*Перевод: **Astarmina***
Незаметно пролетел целый месяц.
Барон Джерико, получивший слёзы русалки, искусно изготовил разнообразные украшения: броши, кольца и даже ожерелья. Перед продажей он быстро посетил императорский дворец, чтобы показать свои творения Беатриче.
Украшения были настолько великолепны, что глаза разбегались. Однако сердце Беатриче тронули не драгоценности, а его слова.
— Я бы предпочёл, чтобы это были слёзы радости.
— Что?
— Эти слёзы... Если такая прекрасная драгоценность — лишь кристаллизация чьей-то печали...
Барон Джерико оказался лучше, чем она думала.
— Это было бы слишком горько, — сказал он.
Настолько, что ей стало совестно его использовать.
— Поэтому я очень старался! Даже если это слёзы печали... чтобы эта печаль, смешавшись с красотой, улетучилась.
В отличие от Прауса, он видел в слезах русалки не просто золотые монеты. Хотя мог бы считать их обычными драгоценностями, он воспринимал их как кристаллизацию чувств.
«Слишком хороший человек, вот в чём проблема. Чувствую себя виноватой».
Сердце покалывало, словно в груди выросла острая колючка. Но, к сожалению, у неё не было времени на угрызения совести. Сегодня был очень важный день.
Беатриче разложила на столе предметы, которые барон Джерико добыл для неё без малейших подозрений, на деньги от проданной жемчужины.
— Огнеупорное зелье, плащ с магическими украшениями... Плащ-невидимка, кирка, нескользящие сапоги. Магический свиток.
Маленькие пальчики аккуратно перебирали вещи на столе. С сохраняющими тепло предметами и свитком на случай опасности этого должно хватить для восхождения на Алькестский хребет.
«Это ведь не такие уж высокие горы».
Беатриче слегка пожала плечами и быстро, пока никто не увидел, сложила вещи обратно в сумку. Затем спрятала ее под стол.
Вскоре вошла Мишель с платьем, заказанным у барона Джерико — прекрасным нарядом, богато украшенным нежно-розовыми кружевами с аквамариновой брошью посередине.
— Позвольте помочь вам одеться, Ваше Высочество.
— Да-а.
Горничные умелыми движениями помогли Беатриче нарядиться. В Империи Грочестер культура подчёркивания корсета исчезла давно. Цельные платья, которые при важности роста ребёнка сохраняли очарование и элегантность, были настоящим украшением модной культуры Грочестера.
— Готово, Ваше Высочество.
— Спасибо, Мишель.
Беатриче улыбнулась и кружась сделала оборот. Колышущийся подол платья распустился, как цветок. Её образ был настолько прелестен, что её можно было принять за настоящий цветок.
— Вы действительно очаровательны.
— Хе-хе. А гости?
— Прибывшие гости находятся в обеденном зале. Они наслаждаются какао и закусками. Большой зал, как вы и сказали, ещё не открыт.
— Да-а. Спасибо.
Беатриче кивнула, выражая благодарность Мишель. На самом деле, это светское собрание детей трудно было назвать организованным ею — всё проходило под руководством Аделы.
Так было нужно, потому что её план можно было осуществить только когда прибывшие дети будут отвлечены весёлыми играми. Именно поэтому в Большой зал привезли масштабные развлечения, работающие на магии.
С самого начала пятилетний ребёнок, даже не дебютировавший в свете, не смог бы организовать такое самостоятельно.
Перед тем как зайти в обеденный зал, Беатриче направилась к запертому Большому залу.
— Бесконечная слава младшей звезде Грочестера!
Когда она приблизилась, рыцари, охранявшие вход, бодро произнесли приветствие и широко распахнули двери. Беатриче слегка кивнула в знак приветствия и вошла внутрь.
«Ва-ау...»
Можно сказать — как и ожидалось.
Её губы невольно приоткрылись.
Большой зал был украшен не в прежнем величественном стиле, а в очень милой манере. К тому же, огромная горка, гигантский батут, игрушечные пони, движущиеся на магической энергии, игрушечные лодки и даже магические воздушные шары, парящие в небе.
Зал был оснащён всеми элементами, которые только могут понравиться детям. Но больше всего внимание Беатриче привлекло...
«Шоколадный фонтан!..»
В центре Большого зала красовался гигантский шоколадный фонтан. Середина фонтана была украшена белоснежными статуэтками фей, настолько роскошными, что казались чрезмерными, но подойдя ближе, она увидела, что они сделаны из сахара.
«Красиво».
Отражая солнечный свет, они сверкали совсем как драгоценности, и на лице Беатриче расплылась улыбка.
— Риче.
В этот момент за спиной раздался знакомый голос.
Беатриче быстро обернулась от статуй.
— Сестрица!
Затем на своих маленьких ножках быстро подбежала и обняла Аделу.
— Не знаю, понравится ли тебе. Я старалась.
— Спасибо большое. Это правда потрясающе!..
— Тебе нравится?
— Конечно! Все будут мне завидовать...
Голос Беатриче невольно растянулся к концу фразы.
Большой зал был оформлен как идеальная игровая площадка, где дети могли резвиться до безумия.
Если она исчезнет, вряд ли кто-то заметит — настолько все будут увлечены весельем.
Но с другой стороны, ей было жаль Аделу, которая так старалась для неё. Из этого так тщательно оформленного места ей придётся тайно сбежать.
— Риче?
— Я так тронута. Сестрица, ты правда самый лучший человек.
Беатриче искренне поблагодарила Аделу и медленно обвила руками её шею.
— Ха-ха, «самый лучший человек»? Забавно звучит, Риче.
— Хе-хе.
Затем крепко-крепко обняла её. В этом тёплом объятии одновременно таились и вина перед ней, и благодарность.
Адела подняла Беатриче на руки. Ощущение, будто младшая сестра полностью доверилась ей, было настолько приятным, что она долго стояла, держа Беатриче на руках.
Как раз в этот момент издалека донёсся величественный звон часов с башни. Начало собрания приближалось.
Беатриче ещё раз крепко обняла Аделу, словно прощаясь, и с грустной улыбкой выскользнула из её объятий.
— Скоро начнётся. Нужно встретить гостей.
— Хм, не нужна ли ещё какая-нибудь помощь, Ваше Высочество?
Адела, мельком заметив какое-то безутешное выражение на лице сестры, слегка изучила её лицо, шутливо спрашивая.
— Не-ет. Дальше я справлюсь сама. Говорят, гости собрались в обеденном зале.
— Хех, детские гости. Какие милашки. Понятно. Я буду заниматься делами, так что если понадобится помощь...
— Да-а. Если возникнут трудности, я обязательно позову сестрицу.
— Хорошо. Удачи, Риче. Акун и Атин тоже передают пожелания удачи. Оба принца сейчас работают вне дворца.
— Хе-хе, поняла.
Беатриче энергично помахала рукой Аделе, которая выходила из Большого зала. Адела тоже слегка помахала в ответ, мягко улыбнулась и повернулась.
Когда она скрылась из виду, Беатриче убрала грустную улыбку и двинулась дальше.
«Интересно, пришёл ли Эден?»
Шаги в сторону обеденного зала сопровождались необъяснимым ожиданием.
«До совещания осталось немного, так что даже если ему не хотелось приходить, император Лехельна наверняка отправил его».
Она легонько усмехнулась. Перед глазами возникло его лицо с выражением полного удовлетворения, когда он поднимался в карету, словно одержав над ней верх.
Несмотря на резкие черты, он оказался довольно наивным. Он тоже прекрасно подходил на роль её пешки.
«Сегодня посмотрю по ситуации, просто немного поговорю с ним...»
Её взгляд обратился в сторону её комнаты.
«И тайком ускользну».
План на сегодня был таков: взять рюкзак, спрятанный под столом, замаскироваться под одного из гостей и выскользнуть из дворца. Затем на заранее подготовленной карете отправиться к горному хребту Алькест. Найти там Панацею.
Очень простой и чёткий план.
Судя по рассказам Аделы, Панацею может найти только человек, исполненный искренним желанием и отчаянием.
Значит, она тоже сможет найти её.
Нет, она должна её найти.
«Я ведь тоже отчаянно нуждаюсь в этом, как никто другой».
После рассказа барона Джерико она могла быть уверена. Её семья определённо жива. Если они живы, то как-нибудь она сможет попросить у них прощения.
На её лице появился слабый луч надежды.
Беатриче медленно вспомнила свою прошлую жизнь, когда была Луабеллой. Учитывая аккуратный характер Прауса, вряд ли он держал русалок, которых считал своим имуществом, где-то вне императорского дворца.
«Сокровища Эланда находятся там, где никто не сможет их найти».
[А где это?]
«В моём секретном месте».
Да, тайное место, известное только императору.
Несомненно, там и находятся её родные.
«Чтобы найти это место, мне нужно приблизиться к Иллису. Любым способом».
Беатриче направилась прямо в обеденный зал. Как только она встала перед дверью, огромные двери столовой медленно открылись, словно автоматические.
В тот же миг с грохотом кто-то сильно упал в её сторону.
— Ох...
— С каких это пор нищенке из королевства Мериллин позволено наслаждаться закусками вместе с нами?
Судя по злобному тону, не нужно было даже оборачиваться, чтобы понять, кто устроил этот переполох.
«Иллис».
Взгляд, полный яда и невиданного прежде любопытства, был направлен прямо на Беатриче.
Обновлено: 18.02.2026