Бипамон был длинным рынком, тянущимся к западу от Дворца Небесного Владыки. Это был ночной рынок, работавший постоянно, но ученикам Павильона Орым вход туда обычно был запрещен. Причиной тому служило обилие питейных заведений и кварталов красных фонарей в переулках, что, как считалось, мешало благонравному поведению и мешало занятиям.
«Дайте большой кувшин, самый большой!»
С окончанием обучения запрет на посещение был снят. Имэ, отчаянно размахивая руками, требовала еще выпивки. Лица сидящих напротив Белого Тигра и Алой Птицы уже были ярко-красными. Белый Тигр, не заметив, что его чаша пуста, поднес ее к губам и хихикнул.
«Скорее несите, самый большой!» — подгонял он хозяина заведения вслед за крольчихой.
Алая Птица, глядя на друзей, усмехнулся. Сидевшие вокруг люди, и мужчины, и женщины, невольно залюбовались этой улыбкой.
«Я же говорю, просто беги! Разве нельзя спрятаться в каких-нибудь диких горах?»
Белый Тигр закинул руку на плечо Алой Птицы. Тот, казалось, тоже изрядно захмелел и согласно закивал на слова друга.
«Если бы не Судебный пристав, я бы уже давно сбежала».
Имэ глубоко вздохнула.
Стаи лунных кроликов изначально жили в Царстве Бессмертных. Это место, где обитали небожители, было совершенно иным миром, отличным от Небесного царства. У входа в Царство Бессмертных возвышались величественные горы Куньлунь, на вершине которых жила Королева-мать Запада — владычица небожителей.
«Это Судебный пристав перевел тебя в Запретный сад?»
«Да. Если бы не он, я бы еще в детстве погибла».
На склоне горы раскинулся Сад Божественных Персиков.
Однажды Королева-мать Запада внезапно решила расширить свои владения. Лунные кролики, свившие там гнезда, в одночасье лишились крова. Тогда их численность сильно сократилась, и вместе с Имэ их осталось едва ли пять.
Лишиться дома было несправедливо, но их голоса не имели силы. Никто не знал, как долго лунные кролики жили в Саду Божественных Персиков, но если хозяин земли велел уходить — выбора не было. Какое право имели лунные кролики, не имевшие ни единой бумаги на землю или дом, перечить Королеве-матери Запада?
«Именно Судебный пристав помог устроить похороны моего отца в Запретном саду».
Имэ зачерпнула вино из принесенного огромного кувшина. Сосуд был настолько велик, что крольчихе пришлось встать на цыпочки на скамье, чтобы дотянуться. Глядя на прозрачное вино в чаше, она вспомнила о чистой луне, и к горлу подкатил ком. Ей оставалось лишь поскорее осушить кубок.
Узнав о случившемся, Судебный пристав едва ли не на коленях умолял Небесного Императора о дозволении. Затем он часто навещал кроликов, которых привел в сад. Именно он устроил Имэ в Павильон Орым после смерти ее отца. Опасаясь, что маленькое существо могут извести насмешками, он даже помог поступить туда ее подруге Чхэсан.
«Я не могу подставить Судебного пристава».
«А разве побег перед самой церемонией выпуска — это не «подставить»?»
Белому Тигру не терпелось подразнить крольчиху. С ним невозможно было оставаться серьезной ни на секунду. Поэтому Имэ чувствовала, что в каком-то смысле он был для нее огромным утешением.
В этот момент сдвижная дверь кабака с грохотом отъехала в сторону. Кто еще пришел поглазеть на Алую Птицу в и без того переполненном заведении? Имэ, собиравшаяся было наполнить чашу, заметила, что все посетители уставились на дверь. Даже Белый Тигр и Алая Птица, у которых покраснели не только щеки, но и кончики ушей.
«Что там?»
Имэ обернулась последней и замерла.
Это была великолепная женщина, подобная цветущему пиону. Когда она грациозно подошла ближе, в воздухе разлился необъяснимый сильный аромат. Изящно сжатые алые губы и идеально сидящий черный чхолик подходили ей как нельзя лучше.
«Так вы здесь».
Ее губы, напоминавшие бутон розы, разомкнулись. Казалось, каждое ее слово источало красоту.
«Поздравляю с выпуском, Су, Юн».
«Благодарим, Черный Дракон».
Белый Тигр и Алая Птица встали, чтобы поприветствовать ее. Только тогда Имэ поняла, что эта прекрасная женщина — один из Четырех божественных стражей, Черный Дракон.
Люди не называли Белого Тигра и Алую Птицу по именам. У них были титулы куда более благородные. Их истинные имена могли произносить лишь те, кто был близок им как семья, те, кому не нужно было соблюдать формальности. Имэ тоже никогда не осмеливалась называть их так.
«Должно быть, у вас есть дела в Небесном царстве», — негромко произнес Белый Тигр, и Черный Дракон почему-то вскинула брови.
«Разумеется. Я, Черный Дракон, не пришла бы сюда без нужды».
Затем ее темный взор обратился на Алую Птицу. Имэ показалось, что ее взгляд остер, словно отточенный клинок.
«Раз уж вы окончили обучение, пора бы подумать и о законной супруге».
«Связи между супругами заключаются на небесах, поэтому я не собираюсь спешить», — вежливо ответил Алая Птица.
Услышав, что он не торопится с браком, многие женщины в кабаке вздохнули с облегчением. Выпускники Павильона Орым признавались взрослыми, даже если не достигли нужного возраста, к тому же все прежние Белые Тигры и Алые Птицы женились сразу после выпуска. Поэтому женитьба Алой Птицы была предметом жгучего интереса всех женщин Небесного царства. Уже ходило множество слухов о том, кому же достанется этот знаменитый красавец-небожитель.
«Когда вы женитесь, вас ждет совсем иная радость».
Блестящие, словно бусины, глаза Черного Дракона скользнули к выходу. Имэ невольно проследила за ее взглядом. За дверью, спиной к заведению, стоял мужчина. Он ровно стоял под карнизом, созерцая суету переулка Бипамон.
«Вы пришли вместе с Суном».
Черный Дракон улыбнулась Алой Птице.
«Да. Было бы славно, если бы и Юн поскорее узнал радость отцовства».
Имэ не могла сдержать любопытства. Мало того что она встретила божество Черного Дракона, которую почти никто не видел, так еще и ее сын, следующий Черный Дракон, пришел вместе с ней. Имэ покинула свое место и подошла к двери. Ей хотелось рассмотреть его поближе.
Никого не заботило, куда делся крошечный лунный кролик. Белый Тигр и Алая Птица были поглощены беседой с Черным Драконом. Имэ, выпрямившись, спокойно разглядывала сына божества.
«А выглядит он пугающе».
Лицо его казалось моложе, чем у Белого Тигра или Алой Птицы. На вид ему было лет на пять-шесть меньше. Однако природа берет свое: его прямой взгляд был таким же пронзительным, как и у матери. Под черной повязкой на лбу четко выделялись прямой нос и алые губы. Он был красив, но в этой красоте чувствовалось нечто искусственное.
«Не об Алой Птице ей стоит беспокоиться».
С таким-то пугающим видом, какая женщина захочет быть с ним рядом? Лунный кролик, скрестив лапки на груди, внимательно изучала сына Черного Дракона. Поскольку он застыл на месте, словно статуя, Имэ осмелела и подошла еще ближе. Группа людей, собиравшихся войти в кабак, вздрогнула, увидев его. Никто не мог игнорировать этого человека, стоявшего перед дверью, словно огромная каменная глыба. Несмотря на заминку прохожих, сын Черного Дракона не шелохнулся. Казалось, на него наложили магию замирания. Крольчиха фыркнула. Определенно, личность он был незаурядная.
«Еще увидимся».
«Доброй дороги».
Закончив разговор, Черный Дракон неспешно направилась к выходу. Имэ в последний момент успела отскочить, чтобы та на нее не наступила. Заметив, что что-то преграждает путь, божество посмотрело на крольчиху. В этот миг Имэ замерла, словно встретила гадюку, готовую к броску.
«Так это ты тот самый лунный кролик, что выпустился в этот раз».
Мрачный голос сковал Имэ.
«Даже обитателям Небесного царства трудно туда поступить. Впечатляет».
В ее словах чувствовалась скрытая колкость. Имэ ощутила тонкую трещину между бледным лицом с улыбкой на губах и ласковым голосом.
«Благодарю за похвалу».
Черный Дракон тонко улыбнулась. Переступив порог, она снова оглянулась на крольчиху.
«До встречи».
Сын Черного Дракона, стоявший до этого неподвижно, последовал за матерью. Сделав шаг своими длинными ногами, он обернулся и уставился на маленького кролика, стоящего на двух лапах у двери. Имэ молча терпела этот долгий взгляд черных глаз.
«Сун».
Когда мать позвала его, он отвел взор и без колебаний пошел следом. Его черные волосы, собранные в высокий хвост, пышно развевались, словно крылья птицы.
«Ты в порядке?»
Алая Птица подошел к дверям. Имэ медленно покачала головой.
«Не в порядке только мое будущее».
С горькой усмешкой она снова поспешила к кувшину с вином. Белый Тигр, едва Черный Дракон ушла, уже вовсю прикладывался прямо к горлу.
«Имэ! В саду дворца Белого Тигра тоже есть место! Если придешь ко мне, я отдам тебе целую рощу фатсии!»
«Боюсь представить, уцелеет ли дворец, когда ты станешь следующим Белым Тигром», — пробормотала Имэ, усаживаясь на место.
Алая Птица молча поднял руку, заказывая еще вина. Было тошно смотреть на то, как расплывались в улыбках женщины при виде этого жеста. Даже если бы он вдруг повалился на пол и начал капризничать, они бы все равно были в восторге.
«В моем двореце тоже...»
«Я знаю, что там есть сад», — перебила его крольчиха.
«Спасибо вам».
Если бы она действительно захотела, эти друзья отдали бы ей весь сад целиком. Но Имэ не желала, вырвавшись из-под опеки Судебного пристава, забираться под крыло Четырех божественных стражей. Жизнь приживалки была не для нее.
«Буду часто навещать тебя в Лунном дворце».
«И за это спасибо. Но со мной будет Чхэсан, так что всё будет хорошо».
Имэ чокнулась чашей с Алой Птицей. С опозданием к ним подскочил и Белый Тигр со своей чашей. Не нужно было слов, чтобы понять: эта совместная попойка — первая и последняя.
Имэ вместе с вином проглотила все слезы, что накопились в ее сердце.
Обновлено: 20.02.2026