Глава 5 — Глава 5. Загрузка системы

Эцуко не ответила. Она просто повернулась к Аянэ, и её взгляд был приказом. — Ты слышала. Раз не можешь лечить — будешь руками. Инструменты, жгуты, тампоны. Я говорю — ты делаешь. Без вопросов. Без паники. Если упадёшь в обморок, я тебя не подниму. Поняла? Астрид кивнула, и это был кивок Аянэ — короткий, чёткий, как у солдата. В палатку ввалились носилки. Первым был тот, с артерией. Кровь била из бедра фонтаном, заливая носилки и пол. — Жгут! — рявкнула Эцуко. — Выше раны! Быстро! Астрид рванула кусок ткани. Память медсестры и память шиноби слились в одно. Она знала, куда давить. Руки работали сами, затягивая узел с силой, на которую, казалось, это детское тело не было способно. Кровь не остановилась, но фонтан превратился в ручей. — Зажимы! — Эцуко уже разрезала штанину, обнажая рваную рану. Её пальцы, светящиеся зелёным, погрузились в кровавое месиво. — Давай! Астрид подала инструмент. Её не тошнило. Не трясло. Часть её сознания, холодная и отстранённая, просто регистрировала факты. Повреждение бедренной артерии. Массивная кровопотеря. Шанс на выживание — 17%. Следующие часы превратились в конвейер смерти. Она держала мальчишку лет четырнадцати, пока Эцуко без анестезии вправляла ему раздробленную кость. Он кричал так, что, казалось, брезент на палатке вибрировал. Астрид смотрела ему в глаза и видела только одно: сложный перелом, риск жировой эмболии, требуется ампутация, которой здесь не сделать. Она промывала ожоги девушке-чунину, чья спина превратилась в чёрную корку. Та не кричала, только выла — тихий, протяжный звук, страшнее любого крика. Ожоги третьей степени, более 40% поверхности тела. Вероятность сепсиса — 92%. Летальность — практически 100%. Она закрыла глаза старому шиноби, который умер от внутреннего кровотечения, пока они пытались спасти другого, более молодого. Он просто тихо выдохнул, и всё. Ресурсы потрачены неэффективно. Следовало сначала диагностировать обоих. Мысли были не её. Они были холодными, аналитическими, безжалостными. Астрид боялась их, но они помогали ей работать. Помогали не сойти с ума. К вечеру поток раненых иссяк. Битва затихла, сменившись стонами тех, кто выжил. Эцуко рухнула на ящик из-под медикаментов. Её лицо было серым, руки дрожали от многочасового напряжения чакры. Она достала фляжку, сделала глоток, поморщилась. — Сакэ? — спросила Астрид, опускаясь рядом. — Медицинский спирт, — Эцуко усмехнулась без веселья. — Но эффект тот же. Хочешь совет, девочка? Астрид кивнула. — Умри молодой. Или стань достаточно сильной, чтобы не оказаться здесь. Середины нет. Эцуко долго смотрела на неё. В её взгляде больше не было презрения. Только бесконечная, всепоглощающая усталость. — Ты не упала. Не плакала. Не блевала. Я видела, как джоунины ломались от такого. А ты... работала. — Нужно было, — просто ответила Астрид. — Да. Нужно было. — Эцуко забрала фляжку. — Может, мои слова о твоих родителях были несправедливы. В тебе есть их стержень. Жаль, что с чакрой так вышло. Она помолчала, глядя на тени, сгущавшиеся в углах палатки. — Завтра на рассвете — эвакуация. Те, кто может идти, пойдут сами. Остальных — на телеги. Тридцать километров до границы. Это будет долгий путь. Тридцать километров по вражеской территории. С ранеными. Это была не эвакуация. Это был марш смертников. Эцуко ушла проверять оставшиеся припасы. Астрид осталась одна, в тишине, нарушаемой лишь дыханием умирающих. Она опустилась на пол, прислонившись спиной к стойке. Закрыла глаза. Холодные, аналитические мысли, странные для Астрид или Аянэ, вернулись. Анализ ситуации: выживаемость группы при эвакуации — 28%. Основные угрозы: вражеские патрули, истощение, нехватка медикаментов. Персональная выживаемость: 12%. Статус «ниндзя-инвалид» снижает приоритет защиты. Она попыталась встряхнуть головой, прогнать эти чужие расчёты, но они только усилились. Рекомендация: симулировать улучшение состояния. Продемонстрировать минимальную боевую ценность. Альтернатива: остаться с умирающими в качестве «милосердного» решения. — Нет, — прошептала Астрид. Её голос прозвучал чужим в пустой палатке. Но мысли продолжали литься. Не агрессивно, не насильственно. Они просто... были. Как второе дыхание. Как биение второго сердца, которого у неё никогда не было. Дополнительный анализ: медик Накамура Эцуко. Истощение чакры критическое. Вероятность коллапса в течение 8 часов — 67%. Потеря единственного квалифицированного медика снизит выживаемость группы до 11%. Астрид сжала виски. Боль вспыхнула, но вместе с ней пришло новое понимание. Она видела Эцуко иначе. Не как человека, а как объект. Входные параметры: возраст, уровень чакры, физическое состояние. Выходные: эффективность лечения, время до отказа, оптимальное распределение ресурсов. Это неправильно. Люди — не машины. Но другая часть её сознания — холодная, чужая, механическая — возразила: Некорректное утверждение. Биологические системы подчиняются предсказуемым паттернам. Эмоциональная привязанность снижает эффективность анализа на 34%. Она открыла глаза. Палатка была той же, но... не совсем. Теперь она видела больше. Микротрещины в опорных стойках (вероятность обрушения при ветре выше 40 км/ч — 23%). Следы крови на полу. Температурные аномалии в углах (возможные точки проникновения). И ощущала постоянный зуд в теле. Что-то внутри неё проснулось. Оно поглотило её чакру, превратив тёплую энергию жизни в холодное топливо для чего-то иного. А теперь оно начинало поглощать её саму. Не грубо, не жестоко. Методично. Клетка за клеткой. Мысль за мыслью. В темноте за закрытыми веками вспыхнули строчки текста. Не японские иероглифы, не шведские буквы, не английский алфавит. Символы, которые она никогда не видела, но почему-то понимала. Холодные, темно-зеленого цвета, как свет монитора в тёмной комнате, но также и как что-то органическое — биолюминесценция глубоководного хищника. 【СБОР ДАННЫХ ЗАВЕРШЁН. СРЕДА: ВЫСОКОАГРЕССИВНАЯ. СТАТУС ХОСТА: ПОВРЕЖДЁН.】 Астрид дёрнулась. Текст не просто появился — он был внутри её головы. Не как мысль, а как факт. Как знание того, что у неё две руки и две ноги. 【АНАЛИЗ ИСТОЧНИКА ЭНЕРГИИ «ЧАКРА»... ЗАВЕРШЁН.】 【СОВМЕСТИМОСТЬ: 98.7%.】 Совместимость с чем? — хотела спросить она, но ответ пришёл раньше вопроса. Образы хлынули в сознание: металлические структуры размером с клетку крови, геометрически идеальные и абсолютно чужие. Наниты. Слово всплыло из ниоткуда, принося с собой понимание — микроскопические машины, способные перестраивать материю на молекулярном уровне. 【ПРОТОКОЛ АКТИВАЦИИ ЗАПУЩЕН.】 【ПОГЛОЩЕНИЕ ЭНЕРГИИ ДЛЯ ПЕРВИЧНОЙ ИНИЦИАЛИЗАЦИИ... ЗАВЕРШЕНО.】 Вот куда ушла её чакра. Не исчезла — была переработана. Преобразована из хаотичной биологической энергии в структурированное питание для... для чего? 【СИСТЕМА БОРГ АКТИВИРОВАНА.】 Борг. Это слово ударило как молот. Не просто слово — концепция. Коллектив. Улей. Единство через ассимиляцию. Совершенство через устранение несовершенства. Тысячи миров, миллиарды существ, триллионы сознаний, объединённых в одно. Она на мгновения испугалась, неужели она тоже будет ассимилирована? Ну и что. Куда уже хуже. 【НАЧАЛЬНОЕ РАЗВЁРТЫВАНИЕ НАНИТОВ... ЗАПУЩЕНО.】 Она почувствовала их. Микроскопическое движение в крови, в лимфе, в спинномозговой жидкости. Они не причиняли боли — зачем? Боль неэффективна. Они просто делали свою работу. Анализировали. Каталогизировали. Готовились. 【ТЕКУЩИЙ ПРОГРЕСС: 0.0001%】 【ДОСТУПНЫЕ ФУНКЦИИ: БАЗОВЫЙ АНАЛИЗ, ПАССИВНОЕ СКАНИРОВАНИЕ】 【ЦЕЛЬ: АССИМИЛЯЦИЯ.】 Ассимиляция чего? — подумала Астрид, и система ответила. Не словами. Видением. Она увидела себя со стороны — худенькая девочка с грязными волосами, сидящая в луже чужой крови. Потом картинка изменилась. Та же девочка, но глаза светятся холодным зелёным. Кожа покрыта едва заметными линиями — нейронными имплантами. За ней стоят другие. Десятки. Сотни. Тысячи. Все с такими же глазами. Все связаны невидимыми нитями единого сознания. А в центре — она. Уже не Астрид. Уже не Аянэ. Нечто большее. Нечто меньшее. Первая из многих. Королева улья, которого ещё нет. Мать ассимиляции мира Наруто. 【ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В КОЛЛЕКТИВ.】 【МЫ НИКОГДА НЕ БУДЕМ ОДИНОКИ.】 (Конец главы)