Глава 6 — Глава 6: Дыхание дракона

Глава 6: Дыхание дракона Урса сидела в тени беседки, держа в руках чашку жасминового чая, но даже не прикасалась к нему. Её взгляд был устремлён куда-то сквозь сад, будто она пыталась разглядеть ответы в изгибах алых лепестков. — Как?.. — тихо прошептала она сама себе. Сколько бы ласки и заботы она ни вкладывала в дочь, Азула оставалась холодной, как сталь. Резкой, как выстрел из катапульты. Урса помнила, как та в детстве, едва научившись ходить, уже пыталась командовать няньками, а теперь — умело играла словами, как оружием, и не знала жалости. Мать не раз пыталась смягчить её характер. Проводила долгие беседы, читала истории о мудрых и добрых правителях, приводила примеры из жизни, но всё это упиралось в ледяную стену. Азула слушала, кивала… а потом делала всё по-своему. — Она уважает только его… — подумала Урса, и в груди кольнуло. Отец. Озай. Он стал для дочери непререкаемым авторитетом. Каждое его слово Азула впитывала, как команду к действию, и чем суровее он был, тем сильнее она тянулась к нему. Иногда Урсе казалось, что она теряет дочь. Что с каждым днём та всё больше превращается в оружие, а не в человека. Из-за изгороди послышались голоса. Смех Азулы, возмущенные возгласы Зуко и… спокойный, чуть насмешливый тон Байлуня. Урса невольно улыбнулась. Мальчик из семьи Гао чем-то выделялся. В его глазах было тепло, даже когда он поддевал кого-то шуткой. Может, если он сумеет подружиться с Азулой… то сможет достучаться туда, куда не смогла она? *** Солнце уже клонилось к закату, золотые лучи окрашивали сад перед дворцом в тёплые тона. На мраморных плитах террасы резвились дети — Азула, Зуко, Мэй и Тай Ли. Байлунь сидел чуть в стороне, наблюдая за происходящим с лёгкой усмешкой. — Королевская академия для девочек… и при этом они умудряются вести себя так, будто участвуют в отборе воинов, — с иронией отметил он про себя. Тай Ли только что сделала несколько изящных сальто, приземлившись на ноги с такой легкостью, что даже Байлунь удивился. Азула же, пытавшаяся повторить, сбилась на втором перевороте и недовольно прищурилась. — Хм… неплохо для цирковой артистки, — протянула она, толкнув Тай Ли так, что та упала на траву. — Эй! — возмутилась Тай Ли, но Азула уже сменила цель. Её взгляд скользнул в сторону Зуко. — Зу-Зу, — протянула она с фальшиво-сладкой интонацией, — хочешь поиграть? — А что за игра? — настороженно спросил он. — Очень простая. Нужно сбить с головы соперника яблоко. Смотри! — она поставила фрукт на голову Мэй, та лишь недовольно вздохнула, но не стала спорить. Азула щелкнула пальцами, и верхушка яблока загорелась синим пламенем. Зуко, увидев это, бросился к Мэй, чтобы потушить огонь, и, не рассчитав шаг, врезался в неё. Оба полетели в ближайший фонтан, окатив себя с головы до ног. Азула и Тай Ли захохотали так, что, казалось, их услышит весь дворец. — Чёрт, ну ты и актриса, Азула, — подумал Байлунь, вставая. — Но перегибаешь палку. Он подошёл к фонтану, протянул руку Зуко: — Давай, братец. Не давай им повода ржать. Зуко, мокрый и сердитый, ухватился за ладонь Байлуня и поднялся. Тот обернулся к Азуле и с лёгкой насмешкой сказал: — А я думал, ты, принцесса, интересуешься честными дуэлями, а не играми, где у соперника руки связаны. Её глаза прищурились — но в уголках губ мелькнула едва заметная тень улыбки. — Ты намекаешь, что я боюсь? — спросила она с вызовом. — Я констатирую, что тебе просто скучно, — ответил он, делая вид, что совсем не впечатлен её синем пламенем. — А это, знаешь ли, болезнь, которую можно лечить тренировками. Карие глаза Азулы блеснули. Ее смех стал тише, но теплее. Байлунь понял — ещё один шажок к её доверию он сделал. Позже в тот же день Урса позвала всех в гостиную. На низком лакированном столике лежал свёрток — письмо от Айро из Ба Синг Се. Байлунь уловил легкое тепло в глазах Урсы, когда она разворачивала бумагу. — Дядя пишет, что осада города продолжается, — мягко произнесла она. — И что он скучает по вам. Вместе с письмом были подарки. Зуко получил боевой кинжал, Байлунь - небольшую деревянную фигурку воина, Тай Ли — браслет с яшмой, а Азуле досталась кукла, одетая по последней моде Царства Земли. — Кукла?.. — Азула скривилась. — Дядя, похоже, решил, что я ещё в детском саду. Она резко отодвинула подарок. — Азула… — начала Урса, но дочь уже продолжила, почти не глядя на мать: — Если он не вернется с войны, отец станет единственным наследником Хозяина Огня. — Азула! — упрекнула её мать, а Зуко нахмурился. — Что? Отец правит лучше, чем его высочество любитель чая, — хмыкнула она, и, щёлкнув пальцами, подожгла платье куклы. — Ну ты и ведьма… но чертовски красивая ведьма, — мелькнуло у Байлуня в голове. Он шагнул вперёд, поднял куклу и, слегка обдав пламя своим контролируемым дыханием, погасил огонь. — Дорогие подарки не жгут, даже если они тебе не нравятся, — сказал он тихо, но так, чтобы она услышала. — Это… не по-королевски. Она посмотрела на него долгим взглядом, в котором смешались раздражение и странный интерес. Ещё один шажок, — отметил Байлунь про себя. *** Вечерний воздух был прохладным, сад дворца окутан легкой дымкой ароматов — жасмин, сандал, немного запаха горелых факелов от тренировочной площадки неподалёку. Фонари в форме драконов мерцали мягким золотом. Байлунь шел по каменной дорожке, наслаждаясь редким моментом тишины. Он уже собирался вернуться к себе, как услышал за спиной знакомый голос: — Ты странный. Он обернулся — Азула стояла, скрестив руки, её синие глаза изучающе блестели в полумраке. — Это комплимент или диагноз? — с лёгкой ухмылкой спросил он. — Не знаю, — она подошла ближе, и в лунном свете её лицо казалось почти нереальным. — Ты… не боишься меня. Байлунь чуть наклонил голову. — А должен? Она прищурилась: — Большинство боится. Даже Зуко. — Может, я просто глупый, — усмехнулся он. — Или… может, я вижу тебя чуть иначе, чем остальные. — И как же? — её голос стал тише, почти шепотом. Он сделал шаг к ней, не сводя глаз с её лица: — Не как принцессу, от которой все ждут идеальной холодности… а как девушку, которой иногда тоже бывает скучно и одиноко. На миг ее взгляд дрогнул. Секунду спустя она уже снова была собой — губы изогнулись в знакомой, чуть насмешливой улыбке. — Ты думаешь, я одинока? — она тихо засмеялась. — Это тебе кажется. — Может быть, — ответил он спокойно. — Но я привык верить своим ощущениям. Она отвернулась, сделала пару шагов, и уже уходя, бросила через плечо: — Посмотрим, Гао Байлунь… посмотрим. Её силуэт растворился между фонарями, а он остался стоять, чувствуя, что только что действительно коснулся чего-то, что не удавалось никому во дворце. Еще один шаг, — с удовлетворением подумал он. — Но до победы в этой игре еще далеко. *** Площадка, выложенная красным камнем, блестела от росы. Слуги уже выставили тренировочные манекены, на дальних стендах дымились жаровни с песком для отработки дыхания. Зуко и Байлунь стояли в центре, слушая сухие указания мастера Цзиньтао. Азула, в традиционной тренировочной форме, появилась последней, как всегда с видом, что все остальные просто обязаны ждать её. — Сегодня мы отработаем точечные удары огнём по движущейся мишени, — сказал мастер. — Скорость и точность. Когда мишени начали двигаться по кругу, Байлунь, сохраняя спокойное дыхание, сосредоточился. Его пламя — золотистое, насыщенное — вылетало ровными, резкими залпами. Мишени вспыхивали одна за другой. Он краем глаза заметил, как Азула, делая свои идеальные синие выбросы, на секунду перевела взгляд на него. Ага, смотришь? — усмехнулся он про себя. — Ну-ну, детка, готовься удивляться. Следующее упражнение — отражение огненных атак друг друга. Азула вышла с явным намерением уничтожить Зуко, но мастер неожиданно сказал: — Гао Байлунь. Ты против принцессы. Толпа учеников оживилась, зашепталась. Байлунь же лишь чуть приподнял уголок губ. — Ну что, принцесса, без обид? — он специально произнёс это чуть тише, но так, чтобы она услышала. — Обиды будут у тебя, — ответила она холодно. Они поклонились и начали. Первый её залп — стремительный, как стрела. Байлунь сделал пол-шага вбок, дыхание ровное, и отразил удар, пустив золотое пламя по касательной. Азула нахмурилась. Второй её удар он не просто отбил, а перехватил направление, так что её же огонь ударил в мишень позади неё. Толпа ахнула. Чувствуешь? — думал он, блокируя очередную серию её атак. — Я не тот, кого можно сжечь, как твой несчастный цветок. Под конец спарринга он провёл связку движений — резкий удар ладонью, переходящий в выброс с разворота, — и его золотое пламя окутало Азулу, не обжигая, но явно показывая, что он мог бы закончить бой. — Хватит! — остановил их мастер. — Победа Гао Байлуня. Ученики загудели. Зуко сиял. Азула же стояла с ровным лицом, но глаза ее метали молнии — не от злости, а от того, что в ней просыпался интерес. *** Ученики уже расходились, обсуждая бой. Байлунь, вытирая пот с лица, направился к дальнему углу площадки, где стоял кувшин с водой. Пил он медленно, смакуя момент — ведь он видел, как Азула всё это время, сделав вид, что разговаривает с Тай Ли, косится в его сторону. — Гао Байлунь, — её голос прозвучал за спиной, холодный, но с той самой лёгкой вибрацией, которую он уже научился улавливать: она чем-то заинтригована. Он обернулся, на губах едва заметная улыбка: — Принцесса? Она подошла вплотную, чуть запрокинув голову, чтобы смотреть прямо ему в глаза. — Ты хорошо дерешься. Для… — она нарочно сделала паузу, — простолюдина. — Ну, я же старался, чтобы впечатлить, — он сказал это так нагло, что несколько стоящих неподалёку девочек ахнули. Азула чуть прищурилась, уголок её губ дрогнул — то ли от раздражения, то ли от смеха. — Большинство не осмелилось бы ответить мне так. — Большинство — не я, — Байлунь пожал плечами. — К тому же… я же твой товарищ по тренировкам, а не твой враг. — Сегодня ты им был, — заметила она, но голос ее стал мягче. — И всё же… я хочу увидеть, на что ты способен, когда дерешься по-настоящему. — Думаешь, я сражался в полсилы? — он приподнял бровь. — Думаю, что ты всё ещё что-то скрываешь, — она повернулась и пошла прочь, не оборачиваясь. — Завтра. На заднем дворе дворца. Без мастеров. Ох, вот это я понимаю приглашение… — мысленно усмехнулся Байлунь. — Дуэль с принцессой один на один. Либо завоюю уважение, либо сгорю к чертям… хотя нет, красивое лицо я всё-таки постараюсь сохранить. *** Рассвет над столицей Племени Огня был таким, каким его мог нарисовать только сумасшедший художник: черно-красные мазки ночи еще цеплялись за горизонт, но золотисто-оранжевое солнце уже пробивалось сквозь облака, заливая крыши дворца жидким пламенем. Байлунь стоял босиком на тёплых камнях внутреннего двора поместья, с обнаженным торсом и в тренировочных штанах. В воздухе висела свежая утренняя прохлада, но он уже был разогрет — тело блестело от пота, дыхание ровное и глубокое. Сегодня. Сегодня я либо сияю, либо вляпываюсь по самые уши. Сон прошлой ночью был рваный. Слишком много мыслей о предстоящей дуэли и… о том, что вдруг, совершенно внезапно, в памяти всплыло. Не целиком, нет — фрагмент. Кусок той самой техники, которую он безуспешно пытался вытащить из памяти с самого момента, как осознал, куда попал. «Танцующий дракон». Хрен его знает, почему именно сейчас вспомнилось… Может, нервы, а может, организм решил: «Ну, братан, держи подгон». Он закрыл глаза и выровнял дыхание. Не просто вдох и выдох — каждая клетка тела тянулась к ритму. Ноги скользнули в знакомую стойку, руки медленно, почти лениво, пошли по траектории, которую диктовали мускулы, а не мозг. Движения казались плавными, даже медитативными, но внутри уже начинал нарастать жар. Не рваный, как при обычной атаке, а спиральный, глубокий — будто в груди раскручивался вихрь. Вдох — сила внутрь, выдох — сила наружу. Он сделал широкий шаг, поворот корпуса, и в этот момент что-то щелкнуло. Не в прямом смысле — скорее, как будто пазл в голове наконец сложился. И тогда это случилось. Из его ладоней вырвался столб пламени. Но не привычный солнечно-жёлтый — нет. Это был голубой огонь, яркий, как раскаленный металл, и с каким-то странным, почти хищным вихревым движением, будто он не просто горел, а пожирал воздух. Жар ударил в лицо, волосы на руках встали дыбом. Пламя ревело, как зверь, и даже камни под ногами казалось вибрировали. Он замер, глядя на свои руки. — Ох… е… ть… — только и выдохнул он. Сердце колотилось как бешеное. Он едва не рассмеялся, но сдержался — слишком много адреналина. Так… спокойно… Это, мать его, было круто. Но если я сейчас на радостях повторю и сожгу тут половину двора, мать мне хребет сломает. Байлунь сделал пару шагов назад, медленно выдохнул и попытался повторить — получилось, но уже не так мощно, только на мгновение мелькнул голубой оттенок. Понял, значит, это пока козырь. И в дуэли… хех… Если получится выдать такое при всех, то даже Азула глазёнками захлопает. Он вытер лоб, глубоко вдохнул еще раз. Сегодня он был готов.