Сразу после телефонного разговора Чэнь Чуань отправился домой. Стоило ему войти в передний двор, как до ушей долетел шумный спор младших брата и сестры. В гостиной ему под ноги выкатился небольшой кожаный мяч. Чэнь Чуань ловко подцепил его носком, пару раз подбросил в воздухе и замер – мяч неподвижно застыл на его стопе. Сам юноша при этом даже не пошатнулся.
─ Ого! ─ воскликнула маленькая Нянь Лу, восторженно захлопав в ладоши.
Ее брат Нянь Мо тоже вскинул руки: ─ Класс! Еще, еще!
Легким движением ноги Чэнь Чуань отправил мяч обратно к малышам.
Юй Вань, сидевшая в кресле с вязанием, знала, что завтра племянник уходит в Академию боевых искусств Уи, поэтому ждала его пораньше. Завидев его, она ласково улыбнулась: ─ Чань, вернулся?
─ Да, тетушка, ─ ответил Чэнь Чуань. ─ Завтра регистрация, так что сегодня освободился пораньше.
Юй Вань поднялась с места. Заметив пыль на его куртке, она всплеснула руками: ─ Ах ты, горе луковое! Словно в куче мусора валялся. Ну-ка, скидывай живо, я ее на улице вытряхну. Хорошая ведь вещь, нечего ее портить.
Ворча себе под нос, она забрала куртку и вышла во двор.
В этот момент Чэнь Чуань почувствовал затылком движение воздуха. Словно обладая глазами на задней части головы, он слегка качнул ее в сторону, и пущенный в него мяч пролетел мимо.
─ Ва-а-а! Брат такой крутой!
─ Кидай назад! Назад!
Чэнь Чуань вернул им мяч и какое-то время лениво подыгрывал детям. Вскоре вернулась Юй Вань. ─ На, держи, ─ она вложила в его руки вычищенную одежду.
Когда Чэнь Чуань направился к себе, тетушка последовала за ним. Он понял, что она хочет о чем-то поговорить. Остановившись у дверей его комнаты, Юй Вань участливо спросила: ─ Чань, у тебя деньги-то еще остались?
─ Тетушка, вы в прошлый раз дали мне достаточно, у меня еще есть, ─ ответил Чэнь Чуань.
─ Если не хватит – не стесняйся, проси, ─ наставительно произнесла Юй Вань. ─ На учебе экономить нельзя.
Чэнь Чуань согласно кивнул.
─ Твой дядя велел тебе съехать через два месяца, ─ продолжила Юй Вань. ─ Но раз уж ты поступил, не спеши забирать вещи. Сначала обустройся в общежитии, посмотри, как там что. А если не захочется там жить – возвращайся. Неужели в родном доме мы тебя не прокормим?
─ Тетушка, это дядя так решил? ─ уточнил Чэнь Чуань.
─ А что, я, по-твоему, уже ничего в этом доме не решаю? Главное, чтобы ты в академии мастерству научился, остальное – пустяки.
Чэнь Чуань не стал спорить. Съехать он мог в любой момент. ─ Хорошо, тетушка, пусть пока будет так.
Видя, что он прислушался к ее словам, Юй Вань осталась довольна. После смерти сестры и зятя она относилась к Чэнь Чуаню как к собственному сыну, и ей было нелегко отпускать его.
Когда она ушла, Чэнь Чуань закрыл дверь, повесил куртку и сел за письменный стол. Достав из ящика оставшиеся деньги, он принялся за подсчеты.
Изначально Юй Вань дала ему шестьсот цзяньюань. Сто ушло на регистрационный взнос. Еще около трехсот было потрачено за два месяца на специальное питание в Доме кулака, тренировки, износ снаряжения и прочие нужды. Выходило в среднем по сто пятьдесят в месяц.
До переэкзаменовки в следующем месяце ему явно по-прежнему будут нужны наставления Юй Гана. Даже по самым скромным подсчетам на это уйдет примерно такая же сумма.
Конечно, после официального начала занятий в Академии боевых искусств Уи жилье и питание для курсантов будут бесплатными. А если удастся пройти переэкзаменовку, то можно рассчитывать и на освобождение от большей части платы за обучение. Но Чэнь Чуань понимал: это не значит, что траты прекратятся. Скорее наоборот, денег может потребоваться еще больше. А значит, нужно приложить все силы, чтобы претендовать на школьную стипендию.
В это же время в самой Академии боевых искусств Уи лектор Бянь Фэн, принимавший экзамен у Чэнь Чуаня, и его коллега Юэ Хун, отвечавший за набор, неспешно шли по коридору главного корпуса.
Юэ Хун похлопал по папке со списками в руках: ─ За десять лет расширения набора число абитуриентов растет с каждым годом. В этот раз их особенно много. В одном только Янчжи вместе с шестью прилегающими уездами набралось две тысячи человек – небывалая цифра. Похоже, наверху решили всерьез взяться за дело.
─ Много? ─ глухо переспросил Бянь Фэн. ─ В Янчжи шесть миллионов жителей, а вместе с округами, даже если не считать горные районы, наберется все десять миллионов. И при этом в академию ежегодно поступает такая горстка людей? И это результат десяти лет реформ?
Юэ Хун усмехнулся: ─ Ну, не будь так строг. В наше время каждого из нас наставник пестовал лично с малых лет. А сейчас? Позанимался в каком-нибудь клубе или тренировочном зале годик-другой, а то и полгода – и уже есть шанс поступить. Возможностей куда больше, чем было у нас.
Бянь Фэн покачал головой: ─ Поступить-то они могут, но на переэкзаменовке дай бог один из десяти пройдет.
Юэ Хун вынужден был согласиться. Хоть и те, и другие формально считались студентами Уда, разница между прошедшими и не прошедшими второй этап была колоссальной. Первые – это таланты, в развитие которых академия вкладывает все силы, вторые – лишь массовка.
За десять лет расширения набора внутренняя структура Уда почти не изменилась. Общее число элитных студентов оставалось стабильным. Причина была проста: ресурсы ограничены, и направлять их можно только на тех, кто действительно достоин.
Впрочем, была и другая причина: большую часть ресурсов забирали студенты из влиятельных семей. Простым ребятам доставались лишь крохи. Хотя руководство в главном управлении понимало проблему и пыталось ее решить, успехи были скудными.
─ Кто же добровольно отдаст кусок мяса, который уже во рту? ─ с горечью в голосе произнес Юэ Хун.
За разговором они подошли к кабинету руководителя отдела подготовки. Еще не дойдя до двери, они услышали доносящийся оттуда зычный голос:
─ Я вот что скажу: какой вообще смысл в этих стипендиях? Каждый год их забирают те, кого проталкивают влиятельные кланы. После выпуска они всё равно уходят на службу к своим покровителям. Мы хотели дать шанс обычным студентам, а в итоге места просто захватили. Ну и в чем тогда смысл расширения? В итоге сильные становятся еще сильнее, а слабые – слабее. Ситуация хуже, чем десять лет назад. Я считаю, эти выплаты можно смело отменять. А если не отменять, то хотя бы урезать!
Слух Бянь Фэна и Юэ Хуна был отточен годами тренировок. Даже через стену в тихом коридоре они отчетливо слышали голос собеседника в телефонной трубке:
─ Мы должны давать людям надежду. Да, обычным студентам трудно тягаться с выходцами из элиты, но порой среди них попадаются самородки. Пусть их будет всего один-два – это уже победа. Наша система работает. А если отменить стипендии, у них не останется даже надежды.
─ Ты член совета академии, тебе и решать, ─ отрезал голос в кабинете. ─ Но если и в этом году всё будет по-старому, в следующий раз ищи себе другого исполнителя.
Раздался резкий щелчок положенной трубки, а следом тот же голос скомандовал: ─ И чего вы там за дверью замерли? Смешно вам? Заходите.
Бянь Фэн и Юэ Хун поспешно вошли. За столом сидел крепкий мужчина лет пятидесяти с густой шевелюрой. Широкие плечи, волевое лицо с густыми бровями и строгий взгляд – наставник Гао выглядел крайне серьезным человеком. На нем был безупречно подогнанный черный костюм западного кроя, застегнутый на все пуговицы.
Казалось, он один занимал добрую половину комнаты. Его ноги, словно мощные колонны, прочно упирались в пол, так что массивное кресло под ним было почти не разглядеть. Бянь Фэн и Юэ Хун почтительно поклонились: ─ Наставник Гао.
─ Список кандидатов на экзамен готов? ─ спросил Гао.
─ Готов, я принес его, ─ Юэ Хун протянул бумаги. ─ Прошу вас, взгляните.
Наставник Гао лишь отмахнулся: ─ Даже не показывай мне. Сразу передавай в совет. Там половину вычеркнут, а попечители наверняка впихнут своих протеже.
Бянь Фэн поднял голову: ─ Но ведь останется хотя бы вторая половина.
─ И какой в этом толк?
Наставник Гао покачал головой: ─ В этом году на нас сильно давят сверху, но чем сильнее давление, тем мощнее будет отпор. И так забот выше крыши, еще и эта свистопляска… Ладно, ─ он вдруг передумал и выхватил список из рук Юэ Хуна. ─ Посмотрим. Нужно сделать хоть что-то, пусть даже пользы от этого будет немного.
Обновлено: 18.01.2026