянные корыта — одного попадания должно было хватить, чтобы превратить их в факелы и отправить на дно. Но они, словно два упрямых старых зверя, огрызались огнём, не желая сдаваться на милость волн.
Треугольное построение работало. «Динъюань» и «Чжэньюань», чья броня уже была испещрена вмятинами и трещинами, как щитами прикрывали остальные суда.
Линь Цзюэ оторвал полосу ткани от своей одежды. Он бережно завернул дневник Макгиффена в несколько слоёв и спрятал за пазуху. Затем ладонью закрыл остекленевшие глаза друга. С трудом, пошатываясь на ходу, он поднялся на ноги.
— Нельзя сдаваться, — прошептал он. — Если в Цзиньлине, зажатом в кольцо «демоническими лисами», мы смогли пробить путь к железной дороге, то и здесь, в открытом море, мы найдём выход. Командир... нет никаких спасителей, ни богов, ни императоров! Есть только мы сами... Да здравствует великое единство народов мира!
Он подбежал к Дэн Юнчану, и его взгляд стал холодным и острым, как сталь.
— Дэн Юнчан! Враг берет нас в клещи. Спереди — «Мацусима», «Тиёда», «Ицукусима», «Хасидатэ» и «Фусо». Их огневая мощь слабее. Но сзади — Первый Летучий отряд: «Ёсино», «Нанива», «Такачихо», «Акицусима» и этот проклятый «Центурион». Так мы долго не протянем. Нужно подать сигнал к смене строя!
— Пусть «Динъюань» разворачивается и прикрывает тыл! «Чжэньюань» должен возглавить треугольник! — Линь Цзюэ перекрикивал грохот орудий. — Иначе «Ёсино» сожрёт нас с кормы. У наших судов кормовой огонь никуда не годится по сравнению с носовым!
— И ещё, — добавил он, прищурившись. — После появления «Центуриона» Гейинлани эти лисы расслабились. Они жаждут поскорее покончить с нами. Чтобы увеличить мощь своих пушек, они сокращают дистанцию. Это наш шанс! Заманим их в ловушку. Как только они войдут в зону поражения сухопутных пушек, у нас появится надежда.
— Но главная проблема — «Центурион». Это преддредноут. Он не сближается с нами... ему и не нужно. С такого расстояния его главный калибр и скорострелки превращают нас в решето. Чтобы выжить, мы обязаны пустить его ко дну.
Дэн Юнчан взглянул на Линь Цзюэ, и на его лице расплылась жуткая, почти хищная усмешка.
— О смене строя я уже распорядился, пока ты горевал. Сигнальщики работают, «Динъюань» уже ложится на курс. «Демонические лисы» не упустят шанса уничтожить нас всех разом, так что на наживку они клюнут. Сейчас ни один наш корабль не идёт на полной мощности... мы ждём, когда они войдут в сектор обстрела.
Он помрачнел, глядя на стального гиганта вдали.
— Но что делать с тем британским монстром? Это самый совершенный корабль в мире.
Линь Цзюэ до крови прикусил язык, чтобы вернуть себе ясность мысли.
— Я займусь им! Я найду способ его потопить. Это он убил Макгиффена... а Макгиффен был моим первым настоящим другом-иностранцем!
Обновлено: 10.07.2026