Если вспомнить все, что произошло на втором этаже, когда на них внезапно напал демон, в облике мужчины с заколкой, уже в тот момент алтарные дощечки Цичжи были повреждены, да и теперь, когда его рука ранена и рядом с ним никого не осталось, чтобы помочь, было вполне ожидаемо, что что-то может пойти не так.
Удивившись, что Тэн Юйи, развернувшись, направилась обратно в храм, Э Цзи растерянно замерла на месте, слушая похожие на плач призраков завывания ночного ветра. Топнув ногой от бессилия, она бросилась вслед:
— Господин Ван, подождите меня!
Тэн Юйи ворвалась в небольшой храм и увидела Цичжи: одной рукой он сжимал себе шею, а другой с трудом пытался наклеить талисман куда-то за спину. Хотя позади него никого не было видно, но на его шее отчетливо проступали пара темно-красных отпечатков ладоней.
Лицо мальчика приобрело мертвенно-синий оттенок, а его губы начали чернеть. Хо Цю никогда не видел ничего подобного и, охваченный ужасом, попятился назад. Тэн Юйи крепче сжала рукоять нефритового клинка и, сделав шаг мимо слуги, нанесла удар в пустоту за спиной Цичжи.
Однако тот опередил ее. Еще до того, как клинок достиг цели, Цичжи поднес талисман к своему затылку. В воздухе тут же разлился слабый запах гари, и странная сила, сжимавшая его шею, ослабла.
Цичжи, тяжело дыша, сказал:
— Господин Ван, я.… я могу справиться, просто их слишком много сразу появилось. Иначе я бы уже давно со всеми разобрался.
Тэн Юйи села рядом с ним, скрестив ноги:
— Да, ты справишься, просто с трудом. Твой старший брат был прав, вам действительно нужно больше опыта. Он скоро выйдет? Это место слишком странное. Я останусь здесь, помогу тебе, чтобы ты ненароком не погиб от рук этих тварей.
Цичжи благодарно взглянул на Тэн Юйи, встал и нарисовал вокруг нее защитный знак. Затем он подошел к Хо Цю и Э Цзи и тоже начертил вокруг них круги.
Э Цзи, опустив голову и осматриваясь вокруг, спросила:
— Маленький даос, что ты делаешь?
Цичжи ответил:
— У вас не открыто Небесное Око*, поэтому вы не видите. В доме все еще прячется несколько существ. Они боятся света меча господина Вана, поэтому не осмеливаются подойти. Я нарисую вокруг вас еще один защитный круг «Божественного дитя» **, тогда они точно не посмеют приблизиться. Раньше я не успел подготовиться, поэтому они смогли застать меня врасплох.
П.п.: *天眼 tiānyǎn ― небесное зрение, всевидящие очи (способности видеть все и везде); дар всевидения; 赤子太尊阵 можно перевести как "Формация Великого Почтенного Чистого Дитя" или "Великая Божественная Формация Чистого Ребенка". Возможно, это название какого-то мистического или магического построения, связанного с чистотой, божественным происхождением и мощной силой. В художественной литературе такое название может использоваться для описания древнего магического барьера, ритуала или мощной формации, защищающей что-то или кого-то.
Э Цзи от страха прикусила язык:
— В-в храме еще кто-то есть?
Цичжи бросил взгляд на дверь:
— Не беспокойтесь, они уже отступили за порог.
Тэн Юйи тихо спросила:
— То, что ты называешь «они» — что это за существа?
Цичжи так же тихо ответил:
— Они похожи на призраков, но от них исходит демоническая энергия. Такое встречается редко. Мне кажется, это... что-то вроде злобных духов, которые появились из-за накопившейся обиды после смерти от рук демонов. Они долго находились под контролем демонических существ и заразились чуждыми им повадками.
«Демон, способный управлять злобными духами... насколько же это существо хитрое и коварное», — подумала Тэн Юйи, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Она невольно посмотрела на жертвенный стол.
— Теперь понятно, почему понадобились такие мощные печати, чтобы сдержать это существо. Что же это за тварь они сдерживают? — пробормотал она.
Она вдруг вспомнила, как на втором этаже, в конце коридора, когда столкнулась с этим демоном, нормальная комната внезапно превратилась в заброшенный сад.
— Раньше, когда застряла в дверях, — сказала она, — я заметила, что за твоей спиной в том дворе стоял густой туман. Кажется, там был колодец. У тебя зрение лучше моего, ты не видел там чего-нибудь еще?
— Колодец? — Цичжи вздрогнул. — Но почему я видел лавку, где продавали лепешки. Перед лавкой какой-то мужчина-хун* избивал молодую девушку. У нее в руках была зурна**, а сама она была примерно моего возраста. Мужчина называл ее то ли «Цюн Циньва», то ли «Цин Циньва». Я хотел остановить его, потому что он слишком жестоко ее бил, но, пока спешил, случайно попал в ловушку демона.
П.п.: *Первоначально «ху», от монгольского ху(н), использовалось как общее обозначение чужеземцев, особенно кочевников, но с течением времени этот термин стал более специфичным и охватывал конкретные группы. Также в китайской культуре эти народы часто воспринимались как варвары, что отражает этноцентризм древнего Китая. Однако к эпохе Тан слово «ху» стало более нейтральным и применялось, например, к народам Средней Азии, связанным с торговлей на Шелковом пути. **Зурна́ — язычковый деревянный духовой музыкальный инструмент с двойной тростью, распространенный на Ближнем и Среднем Востоке, Индии, Средней Азии, Малой Азии, Кавказе, Балканах.
— Странно, почему мы видели разные вещи? — удивилась она.
Э Цзи внезапно побледнела:
— Маленький даос, ты сказал, что тот мужчина называл ее «Цюн Циньва»?
— Что такое, госпожа Э?
Э Цзи с необычайно странным выражением ответила:
— «Цюн Циньва» — это настоящее имя Цзюань Эрли. Когда я ее купила, то дала ей это новое имя. А ее отец был хуном, он часто избивал и ругал ее.
Цичжи застыл в шоке:
— Это действительно странно. Почему я увидел это?
Тэн Юйи задумалась:
— Забыл, что ли? Когда мы попали в барьер демона, Цзюань Эрли как раз исчезла.
Цичжи кивнул:
— Теперь понятно. Это, скорее всего, глубочайшая обида, спрятанная в сердце Цзюань Эрли. Но почему демон забрал именно ее? И зачем использовать это, чтобы создать ловушку? Господин Ван, а как насчет того колодца, который вы видели в иллюзии? Что он может значить?
В этот момент Хо Цю вдруг поднялся, сжимая в руке меч:
— Господин, золотая статуя шевелится!
Все в страхе обернулись к жертвенному столу, где стояла статуя. Сначала Тэн Юйи решила, что ей показалось. Но, приглядевшись, она увидела, как статуя действительно начала качаться. Свет и тень играли на лице золотого мальчика, и его невинное выражение исказилось до жуткой, злобной гримасы.
Присмотревшись, они поняли, что двигалась вовсе не статуя Падмасамбхавы, а жертвенный стол, на котором она стояла.
Стол начал сильно шататься, и Тэн Юйи рванула к выходу:
— Плохо дело, уходим отсюда!
Она пробежала несколько шагов, но вдруг почувствовала, как ее меч стал нагреваться. Опустив взгляд, она заметила, что клинок сиял ярче, чем обычно.
Не успела она добежать до двери, как жертвенный стол с грохотом перевернулся. Поднялся густой столб пыли, и вдруг из-под земли выскочили две фигуры. Они одним прыжком пересекли клубы дыма и приземлились на пол. Тэн Юйи пригляделась — это был Цзюэ Шэн. На его спине лежала девушка с двойными пучками волос, одетая в жуцюнь*. Тэн Юйи обрадовалась:
— Цзюань Эрли!
— Слава богу, — закричал Цичжи, — ее спасли! Цзюэ Шэн, где старший брат?
П.п.: 襦裙 rúqún ― жуцюнь, неформальная одежда, состоящая из короткой куртки и длиной юбки.
Цзюэ Шэн был смертельно бледным. Он с трудом приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого вдруг издал хриплый звук и вырвал все содержимое желудка.
Цичжи испугался и поспешил к нему на помощь, но Цзюэ Шэн закричал:
— Не подходи! Бегите!
Не успел он договорить, как раздался громкий взрыв. Жертвенный стол вместе со статуей Падмасамбхавы позади него разлетелись в прах. В этот же миг еще одна фигура стремительно, словно выпущенная из лука стрела, вырвалась из-под земли и взлетела вверх.
Цичжи застыл в ужасе:
— Старший брат!
Обновлено: 02.02.2026