— Сценарий готов.
— Сценарий? Не сюжет, а сценарий? Готовый текст?
— Да...
Пятеро участников группы недоверчиво листали страницы.
Около 8 страниц были плотно заполнены диалогами.
Рюсин поцокал языком.
Конечно, новичок, который играл только в драмкружке, вряд ли учёл переходы между сценами или паузы в диалогах.
И всё же написать сценарий 15-минутной одноактной пьесы за неделю — это было удивительно.
— Название... «Love of His Life»?
— Да. У Queen есть песня «Love of My Life»*, которую, как известно, Фредди Меркьюри написал для Мэри Остин. Я позаимствовал название оттуда.
____________
Love of My Life (англ.) — «Любовь моей жизни».
— Видимо, у вас в голове уже сложилась чёткая картинка. Значит, Юмён-сси будет режиссёром?
Все уже собирались согласиться, но Юмён поспешно возразил:
— Нет! Я хочу играть.
— Играть?
— Да. Сценарий я передам режиссёру и умою руки. Если режиссёр попросит, я помогу с правками, но в саму постановку вмешиваться не буду.
Рюсин посмотрел прямо в глаза Юмёну. В них читалась решимость не уступать ни за что.
Почему такой парень вообще пошёл на менеджмент, а не на театральный?
— Судя по сценарию, ролей всего три? Вы же знаете, что здесь все хотят быть актёрами?
— Да. Поэтому я предлагаю провести прослушивание.
— Прослушивание? Для учебного задания?
— Мы всё равно будем распределять роли во время читки сценария. Если я провалюсь там, то займусь режиссурой или чем угодно.
— Какую роль вы хотите?
— Конечно, Фредди Меркьюри.
Рюсин весело рассмеялся.
— Вы знаете, что в нашей группе двое бывших главных актёров из «Одиссея»?
Театральный кружок театрального факультета «Одиссей» (Odysseus).
Наряду с центральным театральным кружком «Чханчхон» (Лазурное небо), это два главных театральных объединения университета.
Они соперники, которые не ладят друг с другом. Точнее, «Чханчхон» пыжится, называя их соперниками, а «Одиссей» даже не обращает на них внимания. Всё-таки уровень тех, кто мечтает стать профессиональными актёрами, отличается, даже если это студенческий театр.
И действительно, на ежегодных осенних постановках «Одиссей» собирает гораздо больше зрителей, чем «Чханчхон».
Рюсин был президентом «Одиссея».
Для него амбиции Юмёна выглядели мило, словно цыплёнок пытается казаться орлом.
К тому же в «Чханчхон» первокурсникам не дают играть.
То есть у этого парня, полного энтузиазма, нет ни малейшего актёрского опыта.
В отличие от него, Рюсин, который с первого семестра первого курса играл главные роли в «Одиссее», где ценят только мастерство, всегда был на первых ролях.
Но новичок скрестил руки на груди и невозмутимо ответил:
— Длинное или короткое — узнаешь, когда измеришь*. Посмотрим на читке.
____________
«Длинное или короткое — узнаешь, когда измеришь» (кор. 길고 짧은 건 대봐야 안다) — корейская пословица. Означает, что нельзя судить о результате заранее, пока не попробуешь или не сравнишь на деле. Русский аналог — «цыплят по осени считают».
***
— Юмён! Почему так поздно? Я взяла и на твою долю.
— О-о, спасибо…
— С тебя 1800 вон.
Бора, которая, несмотря на вечную улыбку, была девушкой с чётким характером, протянула руку, и Юмён тут же отсчитал нужную сумму из кошелька.
После точной сделки Юмён придвинул к себе поднос и начал есть.
— Что у тебя было перед этим? Почему ты всё время приходишь с той стороны?
— А, я был в корпусе театрального факультета.
— Ты слушаешь курс на театральном?
— Ага.
Бора и Синхи сверкнули любопытными глазами.
— На театральном много красивых парней и девушек?
Юмён задумался.
Действительно... Визуал у ребят с театрального что надо. Иногда попадаются те, кого потом увидишь на экране.
— Ну не знаю? Я как-то не заметил.
Не обязательно говорить всё начистоту.
Тут Санджин, жуя шницель, сказал:
— Эй, так они, небось, думают: «Син Юмён равно ботан с менеджмента»? Это как-то не очень.
— Что? Что не так с Юмёном?
— Ты чего так говоришь!
Когда Бора и Синхи возмутились, Санджин притих.
— Нет, я в смысле, он же никогда не был из тех, кто выделяется. После армии он, конечно, сильно изменился, но всё ещё «сапогом» пахнет. Я просто волнуюсь, как бы он не стушевался среди театралов.
Бесполезное оправдание. Юмён молча посмотрел на Санджина и продолжил есть.
— Вот видишь, Юмён понимает. Мужик! Эй, может, сегодня погуляем мужской компанией? Говорят, на Хондэ сейчас круто, сходим в клуб?
— У меня вечером дела.
— Какие дела? Сходишь после.
— Первая встреча театральной труппы. С посиделками, так что закончим поздно.
— Театр? Ты занимаешься театром?
Санджин замахал руками, будто это совсем не вязалось с образом друга. В его голове явно всё ещё жил образ Син Юмёна с первого курса.
— Вау… Юмён, ты в «Чханчхоне»?
— Актёр? Стафф?
— Скажи, когда будет выступление. Обязательно придём.
Бора и Синхи ущипнули Санджина за бок, вежливо попрощались с Юмёном и, опасаясь, что Санджин ляпнет ещё что-нибудь, потащили его к выходу.
— Нам надо книги в библиотеке сдать, так что мы пойдём. До завтра!
— Удачи на первой встрече! Файтинг!
Троица быстро превратилась в точки вдалеке, и губы Юмёна скривились.
Для тех, кто знал его раньше, он всё ещё был неудачником. Не то чтобы он жаждал мести... но было бы ложью сказать, что он не хотел бы эффектно перевернуть их представление о себе и заставить разинуть рты.
«Может, сходить купить одежду?..»
Мультибрендовый магазин мужской одежды перед Женским университетом Унмён, недалеко от университета Каун.
Минхи ела лапшу быстрого приготовления в пустом магазине.
«Надо было всё-таки открывать магазин женской одежды...»
Район перед университетом Унмён был меккой моды.
Переулки кишели старшеклассниками и студентами, покупающими одежду, девушками, ищущими салоны красоты, и посетителями модных кафе. Но...
«Днём парней-покупателей почти нет...»
В отличие от магазинов женской одежды, где даже днём полно студенток, у которых нет пар, в мужской магазин клиенты заходили только к вечеру или в выходные.
Минхи, открывшая магазин с концепцией «место, где подбирают одежду парню», вскоре поняла свою ошибку.
«И всё же подбирать мужские луки интереснее».
До середины своих двадцати она работала стилистом популярной мужской айдол-группы и была признана за отличный вкус и чутьё.
Но решив, что нестабильная жизнь стилиста без вечеров и выходных сведёт её в могилу раньше времени, она вытряхнула все сбережения и открыла этот магазин три месяца назад.
Дзынь…
Услышав желанный звон колокольчика, Минхи даже перестала есть лапшу.
В дверях стоял студент: по меркам Минхи, одетый очень безвкусно, но с приятным лицом.
— Добро пожаловать!..
От радости её голос взлетел на высокие ноты.
Юмён тоже с радостью посмотрел на хозяйку магазина.
Лицо, которое он часто видел в СМИ.
Чон Минхи.
Королева моды, открывшая мужской магазин перед Женским университетом Унмён, прославившаяся благодаря сарафанному радио, а затем сорвавшая куш с интернет-магазином для мужчин с концепцией превращения «обычных» парней в «красавчиков». Сейчас она широко улыбалась ему, сверкая застрявшим в зубах кусочком красного перца.
— Я хотел бы посмотреть одежду.
— Какой стиль вы ищете?
— Нуна, как вы думаете, какой стиль мне подойдёт?
Минхи посмотрела на дерзкого, вопреки первому впечатлению, студента со странным выражением лица.
«Ишь ты, флиртует, паршивец».
Она скрестила руки на груди, просканировала студента с головы до пят, затем выхватила с вешалок две пары брюк, рубашку, футболку и пиджак.
— Примерь.
Юмён без лишних слов направился в примерочную.
В 2018 году участие в семинаре «Коучинг по стилю от Чон Минхи» стоило 200 000 вон за 2 часа.
При группе в 50 человек это выручка 10 миллионов вон за лекцию. Даже за вычетом расходов на еду и аренду, её время стоило бы более 3 миллионов вон в час.
И сейчас он получал этот коучинг бесплатно.
Шурх — Минхи удивилась, увидев Юмёна, вышедшего из примерочной.
«Я, конечно, сама выбирала, но это же произведение искусства».
Для мужчины у него была светлая кожа, которой очень шёл фиолетовый цвет с качественным принтом.
Это была дорогая футболка из высококлассного материала, не совсем для студенческого бюджета, но цвет давал тонкий шик, а главное — она сидела идеально. Под мешковатой одеждой было не видно, но его тело оказалось более подтянутым, чем она думала.
Сверху он надел клетчатый пиджак.
Для обычного человека узор был смелым, но благодаря его «чистому» лицу это выглядело не чрезмерно, а стильно. Широкие плечи тоже сыграли свою роль.
И джинсы цвета индиго, которые Минхи предложила вместо модных тогда широких штанов или клёш, поставили точку в этом опрятном и утончённом образе.
— Я выбирала, но... тебе действительно очень идёт.
— Я слышал, что у нуны есть вкус, и не разочарован.
Минхи даже пропустила мимо ушей дерзкую шутку студента.
Что-то... здесь было нечто более тонкое...
— Повернись вокруг.
По просьбе Минхи Юмён сделал оборот.
И Минхи поняла природу своего странного чувства.
«Я-то думала, почему сидит лучше, чем ожидалось, а у парня-то есть „тэ“...»
Тэ (Tae).
Осанка, стать.
Элегантность, исходящая от движений. То, как он опускает кончики пальцев, как скрещивает ноги — жесты, неуловимо завораживающие людей.
Почему от этого обычного мальчишки исходит ощущение тренированной пластики, которое она видела только у звёзд, работая в шоу-бизнесе?
— Ты случайно... не занимался танцами?
— Нет.
Минхи, скрывая замешательство, предложила примерить и рубашку.
Результат снова не обманул ожиданий.
— Вау… Хорошо.
— Ага. Действительно хорошо. Но эти вещи дороговаты.
— Сколько?
— За эти четыре вещи — двести тысяч.
В то время в переулках с недорогой одеждой перед университетом на 100 000 вон можно было купить 4–5 пар штанов и больше 10 футболок.
Учитывая это, цена была немалой, но Юмён не удивился.
— Эта футболка самая дорогая, верно?
Когда Юмён указал на фиолетовую футболку с принтом, Минхи удивилась ещё раз. Обычно люди не думают, что футболка может стоить дороже пиджака или брюк.
«Кто он такой?»
А следующие его слова заставили её удивиться ещё больше.
— Доставайте ещё. Всё, что, по-вашему, мне пойдёт.
Он потратил 700 000 вон за один раз.
Выгреб всё со сберегательного счёта, куда капала драгоценная армейская зарплата, и карманные деньги, полученные от родственников после демобилизации.
Большую часть потратил на одежду, а ещё сходил в парикмахерскую, которую посоветовала Минхи, и привёл в порядок волосы.
«Хух... Впервые трачу столько денег на шопинг. Но, думаю, оно того стоило».
Раз уж он решил стать актёром, утончённый имидж важен.
Мода не прогрессирует без начальных инвестиций. С таким надёжным коучем деньги не были потрачены зря.
«К тому же, теперь я на „ты“ с Чон Минхи».
Пока что Чон Минхи всё ещё беспокоилась о ежемесячной аренде.
Минхи была совершенно очарована этим клиентом, который не моргнув глазом потратил несколько сотен тысяч вон, обладал смелостью и умел носить одежду.
Она подарила ему несколько футболок и аксессуаров из личной коллекции, а ещё сказала:
— Тебя так приятно одевать. Впредь за твой стиль отвечает нуна! Если будешь сомневаться насчёт какой-то вещи, кроме одежды, спрашивай.
017.XXX.XXXX.
Юмён с гордостью посмотрел на новый сохранённый номер.
***
«Инженерный корпус, аудитория 101».
В большой аудитории собралось значительное количество студентов.
— Говорят, в этот раз ставим «Сон об успехе»?
— Слышал, Вонён очень рассчитывает на главную роль.
В шумной суете через заднюю дверь вошёл парень, и взгляды мгновенно сфокусировались на нём.
Лицо было незнакомым.
«Кто это? Новичок?»
«Вау, у нас в универе был такой парень? Зацени, как одет».
«Кто этот оппа? В моём вкусе...»
Пока студенты перебирали мысли, первым, кто нарушил молчание и обратился к незнакомцу, был Со Мунсик, главный планировщик этой постановки.
— Вы с инженерного? Наш кружок забронировал эту аудиторию с 6 до 10.
— Здравствуйте. Син Юмён. Я был в «Чханчхоне» на первом курсе, потом ушёл в армию и сейчас восстановился.
— Син Юмён? Син Юмён... А?
Мунсик был поражён.
Порывшись в памяти, он вспомнил, что три года назад действительно был такой первокурсник.
Тихий, делал только то, что велят, и совершенно терялся среди артистичных членов труппы.
«Нет, неужели человек может так измениться за два года?»
Некоторые старшекурсники, помнившие Юмёна, тоже цокали языками. Бывает, что армия меняет парней, но не до такой же степени. Он выглядел как совершенно другой человек.
Пак Хансан, третьекурсник, который никак не мог вспомнить Юмёна, вытянул шею и встрял:
— Дембель? Почему я не помню. И на кого метишь в этот раз? Костюмеры?
— Нет. Я хочу быть актёром.
— Да? В этот раз желающих стать актёрами куча, новичку будет трудно получить роль.
На слишком прямолинейную настороженность Хансана Юмён лишь усмехнулся.
И бросил одну фразу.
Подумав, что сегодня он произносит её уже не раз.
— Длинное или короткое — узнаешь, когда измеришь, сонбэним.
Обновлено: 01.02.2026